“Российская церковь берет участие в чужой игре, но у нее есть определенный финансовый интерес. Это все свидетельствует о духовном уровне руководителей этой структуры”...
Недавно Московский патриархат обратился с ходатайством к правительству России о предоставлении возможности украинским предприятиям химической промышленности, многие из которых принадлежат Фирташу (Ostchem Holding), напрямую покупать газ у Газпрома и других российских газодобывающих компаний. Насколько богоугодно лоббирование российской церковью интересов олигархии?
Епископ Евстратий (Заря), епископ УПЦ КП:
ЛУЧШЕ БЫ РОССИЙСКАЯ ЦЕРКОВЬ ПЕЧАЛОВАЛАСЬ О СВОИХ БЕДНЫХ И ОБЕЗДОЛЕННЫХ
Церковь с древних времен хранила за собой право печалования. Это право обращаться к властьимущим с просьбами о помиловании, заступничестве тем, кто не может себя защитить или тем, кто был осужден к смертному наказанию.
Порой за такие печалования священникам приходилось платить собственной жизнью. Пример — митрополит Филипп Колычев, которого убили по приказу Ивана Грозного потому, что тот всегда разоблачал жестокие деяния Грозного и просил милости для жертв царя и его опричников.
Обращения, которые церковь делает к властьимущим в нынешнее время, — о помощи или поддержке в делах или проектах, — несколько иного рода. Например, о возвращениях храмов, которые были отобраны советской властью.
То, что мы видим с письмом в Газпром — дело двух хозяйствующих субъектов — Газпрома и Союза химиков Украины. Говорить о необходимости церкви вмешиваться в этот вопрос абсолютно не приходится. Не дело церкви заниматься формированием цены на газ.
Интересной представляется дата, когда подписывали такое письмо в адрес председателя совета директоров ОАО "Газпром" Виктора Зубкова, — 26 февраля. То есть на второй день после инаугурации Виктора Януковича. Вполне вероятно, что украинские химики обращались с просьбой к патриарху Кириллу во время его визита в Киев (25 февраля).
Понятно, что за этим письмом стоят определенные договоренности. В нем четко говорится о некоей помощи церкви со стороны химических предприятий.
Например, мы знаем, что одно и то же лицо является владельцем или совладельцем нескольких химических предприятий и в то же время имеет влияние на один из общенациональных телеканалов Украины, который, мягко говоря, наиболее благосклонно освещал прошлогодний визит патриарха Кирилла.
В американской практике такие отношения называют лоббизмом. Но церковь — не лоббистская структура, она не должна заниматься такими вещами.
Патриарх Кирилл уже сейчас многими воспринимается как политик, а уже потом как религиозный деятель. Идеи, доктрины, которые он выдвигает, воспринимаются лишь как политические. Хотя, возможно, патриарх Кирилл считает, что именно таким путем он усиливает влияние церкви на жизнь общественности.
После падения коммунистической идеологии, после упадка демократических стремлений во времена позднего Ельцина в России появилась идея "сильной руки", но к этой идее нужна была еще и какая-то идеология. Ею стала великодержавная идеология. В великодержавной идеологии России значительное место всегда отводилось церкви. Потому патриарх Кирилл со своими идеями "российского мира", идеями тесного сотрудничества церкви и государства востребован.
Но такая модель в условиях современного мира недолговечна. И может привести лишь к ухудшению отношения значительной части общества к церкви.
Думаю, патриарх Кирилл не очень понимает, как его слова и поступки воспринимаются в Украине. То есть он действует так, как видит это из Москвы.
Он, как и российские политики, до сих пор не воспринимает Украину как независимое государство. Они всегда говорят: "Мы в Украине как дома". Они воспринимают украинское гостеприимство и то, что в Украине все понимают русский язык, как признак российскости Украины.
В самой России лозунги Кирилла о "святой Руси" воспринимаются на ура, как нечто сакральное, освященное древностью, с красивым наименованием, однако в Украине это воспринимается абсолютно иначе — как форма противодействия украинской независимости, как способ ее разрушения. Ярким примером был опять же прошлогодний визит. Общество так и не восприняло это как пастырский визит, а лишь как политический. Аналогичная ситуация была, когда патриарх Кирилл приезжал на инаугурацию Януковича.
Михаил Гончар, директор энергетических программ центра "Номос":
НЕ СЕКРЕТ, ЧТО ЦЕРКОВЬ ОТМЫВАЕТ СРЕДСТВА, СДЕЛАННЫЕ В ВИДЕ ПОЖЕРТВОВАНИЙ
Здесь не идет речь о церковном или богоугодном деле. Это чистый бизнес.
Известно, что Российская православная церковь — достаточно мощная империя бизнеса в России. Думаю, здесь руководство российской церкви решило воспользоваться благоприятным политическим моментом для того, чтобы получить от этого определенные финансовые дивиденды.
Не секрет, что через определенные механизмы церковь отмывает средства, сделанные в виде пожертвований. То есть, если "богобоязненные" люди в Газпроме и не менее "богобоязненные" люди в украинской промышленности получат желаемое, то очевидно, что будет своеобразный расчет за предоставленную услугу.
Зная специфику наших отраслевых лобби, они не проявят никакой инициативы, если на это не будет санкции. То есть они сделали определенное обращение не потому, что им вдруг в голову пришло "прозрение", — это элемент определенной технологической цепочки. То, что мы видим на публичном уровне, лишь отголосок реальных процессов...
Такая технология должна прикрыть те договоренности, которые намечаются в более широком формате относительно выхода Газпрома на конечных потребителей газа в Украине.
Но таким прецедентом российская церковь создает для себя проблему. Потому что встает вопрос, почему церковь так проникается обращением к ней со стороны лоббистских структур соседней страны, а не, скажем, проблемами своих, российских, налогоплательщиков.
Как по мне, здесь российская церковь берет участие в чужой игре, но у нее есть определенный финансовый интерес. Это все свидетельствует о духовном уровне руководителей этой структуры.
23.03.2010
