Центр детской онкогематологии и трансплантации костного мозга на грани лекарственного голода. Государство приостановило поставки. Медикаменты здесь получают только от благотворительных организаций. Сейчас Минздрав проводит тендеры, но реально препараты начнут поступать только в конце года. Как выживают в Центре без лекарств, — расскажет Лариса Задорожная.
Так выглядит сегодня склад главной детской клиники Украины. Полки "Охматдета" пусты уже девять месяцев. Остались только препараты для лечения анемии, для курса химеотерапии нет вообще.
Светлана Донская, директор Центра онкоггемаологии и трансплантации костного мозга:
- В некоторых регионах вообще нет сетов. Они к нам обращались: не можем ли помочь с парой коробок. Сейчас в принципе не можем помочь. Потому, что у самих дефицит.
Так происходит, когда меняется руководитель Минздрава. Одним махом, а точнее, росчерком дорого паркера, чиновники останавливают все закупки медикаментов. Начинается борьба за фрамацевтический рынок. Объяснить это детям, которые хотят просто выжить, невозможно.
Наталья Кавардокова, врач Центра онкогематологии и трансплантации костного мозга:
- Единичные лекарства поступали, а основные госзакупки, к сожалению, их не было. — Говорят, что от государства физраствор и глюкоза? — Физраствор, глюкоза, иногда перчатки.
В таких условиях спасали Аню Левко. Диагноз — миелоидная лейкемия.
На спасение девочки потратили полмиллиона гривен. Столько, сколько хватило бы на закупку базовых лекарств на полтора месяца для всего отделения.
Одного из лекарств не оказалось не только в клинике, но даже ни в одной аптеке Украины. За препаратом волонтеры гнали машину в Беларусь. Вечером искали деньги на бензин и лекарство, а уже утром оно было у Ани в палате. Такие истории, почти подвиги, сегодня в каждой палате. Вот Ваня. В свои 7 лет он уже перенёс инсульт. Сосуды не выдержали химии. Плохо двигаются ножки и ручки. Не может говорить. Но пытается.
А вот Настя Филиппова. За неё все радуются и по-хорошему завидуют. После целого года лечения девочку выписывают.
Ежегодно диагноз "рак крови" ставят почти тысяче детей. Умирают не от этой болезни. Ее лечить научились. Умирают от осложнений, организм ребенка абсолютно без иммунитета. Он подхватывает любые инфекции. Не выживают трое из десяти детей.
Наталья Кубаля, заведующая отделением Центра онкогематологии и трансплантации костного мозга:
- Невозможно требовать от доктора лечить по мировым стандартам, и не вкладывать в это все, что положено.
Пока что вкладывает только опекунский совет Центра онкологии. Но и этой помощью государство распоряжается как-то не по-хозяйски.
Елена Мацибох, член опекунского совета Центра онкогематологии и трансплантации костного мозга:
- В 2009 году когда мы его сюда поставили, я на многие камеры рассказывала, что это золотой стандарт по миру, для определения неродственных доноров крови для онкогематологии.
Лабораторию открывали как положено, с участием президента. Чиновники говорили, ну, наконец-то, такие технологии! И... всё! Прошло два года, но министерство так и не купило реагентов для аппарата.
Елена Мацибох, член опекунского совета Центра онкогематологии и трансплантации костного мозга:
- Что сейчас делает государство? — Сейчас? Оно не помнит о существовании аппарата.
Одно из трёх отделений центра, единственное на всю страну, где лечат детей, больных миелоидной лейкемией, не работает уже почти год. Правительство нашло деньги только на шесть из четырнадцати палат. Пока государство ищет несколько десятков тысяч гривен, дети уходят.
Сегодня в отделение привезли системы для капельниц. Их для своих детей купило не государство. Снова помогли спонсоры.
