Голосование по языковому законопроекту Колесниченко — Кивалова прошло на удивление легко и быстро — почти молниеносно. В 10.00 спикер Литвин открыл заседание, через несколько минут документ ставится на суд депутатов (безо всякого обсуждения, которое вроде как с предыдущего заседания закончено не было), и секунды спустя на табло высвечивается цифра — 234. Ликует толпа сторонников расширения прав русского, допущенная под Верховную Раду, негодуют противники, которых милиция остановила далеко на подступах к высшему законодательному органу.
Вот, собственно, и вся история. Никаких тебе мордобоев в сессионном зале, которых так было ожидали журналисты — особенно телевизионщики и фотографы. Никаких вообще попыток физического препятствования принятию документа. После голосования кулуары парламента наполнились удрученными оппозиционерами, которые пошли рассказывать журналистам, какие угрозы государству несет принятие этого закона.
С национал-патриотическими оппонентами власти трудно не согласиться — да, угрозы серьезные. Два берега Днепра рискуют перестать понимать друг друга, ибо в случае окончательного принятия этого закона (то есть — голосования по нему во втором чтении и подписания его президентом — что ожидается в течении нескольких недель) они станут говорить на разных языках. Один берег — правый, как и раньше, — на украинском. Второй берег — левый, который до сегодня говорил на русском, но потихоньку учился украинскому, теперь эту учебу забросит. Потому что не обязательно будет.
Впрочем, обо всех этих последствиях за последние две недели мы и так говорили — переговорили достаточно. Сейчас интересно другое. Почему так просто в этот раз удалось проголосовать за разработку Колесниченко-Кивалова его сторонникам? Если угроза для страны от этого законопроекта столь серьезна, как говорят депутаты из оппозиции, почему они к вопросу противодействия голосованию отнеслись спустя рукава?
Факты? Пожалуйста. Версии самих лидеров оппозиции, отчего у них ничего не получилось, одна смешнее другой. По словам Александра Турчинова, его депутаты "просто не поняли, что началось рассмотрение этого вопроса", и потому не смогли ничего сделать. Литвин слишком внезапно поставил его на голосование. Не успели сообразить!
Ну, что тут сказать? Цитировать фразу из старого советского фильма: "Неужто вы такой тупой?" неудобно как-то. Речь же не о пьяных митинговальщиках, а о народных избранниках! И все-таки, какие-то игры на развитие смекалки и быстрой реакции своим подопечным Александру Валентиновичу стоило бы устроить. А то избирателям не понятно — почему они, сидя у телевизоров, быстро все поняли, а их депутаты в зале — нет?! С перепою они там что ли — подумает простой избиратель где-нибудь во Львове.
Арсений Яценюк вообще пояснил гениально. Не смогли воспрепятствовать — и все тут! "И я знаю о том, что должны были вытянуть 30 карточек — сказал он журналистам. — И я знаю о том, что должны были драться. И я знаю о том, что сегодня оппозиция проявила себя не в лучшем плане, и это очень серьезный урок для нас… И с трибуны парламента я откровенно признал, что этот бой нам не удалось выиграть".
В разговорах "не для записи" оппозиционеры были откровеннее. "С нашей стороны никакого сопротивления не было — сказал автору один из известных борцов за украинский язык из фракции "БЮТ-Батькивщина". — Не было кому организовывать сопротивление. Бело-синие были под Радой уже в 3 часа ночи. А наши где? А наши — проспали!"
Тем временем в кулуарах Рады очень быстро пролетело словосочетание: "Договорной матч". Наиболее прямо и конкретно эту мысль выразил Тарас Чорновил.
"Тупо сдали это голосование, оно всем выгодно — сказал политик. — И оппозиционерам политически оно выгодно, и власти. Там двойное дно".
По мнению Чорновила, выгода оппозиционеров заключается в том, что теперь у них появляется нечто вроде "красной тряпки" для мобилизации своего электората.
"Сейчас будут показывать, как "регионалы" прут, как Украину изменяют. Какое давление, Украина русифицируется, голосуйте за нас. До этого ощущения угрозы было меньше, а сейчас смотрите — это реальная угроза, кто, кроме нас, может противостоять этому. Хотя они и не очень противостоят. О Яценюке "регионалы" говорят, что "он договороспособный", — сказал Тарас Чорновил.
Все, конечно, может быть и совсем по-другому. Однако, так или иначе, у любого здравомыслящего наблюдателя возникают вопросы.
Во-первых: если оппозиция была против этого языкового законопроекта, почему она, имея полторы недели, палец о палец не ударила, чтобы свезти людей на митинг под Раду? 30-40 тысяч человек — и вопрос будет сам снят. Это ведь — совсем не много. Только в киевских городских организациях главных оппозиционных партий числится в разы больше членов. Или у них члены партии только на бумаге?
Вместо этого оппоненты власти привели примерно столько же, сколько и регионалы — тысячи полторы, не больше. Мне кажется, если бы депутаты из "БЮТ-Батькивщины" и НУ-НС пригнали под стены Рады своих родственников вместе с домашней обслугой, было бы намного больше людей! Но родственников депутатов среди митинговальщиков явно не наблюдалось.
Во-вторых, почему не заблокировали трибуну, почему не пришли первыми, а дали занять пост оппонентам?
В-третьих, почему не попытались переубедить власть при помощи переговоров, и почему не смогли договориться с колеблющимися -литвиновцами, а также — так называемыми "тушками", без голосов которых решение не "вытанцовывалось"? "За" проголосовали 2 литвиновцев, 12 внефракционных, 6 из "Реформ ради будущего", и даже 2 "нашеукраинца". Почему с этими людьми никто из оппозиции не поработал нужным образом? Как следует из слов Яценюка, препятствовать голосованию собирались выдергиванием карточек оппонентов. Которое, судя по всему, должно было завершиться мордобоем. Интересно, а не клоунско-жонглерскими методами оппозиция умеет работать? Головой, например?
В ответ на все эти вопросы "Обозревателя" стоящий в оппозиционных рядах особняком лидер партии "Народная позиция" Анатолий Гриценко сказал, что предпочел бы не комментировать действия коллег: "Не хочу добавлять в огонь какие-то горючие материалы".
Комментарии:
Владимир Зубанов, замглавы фракции Партии регионов:
- Я голосовал "за", потому что я за то, чтобы каждый украинский гражданин знал как можно больше языков. В этом законе четко записано, что государственный язык у нас один — украинский. Какие-то потуги по развитию других языков — это тоже хорошо.
Если честно, то этот закон больше защищает украинский. Вот сейчас есть Конституция, где говорится, что украинский язык у нас государственный, и больше ничего нет — каждый трактует, как хочет. А теперь будет закон, в котором будет четко расписано: язык армии — украинский, все государственные служащие должны знать государственный украинский язык.
Павел Мовчан, член депутатской группы "Реформы ради будущего", глава всеукраинского общества "Просвита":
- Разлили бензин, теперь следует ждать, когда бросят спичку. Этим законом сеется социальное напряжение в обществе. Он дает право "похерить" отовсюду украинский язык. Из судов, из прокуратуры, из образования. Фактически, рекомендации мера Одессы Костусева — который требовал от своих служащих приносить документы только на русском языке, теперь будут выполнены. Говорят: есть 10 статья Конституции, что украинский у нас — государственный. Та 10 статья — как демократия при Советском Союзе.
Смотрите фоторепортаж - как принимали в первом чтении законопроект о языках и как в это время дрались на улицах.
