"Регионала" Колесниченко на пресс-конференции забросали фекалиями
Активистка Коалиции участников оранжевой революции 24-летняя Елизавета Жарикова выбегает из автобуса на Львовской площади. 10 апреля утром спешит в Шевченковский райсуд Киева. Ее будут судить за то, что накануне бросила у нардепа-"регионала" Вадима Колесниченко два пакета с дерьмом.
"Опаздываю в суд, — объясняет на ходу. Она без макияжа. Распущенные волнистые волосы до плеч. — Забыла паспорт в другой курточке. Живу аж на Троещине, то пришлось возвращаться".
Фото: Андрей ШМАТОВ
"Все произошло спонтанно, — рассказывает, минуя прохожих. — За день до того узнала, что будет пресс-конференция Колесниченко. Сразу же появилась идея бросить в него дерьмом. Тренировалась дома вечером — бросала подушки в стену. Что в кулечке и где взяла — секрет. В ночь перед акцией ничего не снилось. Спала мало. Переживала, удастся ли. Обычно снятся какие-то бурные события, беспорядки, глубокие государственные изменения, революции".
В 10 часов возле здания суда Жарикову ждут десять членов КУПРа и двое "свободовцев".
"Держись", — шепчет ей на ухо член Конгресса украинских националистов 41-летний Николай Коханивский и прижимает к груди.
"Партия регионов начала откровенно плевать украинцам в лицо, — рассказывает Жарикова перед дверями суда и смотрит на часы. За 5 минут — начало. — В четверг устроили так называемый путч на Банковой, вытолкали оппозиционеров, законов напринимали. Последними поступками заявили: "Мы здесь хазяева и будем делать с вами все, что захотим". Какова должна быть реакция? Просто петь, танцевать? Требуется активизировать протестные движения общественности. Не обязательно применять такие методы. Не думаю даже, что делать так, как сделала я, правильно. Но это — провокационный шаг, направленный на то, чтобы расшатать ситуацию и расшевелить общественное болото. Сейчас просто невозможно собрать людей на более-менее массовый протест. Они — отчаявшиеся, сомневаются, что способны что-то изменить. Сегодня стоит самоорганизовываться, готовиться к каким-то активным действиям. Необязательно радикальным. Мирный протест может дать результат, если будет массовым".
Почему "мишенью" для расправы с властью избрали Вадима Колесниченко?
Он постоянно делает провокационные заявления, которые отвлекают людей от того, что происходит в Украине. В провинции уже нечего есть, негде заработать. Даже в восточных регионах люди очень возмущены тем, что их, так сказать, "кинули". Кроме того, Колесниченко ненавидит все украинское. Вспомним законопроект о языках "КаКа" (аббревиатура фамилий авторов законопроекта — "регионалы" Вадим Колесниченко и Сергей Кивалов. — Gazeta.ua). Вот откуда идея дерьма.
Что происходило в отделении? О чем вас спрашивали пять часов?
Сначала сказали, что будет уголовное дело за хулиганство. Когда ехала немного переживала по этому поводу, мама будет волноваться, если криминал, другие близкие.
В участке же некоторые милиционеры говорили даже: "Молодец, жаль, что не попала". Допрашивали стандартно. Говорили: "Все, мы знаем где ты учишься, уже там учиться не будешь". Покричали на меня немного, спросили о сообщниках. Но физической силы не применяли. Возможно, и повторила бы такой поступок, но не с этим объектом. Хотя, думаю, что протест должен быть не таким. Эта провокативность только для того, чтобы всех расшевелить. Каждый член Партии регионов заслуживает броска дерьмом. Каждый должен регулярно подвергаться общественным обструкциям. Они должны знать, что о них думают люди, о том, что их позорят. Должны осознавать, что эта власть — не вечна. Возможно, это буду делать не я, а другие возмущенные граждане. Возмущение будет расти с каждой их выходкой. Сейчас не планирую конкретных акций. Но и дальше буду работать над тем, чтобы росло количество активных людей.
Фото: Андрей ШМАТОВ
Как отнеслись к этому ваши родители, жених?
Мама — очень критично. У нее другое мировоззрение. Я его уважаю, но придерживаюсь своих убеждений. Она сказала, что моя нормальная жизнь закончилась и я вычеркнула себя навсегда из круга нормальных людей. Расстроилась ее критике, ведь очень ее понимаю, что она обо мне беспокоится. Жених же отнесся нейтрально. Это было и не увлечение, и не критика. Смирился с моим поступком, как с данностью, которую нельзя изменить. "Ну, хорошо", — сказал он. Я заверила родных: это — моя позиция. Мои взгляды не совпадают с их, но такое бывает в жизни".
Что чувствовали, когда бросали пакеты в Колесниченко?
Боялась, что могу не попасть. Также испытывала страх перед тем, что скажут родители, родные и так далее. Все остальное меня не волновало. Кто занимается протестами в их формах, должны осознавать все возможные последствия. И глаза у него были какие-то не очень хорошие в тот момент. Его это не насмешило совсем. Такое впечатление, если бы мы были в темном переулке, он бы реагировал иначе.
Вам угрожали?
Пока ничего такого не было. Разве что какие-то неизвестные люди звонили и говорили: "Тебе надо голову оторвать". Думаю, это были какие-то его сторонники.
Чем занимаетесь?
Я — студентка. Надеюсь, что еще студентка. Занимаюсь творчеством, пишу песни, стихи. Учусь сейчас на литературном творчестве в университете Шевченко на магистратуре. Первое мое образование — музыкальное училище. Второе — филологический факультет. Я родом из поселка Новопсков Луганской области. Переехала в Киев летом.
Заседание суда продолжается около часа. Жариковой присуждают 51 грн штрафа за "мелкое хулиганство".
"Еще подумаю платить ли его", — говорит девушка и улыбается.
