К большому сожалению, такие вещи, как КВН, "Х-фактор" — они действуют по принципу: кто был ничем — тот станет всем. Есть, конечно, исключения — я снимаю шляпу перед ними.
Виктор Андриенко
Родился в 1959 году в Запорожье. Закончил Киевский театральный институт имени Карпенко-Карого, класс профессора Бориса Ставицкого.
Еще студентом с 1978 г. начал работать каскадером в кино, принял участие в съемках таких фильмов, как "Дачная поездка сержанта Цыбули", "Шурочка", "Репортаж", "Баллада о доблестном рыцаре Айвенго", "Ярослав Мудрый" (всего более 70 фильмов).
С середины 1990-х — актер, автор сценария, постановщик популярных телепрограмм, ситкомов. Проекты с участием Андриенко выходят на телеканалах "Студия 1+1" (Украина), Первом канале, Россия 1, РЕН ТВ, ТНТ, НТВ (Российская Федерация). С 1993 г — автор и режиссер телепрограммы "Киевкино" канала "ТЕТ", с 1995 г — директор студии "Автор". В 1996 г — телекомпания "ПроТВ", с 1998 г на телеканале "1+1". С 2008 г — актёр пародийного шоу "Большая разница" на Первом канале (РФ).
- Первый телевизор в нашей семье, который я помню, был марки "Радуга" — до него был какой-то черно-белый, благодаря ему я сто раз смотрел все сказки Александра Роу. И только после него появился цветной — "Радуга", — по которому я смотрел прекрасные сказки Ролана Быкова.
Телевидение вошло в мою жизнь очень удачно — через детские фильмы, программы, помню даже сейчас, как показывали по телевизору съемочный процесс фильма "Морозко". Смотрел все "Песни года", пока не уехал учиться в Киев.
Вот мы совсем недавно вспоминали с моим другом Игорем Письменным — был такой период в Советском Союзе, когда реставрировали старые дома, которые делали немцы. Всех выселяли в бараки и в это время ремонтировали дом. Помню, телевизор тогда выставлялся на подоконник, дети собирались со всего двора и смотрели потрясающие мультфильмы, такие как "Храбрый портняжка", путешествия с белочкой. Информацию, которая заложена в тебе с детства — ты продолжаешь нести в себе дальше.
Я ведь не знал, что с 1982 года буду работать в мультипликации, вплоть до того что мультфильм, который я для Александра Бубнова (режиссер, художник-постановщик, сценарист, аниматор — Ред.) озвучивал — получит в Канне приз. Я не мог предугадать успеха "Острова сокровищ", но информация, которую я получал из советских мультфильмов — она потом мне в жизни помогла.
- Как вы отреагировали, когда первый раз увидели себя по телевизору?
- Ну… мне не понравилось. Как не нравится до сих пор. Я считаю, что можно было сделать лучше, больше, интереснее. Когда я первый раз увидел себя по телевизору, то подошел к этому не с каким-то самолюбованием, а скорее всего, с подходом творческо-техническим — насколько можно было этот эпизод сделать лучше.
- Что это был за эпизод?
- Это был короткометражный фильм "Свадебный венок" с Сергеем Ивановым, с которым мне потом пришлось уже в полном метре сниматься в "Дачной поездке сержанта Цыбули". А в "Свадебном венке" мы просто валяли дурака — вот тогда я впервые увидел себя на экране.
- Как менялось ваше отношение к телевидению?
- Жизнь меняется, все меняется. Есть люди, которые умеют информацию вкладывать в технологическую основу, как, например, Питер Джексон, который снял "Властелин колец", или как Джеймс Кэмерон, создавший "Аватар". Это картины, где технологии работают в плюсе. Например, когда мы с Игорем Письменным делали первую свою короткометражку "13-й километр", мы думали, на каком языке делать, русском или украинском. Я сказал: давай сделаем без слов. И сделали без слов. И когда я сейчас снимаю следующий фильм — уже полный метр — "Иван Сила", я сдаю в Министерство культуры раскадровку, а мне оттуда потом звонят и спрашивают: "Где диалоги? Вы их пропустили?". "Их нет", — отвечаю я.
На самом деле диалог начинается после 12-й минуты фильма. Текст начинается тогда, когда он нужен, а не для того, чтобы объяснить что-то. Поэтому у меня огромное количество кадров, снятых без слов, так как ситуация настолько понятна, что глупо туда вставлять диалоги. Я считаю, что в кино нужно делать акцент на визуализацию, я не люблю фильмы, где мне в течение всего времени долго что-то объясняют, чтобы я понял наконец, что происходит на экране.
Например, у режиссера Андрея Тарковского был свой почерк и своя манера общения со зрителем. Чарли Чаплин — у него нет диалогов, но вам смешно. Есть много примеров хороших фильмов, в которых не нужен диалог. Кино — это визуализация, а радио — это диалоги. День телевидения и радиовещания я называю днем работника глухого телевидения и слепого радио. Если ты не смог ничего передать путем визуализации в кадре, то бессмысленно ставить диалоги — зритель их не услышит, мне так кажется.
- Что из того, что вы увидели по ТВ, произвело на вас самое сильное впечатление?
- Фильм режиссера Михаила Ромма "Обыкновенный фашизм" — до сих пор он для меня стоит на первом месте. Мне сложно ответить на этот вопрос, но… еще — фильмы Акиры Куросавы. Я люблю документальное кино благодаря Михаилу Ромму и люблю художественное кино благодаря нашим великим сказочникам, людям, которые делали хорошее детское кино.
Вот я опять вспомнил детство — у меня рядом с домом был летний кинотеатр, я или через дырку в заборе смотрел фильмы, или, когда были деньги, покупал билет. Я часто спрашивал себя: какие фильмы на меня повлияли? Огромное количество фильмов — каждый фильм своего времени, своего периода — на меня повлиял. Я был на премьере "Кавказской пленницы", "Бриллиантовой руки"… Вы не представляете — это были народные премьеры, я все эти комедии помню.
Но вот я сыграл в "Шоу долгоносиков". Одна женщина мне когда-то призналась: "Я ненавидела вас, не понимаю, как так можно бегать, бить друг друга по голове, а потом, когда я гладила, и у меня руки были заняты, чтобы выключить телевизор, поняла — оказывается, вас же нужно слушать!".
- Как часто вы сейчас включаете телевизор? Или больше интернетом пользуетесь?
- И то, и другое — что не успеваю посмотреть по телевизору, смотрю потом в интернете. Когда я поступал в Саратовское театральное училище, меня спросили, что я люблю читать. Я ответил: "Шекспира и фантастику". То же самое и сейчас.
Я всеяден. Я с удовольствием смотрю, например, мультфильм "Войны клонов" и получаю удовольствие от хороших сериалов, таких как "Доктор Хаус", "Декстер" или "Теория большого взрыва" — потрясающий ситком. Но, если увижу хорошее кино, могу присесть на минутку и не вставать уже до конца, бывает и такое. Но из-за работы сейчас времени нет, когда у меня бывают свободные минуты, я лезу в интернет, ввожу в поисковик слово "Кино" и смотрю, что выпадет.
- Как вам нынешнее телевидение?
- Что ужасного дало нам телевидение: оно дало нам "консервы". Есть хорошая еда, есть ресторан, есть фастфуд, а есть консервы.
Проблема нашего времени в том, что люди даже за деньги не хотят работать. А если люди хотят работать — то они не умеют. У нас сейчас время "непрофессионалов". Мастеров своего дела очень мало, и если они существуют — молодые ребята, прекрасные операторы, например, или режиссеры — это такая редкость. Мне повезло, что я встречаю на своем пути именно профессионалов. Но основной поток — это ширпотреб.
- Жестоко вы так…
- Более того, я вам скажу — это начинает влиять на актеров, на талантливых актеров. Когда они у меня появляются в кадре, я сижу в шоке и говорю: "Ребята, что вы делаете!". Они настолько "обсериалились" в этих сериалах, что уже играют, как в плохих провинциальных театрах.
Но все опять же от актера зависит. Сейчас в большинстве сериалов заливают все светом и начинают "ля-ля-ля". Но когда люди попадают после сериала в большое кино — они там залегают. А самое страшное, что происходит — у нас пропала школа второго режиссера, режиссера — хозяина площадки. Я пять лет проработал в Москве и знаю, каким должен быть второй режиссер. Если человек, имеющий диплом ВГИКа, работает в сериале или в каком-либо шоу, он все равно остается профессионалом. Например, в шоу "Большая разница" все актеры собраны из сериалов, но они же работают! Я говорю об отношении людей к работе. Потому "Большая разница" и выделяется из всех проектов, что все режиссерское и актерское отношение к ней профессиональное. Могут же люди, когда захотят!
- Ну вы очень строгий!
- А как по-другому? Ответственности у людей в сериале нет — им все равно. Я снимаю шляпу перед продюсерами, которые все деньги могут просто так взять и вложить в фильм. Меня до сих пор никто не понимает: почему я за маленькие деньги работаю в кино, будучи сценаристом, актером, режиссером, вторым режиссером, ну и еще кем-то. Объясняю: потому что советская система оставила на мне свой отпечаток, а она всегда подразумевала ответственность за свою работу.
- Есть мнение, что будущего у телевидения нет, что все уйдет скоро в интернет. Вы согласны с этим?
- Не важно — уйдет оно в интернет или нет. Запомните: если это хорошо — это будет хорошо. Человека рано или поздно стошнит от фаст-фудов. Все равно человек хочет качества. В чем проблема украинского кино и телевидения — в том, что люди не хотят смотреть фильмы категории Б. Они смотрят категории А — американские фильмы — и не понимают, почему мы не можем снимать по категории А. Самое смешное: в Украине могут снять хорошее кино, но у нас нет денег на промоушен. У меня, например, сейчас для продвижения фильма нет денег вообще — я его снял, и мне очень не хочется, чтобы он лежал на полке. Я же хочу, чтобы этот фильм увидели.
- Давайте перейдем от кино к телевидению. Какие, на ваш взгляд, программы на украинском ТВ заслуживают порицания?
- Все ток-шоу, которые существуют, они пробуждают низменные чувства человека.
- И политические тоже?
- Да, все ток-шоу. Если благодаря хотя бы одной программе произойдет что-то хорошее — я сниму шляпу и извинюсь за свои слова. Если, например, благодаря ток-шоу помогут инвалиду, старушку переведут через дорогу, в детский дом придет комиссия, тогда я это понимаю. Но вот то, что мы видим, зачастую — это парад уродов. Я считаю, что это безнравственные программы. Подняв тему, они ее не заканчивают.
- За телевизионными новостями следите?
- Слежу. Иногда смотрю русские новости, иногда — наши. Но я их синтезирую. Я не "впрыгиваю" в них, а смотрю краем глаза, все каналы все равно одно и то же говорят. Когда в нашем обществе появятся люди, которые будут думать не только о могилах предков, а и о своих могилах, о том, что они после смерти будут лежать здесь, а не за рубежом… К сожалению, люди живут на нашей земле, но мыслями они где-то там.
К большому сожалению, такие вещи, как КВН, "Х-фактор" — они действуют по принципу: кто был ничем — тот станет всем. Есть, конечно, исключения — я снимаю шляпу перед ними. Так вот, те, которые были ничем и стали всем, говорят мне: "Видишь, Андриенко! Ты пять лет учился и работал 20 лет в кино, а я — опа, и здесь!". А актерского мастерства-то нету… Он не чувствует, о чем говорит, что говорит — в этом проблема. Мне кажется, что таким людям нужно брать элементарные уроки актерского мастерства.
- Что бы вы категорически не советовали зрителю смотреть?
- Ничего не буду советовать. Пусть зритель выбирает сам. Например, фильм "ТотКтоПрошелСквозьОгонь" — сказали, что он провалится. Но за неделю проката он заработал 120 тысяч гривен. За 20 лет нашей независимости ни один фильм за неделю проката не зарабатывал такую сумму в двух кинотеатрах страны. Зритель голосует своим кошельком, зритель пультом голосует: что он будет выбирать, что он будет смотреть, а лечить его, учить — зачем это нужно? Если зритель хочет деградировать — пускай.
- Чего, на ваш взгляд, не хватает украинскому ТВ?
- Я считаю, что нужно больше программ, во время которых можно отдохнуть. Хороших юмористических программ, где шутят не на уровне "ниже пупа". Шутить на уровне пупа — это настолько просто. Вот Павел Воля на этом поднялся. Там же не юмор Жванецкого, понимаете. А создать юмор Жванецкого, создать программу хотя бы на уровне "Городка" — очень сложно. Поэтому я считаю, что в Украине и России нет хороших развлекательных программ. "Наша Раша" — это хороший стеб, "Даешь молодежь!" — хорошие программы, к ним просто применяется профессиональный подход. Старая "Большая разница" — тоже хорошая программа, так как она качественная. Когда сделано качественно — это сразу видно, а когда левой пяткой — тоже.
10.12.2012
