Когда перестанут красть из Госкомрезерва? Не раньше, чем Госкомрезерв будет упразднен
Борьба с ростом цен — причудливая затея. Смысла в ней не больше, чем в борьбе с восходом солнца. Однако, как и всякий процесс борьбы с законами природы на государственные деньги, это действо может доставить немало выгод. Непосредственные участники выигрывают материально. Сторонние наблюдатели получают удовольствие посильней, чем от Салтыкова-Щедрина.
Теоретически, для борьбы с ростом цен существует Государственный комитет по материальному резерву (Госкомрезерв) — этакий казенный ящик, где хранятся запасы сахара, муки, окорочков, топлива и прочей благодати; во времена дефицита Госкомрезерв должен их распродавать, тем самым сбивая цены. Это теоретически. А на практике каждый раз, когда наступает нужда в дешевых продуктах и государство запускает руку в казенный ящик — там оказывается пусто. В этом году нужда наступала дважды: в начале года дорожал сахар, в последние месяцы — зерно.
Если завтра война
Наблюдая за делом о таинственном исчезновении сахара и муки из государственных запасов, невозможно отделаться от ощущения, что вновь открыл "Историю города Глупова": "недоимок накопилось такое множество, что местный казначей, заглянув в казенный ящик, разинул рот, да так на всю жизнь с разинутым ртом и остался". Более того, история с пустым Госкомрезервом повторяется каждый раз, когда сменяется власть. Угрюм-бурчеевы сменяют фердыщенок, потом фердыщенки сменяют угрюм-бурчеевых, а из казенного ящика с деньгами крадут одинаково расторопно. И дело не в текущем градоначальнике, дело в том, как устроен казенный ящик.
Такое впечатление, что госкомрезерв — это место, из которого нельзя не красть. Трудно, наверное, найти второе такое госучреждение, которое бы законом (именно законом) было так хорошо приспособленно для лихоимства.
Госкомрезерв достался нам в наследство от СССР с его системой военной мобилизации. Это рудимент той параноидальной эпохи, где всерьез планировали третью мировую и никак не могли обойтись без запаса покрышек, противогазов и тушенки. В независимой Украине его наделили функциями защитника от роста цен. Сведения о том, что именно лежит в Госкомрезерве, где лежит и в каком количестве, являются государственной тайной. Бюджет Госкомрезерва сопоставим с бюджетом МИДа и, как правило, превышает бюджет Минкультуры. В его структуру входят хлебокомбинаты, нефтебазы и хранилища. Он имеет право отдавать продукцию частным предприятиям на ответственное хранение. Оберегает эту вотчину собственная военизированная охрана.
Как это делается? Без шума и пыли
За время работы Госкомрезерва оформились четыре основных способа кражи из него денег.
Способ первый и самый незатейливый — пополнение запасов Госкомрезерва через "свои" компании. Товары закупаются по ценам существенно выше рыночных с последующим распилом разницы между чиновниками и владельцами компаний. Об использовании подобных схем говорил в бытность главой комитета Евгений Червоненко, в 2000-2001 годах при премьер-министре Викторе Ющенко.
Второй способ связан с тем, что по закону Госкомрезерв имеет право "временно одалживать" свои запасы. У Госкомрезерва образуется должник. После этого Госкомрезерв переуступает долг ГАК "Укрресурсы" (еще один рудимент советской эпохи, бывшее украинское отделение Госснаба СССР), находящейся у него в управлении. В свою очередь "Укрресурсы" переуступают долг частной компании. Частная компания взыскивает деньги с должника и растворяется в тумане. В такой схеме обвинили в 2005 году и арестовали тогдашнего главу Госкомрезерва Николая Песоцкого, на тот момент члена СДПУ(о) — речь шла о "временном одалживании" авиационного топлива. Безнадежные дебиторские долги Госкомрезерва, которых образовалось множество, списали в бюджете на 2010-й год.
Третий способ построен на том, что Госкомрезерв по закону обязан "освежать" свои запасы — то есть продавать их, когда выходит срок годности, и покупать новые. Поправку, регулирующую этот механизм, в 1999 году внес народный депутат Богдан Губский (до недавнего времени — член БЮТ). Освежать запасы могут не только госпредприятия из структуры Госкомрезерва, но и частники, назначенные ответственными хранителями. И если госпредприятия обязаны проводить аукцион, то частникам дана воля. Дальше все просто: частник объявляет, что, например, маслу на его ответственном хранении вышел срок годности, покупает это масло у Госкомрезерва с внушительной скидкой и потом продает это же самое масло Госкомрезерву по полной рыночной стоимости.
Наконец, четвертый способ — это банальная кража. Госкомрезерв покупает какое-то количество товара, например сахара, у частной компании и оставляет этот товар у нее же на ответственном хранении. Фактически деньги переходят от Госрезерва к частнику, а товар остается у частника на руках. После этого товар можно продать еще разок, уже по обычному коммерческому контракту. Ну и что, что его не будет на складе? Во-первых, теперь содержимое этого склада является гостайной. Во-вторых, если припрет, можно объявить, что ты "освежал запасы" (см. способ номер три). Видимо, комбинации третьего и четвертого типа, судя по недавним уголовным делам, разыгрывали при "оранжевом" начальнике казеного ящика Владимире Алехине и его заместителе Николае Синьковском.
Боритесь — и все будет украдено
Дело не в том, что все чиновники — сплошь ворье. Дело в том, что когда на столе лежит пирожок с надписью "съешь меня" — его берут и едят. Само устройство Госкомрезерва подталкивает любого его руководителя к тому, чтобы запустить туда обе руки и хватать, что попадется. Политическая наука называет это "теорией общественного выбора": чиновники, как и все нормальные люди, руководствуются не благом отечества, а личными стимулами. То же самое чуть проще когда-то объяснял Михаил Жванецкий: "кто что охраняет, тот то и имеет". Рецепт борьбы — это не порка или смена чиновников. Нужно уничтожить стимул.
Почему же нельзя уничтожить Госкомрезерв? Потому что он является органичной частью государственной политики по борбе с ростом цен. Однако же, борьба с ростом цен имеет не больше смысла, чем борьба с восходом солнца. Когда государство выделяет деньги на борьбу с законом природы — так или иначе они будут украдены. Если хотите — считайте это еще одним законом природы.
