Если в Google вбить фразу: "Янукович пообещал русскому языку статус государственного", то поисковик выдаст более ста тысяч ссылок с интерпретацией интервью Виктора Януковича от 19 марта ИТАР-ТАСС. Эти информации пестрят широкими цитатами гаранта Конституции, впрочем основной мессидж выписан в заголовке "русскому языку обещан статус второго государственного"... Листая ссылки среди других страниц я нашла страницу русской Википедии, которая должна иллюстрировать тяжелый путь борьбы русскоязычного "меньшинства" за статус второго государственного. Читая полную манипуляций и субъективных оценок историю кровавой борьбы русского народа против украинского порабощения территории государства Украина среди прочего, меня интересовало, какая сумма федерального бюджета Российской Федерации расходуется на проект под названием "борьба за второй государственный", сколько конкретно денег выделяется на медиа-сопровождение борьбы за второй государственный и, в частности, на написание такой истории. В этой истории из небытия извлекают какие-то пророссийские политические микроблоки и какие-то диванные партии, названия которых авторы страницы даже не способны расшифровать. Здесь описывают скрытый конфликт на "языковой почве", всякие смс-реферндумы и другую художественную самодеятельность всевозможных "русских общин" о втором государственном языке. Интересно, что Галичину здесь называют "субрегион Галиция".
Одним словом, если раньше, я была уверена в том, что "введение второго русского языка" это исключительно предвыборный заезженный инструмент украинских политических партий, чтобы понравиться Юго-Востоку, то сканирование Интернета убедило меня, что "борьба за двуязычие" остается инструментарием российской внешней политики. Двуязычные журналисты Украины не очень всерьез воспринимали борьбу российских властей за права "русскоговорящих". Автор этих строк когда-то иронически ответила российскому МИДу, что русскоязычных граждан Украины никто не дерусифицирует и живут они с русским языком в полном согласии.
Интересно, что якобы обещание президента о втором государственном, появилась аккурат в тот самый день, когда писатель Максим Кидрук выложил в ютуб ролик, где веселые аборигены из Намибии весело распевают: "Азаров, ай-яй-яй. Азаров, когда ты выучишь язык".
Но, как показывают события: шутки перестают быть шутками, когда манипулировать начинают словами президента.
Первой реакцией, после того, как я прочитала, что президент пообещал русскому языку статус второго государственного было желание набрать телефоны наших культурных деятелей, авторитетов и интеллектуалов чтобы те с присущей им прямотой и искренностью напомнили Виктору Федоровичу, что он президент государства Украина. Некоторым из них даже направила письма. Потом собралась набрать политологов, которые напомнили бы президенту, что год назад 9 марте 2010 года он заявил, что украинский язык будет развиваться как единственный государственный.
Затем, я вспомнила, что наш президент Украины Леонид Кучма умел с съездить в Москву так, что все России пообещать: и ЕЭП и второй государственный, а затем позвонить Путину и сказать: "Извини, я хотел всей душой, но парламент не согласен" . Первой ласточкой-признаком подобного поведения стало заявление Александра Ефремова, лидера фракции Партии регионов, который сказал, что он в парламенте не видит трех сотен голосов для предоставления русскому языку статуса второго государственного.
Интересно, что ранее нардепы не исключали, что для внесения изменений в Конституцию, для снятия моратория на продажу земли триста голосов бы нашлось, а для второго государственного, ну никак.... Потом я зашла на сайт президента, который обнародовал полный текст интервью и тоже не увидела прямого обещания ввести второй государственный язык. Там есть вполне обтекаемая формулировка о том, что в в Европе принята Европейская хартия о языках, по-моему, Россия ее ратифицировала и Украина тоже. И согласно этой хартии принят закон. "Страсти вокруг этого вопроса разжигают политики. Этот закон зарегистрирован, он будет рассмотрен и принят. И в этом заинтересована Украина, ее население, которое разговаривает в основном на двух языках — украинском и русском". Когда я читала ответы президента, что в Украине "нет, и не существует у нас этой проблемы", то это похоже на старые интервью Кучмы, который размышлял о двуязычии, а затем "динамил" Кремль.
Я для интереса набрала набрала телефоны наших юристов, спросить, видят ли они план реализации внедрения русского языка как второго государственного.
- Согласно 10 статье Конституции единственным государственным языком в Украине является украинский язык, — сказал один из наиболее уважаемых экспертов-юристов Александр Барабаш, — Возможно ли ввести в Конституцию второй государственный? Для этого необходимо внести изменения в Конституцию в порядке, предусмотренном законом. А процедура принятия изменений в Конституцию предусматривает особый порядок внесения. Президент или 300 депутатов должны внести эту поправку. Эта поправка должна пройти чтения на двух сессиях парламента. Затем обязательный референдум. Любой другой механизм внесения изменений будет натыкаться на противоречие с Конституцией. По этому поводу уже были решения КС. Иной способ принятия поправки приведет к политико-правовому конфликту.
Я считаю, что вопрос двуязычия — это чистая спекуляция. На Западе в цивилизованных странах двуязычие обязывает всех чиновников, полицейских, почтальонов, судей владеть двумя языками. Это не право чиновников говорить на одном (в нашем случае русском языке), а обязанность владеть двумя языками. То есть гражданин может выбирать любой из двух языков. И поэтому, когда кто-то из чиновников говорит о втором государственном, я хочу сказать: "Выучи украинский". Двуязычие такое, каким оно является в Европе, предполагает принятие всех документов, всех нормативных актов одновременно на двух или на трех языках и все они должны быть идентичны вплоть до последней запятой, ибо все имеют одинаковую юридическую силу. Вы бы видели, насколько сложным является принятие законов в Швейцарии, все сразу же принимается на трех языках. Там же нужно не только принять документ, но и обеспечить идентичность в разных текстах. Если техническая сторона никого не огорчает, то — флаг в руки. Чиновникам — выучить украинский язык, а затем перевести нормотворчество на два языка. Президент должен издавать указы на двух языках — одновременно. Крымским городским советам необходимо перейти на нормотворчество на двух языках — одновременно.
А наши политики подают двуязычие, как разрешение российской одноязычию. Те, кто сегодня не знает и не хочет знать украинского языка хотят, чтобы их незнание соответствовали нормам закона. В европейской практике это право граждан, но это обязанность для чиновника. Если во Львове вы обратитесь к чиновнику по-русски, то любой чиновник ответит вам на русском или украинском. А вот в Севастополе вряд ли на мой вопрос на украинском мне будут способны ответить на украинском. Двуязычие уже существует. Правда, с уклоном в русский.
Виктор Мусияка, один из отцов Конституции:
Я не хотел бы верить, что президент мог такие вещи заявлять о двух официальных языках. Язык межнационального общения у нас — русский, государственный — украинский. Если президент что-то сказал, то это означало, что он не государствовед. И это мог бы быть страшный прокол... Это означало менять Конституцию. Конечно, за годы его правления мы неоднократно принимали законы с антиконституционными положениями. Возможно рассчитывая эти антиконституционные положения закрепить новой Конституцией... Но вытворять такое с десятой статьей Конституции мне кажется просто невозможным. Я не верю, что кто-то может инициировать такие идеи... Хотя перед выборами отдельные политики могли бы делать что угодно, чтобы потрафить воображаемому электорату. Но привнесение таких идей может вызвать непредсказуемые процессы в обществе.
***
Поскольку президент, вполне туманно отвечая на вопрос относительно второго государственного вспоминал Европейскую хартию о языках, которая якобы поможет принять статус русского языка, как официального, то мы связались с народным депутатом Украины Романом Зваричем, который был докладчиком в парламенте при ратификации Европейской хартии. Мы поинтересовались, существует ли правовой механизм, который сможет предоставить русскому языку статус официального.
- Если существует правовой механизм введения второго государственного языка, то это для меня большая загадка. Хартия не дает механизма ввести второй официальный язык. Кстати, я не знаю, что такое "официальный язык". Десятая статья Конституции предусматривает существование государственного языка и в части второй настоящей статьи написано, что это украинский язык. Фактически отдельным статусом наделяется русский язык.
То есть Конституция дает юридическую элегантную трактовку, обещает свободное развитие русского языка. Нигде не упоминается, что такое официальный язык. В Хартии предусматривается возможность наделять особым статусом не язык национальных меньшинств, а, назовем так "меньшинств языка". Так оно называется в оригинальном документе. То есть, государство обещает защиту языкам, находящимся на грани исчезновения. Это четко определено в вводной части. Русский язык в ратификационном документе значится как таковой, что государство берет обязанность его защищать, вместе с шестнадцатью другими языками. Русский язык по этой хартии не имеет отдельного статуса. Возможно, президент в своем интервью имел в виду, что он планирует использовать механизмы Хартии, чтобы среди шестнадцати языков, которые мы обязались защищать, выделить русский язык, наделив его каким-то отдельным статусом, который бы говорил о том, что это официальная речь. Среди стран, ратифицировавших Хартию, нет такого случая, чтобы государство наделяло язык, который исчезает, каким-то официальным статусом. Но хоть и с некоторой натяжкой можно говорить, что русский язык и имеет официальный статус, о котором говорит президент. Более того, в Хартии почти в императивной форме сказано, что развитие этих языков"меньшинств", не должно происходить за счет (или во вред) государственному языку. Что имел в виду президент, когда говорил о связи Хартии и так называемого официального статуса русского — не знаю. Я очень уважаю эту страну и мне не хотелось бы думать, что ее президент не знает таких элементарных вещей. То, что делали эти областные советы, которые носились с региональными языками говорит об их неугомонном юридическом нигилизме.
Мы попытались сегодня дозвониться до членов фракции Партии регионов с просьбой истолковать слова президента, и ответить, было ли утверждение о двуязычии вольной интерпретацией российских медиа. Впрочем мобильные телефоны не отвечали. Но поскольку оппозиционные политики считали, что обещание двуязычия это предвыборный ход президента, то мы решили поинтересоваться, способен ли сейчас вопрос двуязычия мобилизовать электорат Партии Регионов.
Социологический мониторинг "Украинское общество", сделанный специалистами Института социологии НАН Украины, показал, что большинство украинцев не являются сторонниками идеи предоставления русскому языку официального статуса.
Мы задали этот же вопрос социологу Евгению Головахе, который известен мягким отношением к двуязычию:
Внедрение второго государственного языка не способно серьезно повлиять на рейтинг Партии регионов. Это не такой спешный, жизненно необходимый вопрос. Это даже для электората Юго-Востока не слишком важный вопрос. Поэтому даже его внедрение не подействует на общественное мнение. Но принципиально это не изменит ситуацию. У меня всегда было мягкое отношение к двуязычию, но я не считаю, что сейчас время поднимать эту тему. Русский язык не имеет в Украине никакой угрозы. Но положительное решение вопроса еще теснее привяжет нас к России. И проблематизирует вопрос евроитеграции. Вызовет обратную реакцию в западных регионах, в центре углубит дифференциацию. Моя позиция независимо ни от чего состоит только в том, что страна интегрировано может прийти только в ЕС. Поскольку против этого не выступает ни один регион Украины. А что касается России, то если есть ее поддержка в одном регионе, то в другом — нет.
Язык — это глубоко чувствительная тема. Язык — это способ самовыражения, поэтому когда говорят, что твой способ самовыражения делает тебя недопатриотом, то это очень ранит. Когда-то я сказал: "не следует брать за язык". Но вряд ли язык сейчас сможет объединить людей.
Сейчас людей интересует: куда мы идем. Что касается меня лично, я всегда во время президентства Ющенко говорил в эфирах, на ученых советах на русском языке. А сейчас, с тех пор как снова включили двуязычие как политический инструмент, то перешел на украинский.
21.03.2012
