Давид Жвания: "Лицо Виктора Ющенко изуродовал воспалившийся тройничный нерв, а не диоксин!"

Опальный кум президента и народный депутат дал откровенное интервью "КП".

В последних числах мая, выступая в прямом эфире радио "Свобода", народный депутат и один из лидеров "Народной самообороны" Давид Жвания заявил, что в 2004 году президент Украины Виктор Ющенко не был отравлен диоксином, а все результаты анализов в уголовном деле по факту отравления гаранта были сфальсифицированы. Эти слова не вызвали бы такого резонанса, если бы не звучали из уст ближайшего соратника главы государства и крестного отца младшего сына Виктора Андреевича — Тараса.

Почему же между кумовьями пробежала черная кошка? Почему все эти годы народный депутат молчал, если знал правду? И что в таком случае произошло с лицом Виктора Андреевича? На эти и другие вопросы Давид Важаевич ответил во время встречи с корреспондентом "Комсомолки".

"Нас сделали изгоями"

Офис Давида Жвания находится в самом сердце столицы — неподалеку от станции метро "Золотые ворота". Приемная оформлена в стиле хай-тек, и в стенах со стальным отливом я вижу себя словно в зеркале. Мимо проходит высокий крепкий парень с кобурой на поясе. Охранник? Скорее всего. Но зачем народному избраннику вооруженный телохранитель? Может быть, ему угрожают?

- Давид Важаевич, накануне вашего заявления о том, что президент не был отравлен, генпрокурор Александр Медведько обратился в Святошинский райсуд Киева с просьбой об отмене решений, которые в свое время позволили вам получить гражданство нашей страны. Вы назвали это решение репрессиями в ваш адрес. А теперь вам, может быть, угрожают? В приемной я заметила мужчину с пистолетом…

- Мне угрожали и до оранжевой революции, и после нее, — улыбается Давид Важаевич. — Я к этому уже привык и охрану усиливать не собираюсь. А этот телохранитель со мной уже 11 лет.

- Последние события ярко свидетельствуют о том, что ваши отношения с президентом испортились. Раскройте секрет, из-за чего это произошло? Когда вы в последний раз встречались?

- Просто Виктор Андреевич стал главой государства. А я, как его друг и кум, сделал для этого все возможное в ущерб себе и моей семье. — Сердито говоря, мой собеседник кивнул для пущей убедительности на пристенную полку с фотографиями красавицы жены и детишек. — В результате мы с ним с 2004 года не встречались. Только несколько раз беседовали по телефону.

- Получается, конфликт произошел сразу после оранжевой революции?

- У нас с главой государства системный конфликт, который тянется уже очень давно. Могу назвать десятки примеров, когда я был категорически не согласен с его решениями и открыто об этом заявлял. Видимо, в какой-то момент Виктор Андреевич захотел меня за это наказать. Поэтому сейчас правоохранительные органы и ищут на меня компромат. И, кстати, не только на меня, а на всех не согласных с позицией власти. Экс-президент Леонид Кучма себе такого позволить не мог. В то время, по сравнению с сегодняшним днем, силовые структуры вели себя очень толерантно.

- Но что-то же было отправной точкой? Когда ситуация обострилась окончательно?

- Еще накануне президентских выборов было собрание с участием представителей шести парламентских фракций и будущего главы государства. Он тогда убеждал нас, что, став президентом, проведет реформу, которая позволит нам перейти на более четкую форму парламентского правления. Это европейская схема, и мы считали, что она может спасти Украину от раскола. Но после выборов Виктор Андреевич о своих обещаниях забыл, — тяжко и немного картинно вздыхает Давид Важаевич.

- Тем не менее на досрочные выборы в Верховную Раду вы отправились вместе с пропрезидентской "Нашей Украиной"…

- Прежде чем принять решение, мы провели определенную дискуссию и четко сказали, при каких условиях можем это сделать. Одним из них опять-таки был переход на четкую форму парламентского правления.

- И это условие приняли? Вам дали конкретные обещания?

- Даже задекларировали! Вспомните, Виктор Андреевич не единожды заявлял, что поддерживает парламентскую форму правления. Но прошли выборы, и все резко поменялось. Хотели, а теперь перехотели. Так в политике нельзя! Поверьте, объединение с "Нашей Украиной" для меня было непростым вопросом. Тем более что я из нее осознанно вышел. Я не такой простой человек, что сделал бы это ради выгоды. Свою выгоду мог найти в другом месте и более простым способом. Я был человеком, который до конца хотел сохранить систему и завоевания оранжевой революции. Поэтому и пошел на перемирие, хотя для меня это была абсолютно чуждая среда. В результате просидел в Верховной Раде и так и не понял, кто я — оппозиция или власть?

- И когда вы поняли, что вас, вероятно, снова обманули…

- Мы сказали, что идем в Конституционную комиссию. Любую, которая будет создана. Ведь по закону изменения в Конституцию вносятся в парламенте. За это меня и моих соратников сделали изгоями.

"В собственный колодец не плюю"

- Если у вас были столь сложные отношения с Ющенко, почему вы раньше не озвучили свою версию "диоксинового дела"?

- Да, лицо Виктора Ющенко изуродовала одна из ветвей тройничного нерва. Но вы неправильно оцениваете ситуацию, — ни на минуту не смутившись, отвечает народный депутат. — Когда поступила информация о том, что лицо нашего кандидата в президенты изуродовано болезнью, в штабе началась паника. А потом родилась идея преподнести случившееся как отравление. Я, естественно, выступил против. Сказал, что в избирательной гонке можно разные технологические штучки использовать, но от этого мы не отмоемся. У нас же нет никаких доказательств! Но меня никто не послушал. И тогда мне ничего не осталось, как попросить своих помощников отправить телеграммы в региональные штабы. Мол, если такое заявление будет, не верьте ему. За это нас буквально "вынесли" из штаба. Так сказать, перевели во вторую категорию.

- А когда Виктор Ющенко обратился в Генпрокуратуру?

- До июля 2005 года он никаких письменных заявлений не делал. Однако после отставки Кабмина "любых друзив" он испугался: а вдруг правда станет достоянием общественности? Поэтому было принято решение срочно возбудить уголовное дело. До этого его попросту не существовало. И тогда Виктор Андреевич подал документы в Генпрокуратуру. Кстати, бумаги были оформлены так, будто он подписал их в марте. Хотя на самом деле они появились в июле. В то время у нас с ним произошел серьезный конфликт. И нас выгнали из Кабмина. Вообще меня и мою команду постоянно выгоняли…

- Тем не менее вы продолжали молчать…

- Во-первых, я очень много сделал для того, чтобы произошла оранжевая революция и Виктор Ющенко стал президентом. А привычки плевать в свой колодец у меня нет. Во-вторых, в то время заявления по делу об отравлении делали многие политики. Но в этом уже не было смысла. Общество разделилось на тех, кто верил в миф об отравлении, и тех, кто не верил. Признаюсь также, что был уверен: эта история вскоре умрет. Но произошло иначе.

- Почему же вы решили рассказать обо всем сегодня?

- Потому что так больше нельзя! Этот миф стал опасным, а Генпрокуратура перешла к агрессивно-репрессивным действиям. В качестве свидетелей следователи вызывают сотни людей. И позволяют себе хамить этим добропорядочным гражданам! Я, например, был вынужден проводить на допросах по 9 часов! — кипятится Жвания.

- Но если нет оснований для возбуждения дела, то что же ищут?

- Во-первых, создают видимость работы. Во-вторых, допрашивают свидетелей о совершенно посторонних вещах (например, о бизнесе) и "клепают" уголовные дела, которые не имеют к отравлению Ющенко никакого отношения.

Кстати, перед тем как говорить об этом, я звонил в приемную Виктора Андреевича и просил передать ему, чтобы он забрал свое заявление из Генпрокуратуры. Но он даже не отреагировал на мою просьбу.