На днях советник начальника Генштаба России, бывший командующий ЧФ РФ адмирал Игорь Касатонов заявил, что Украина препятствует наращиванию военной мощи Черноморского флота России. Мы спросили у политиков и экспертов, правильно ли делает Украина, не разрешая модернизации ЧФ РФ, и что стоит за этими возражениями?
Владимир Огрызко, экс-министр иностранных дел:
ВОЕННОГО ЗНАЧЕНИЯ ЧФ НЕ ИМЕЛ, НЕ ИМЕЕТ И ИМЕТЬ НЕ БУДЕТ
Украина всегда базировала свою позицию в тех договорах, которые подписывала. Зато Россия каждый договор толкует так, как ей выгодно. И если мы говорим о вооружении ЧФ, то все зафиксировано в двух из трех базовых соглашений, которые были подписаны еще в 1997 году. В главном, так сказать, соглашении — "Об условиях пребывания ЧФ на территории Украины" — является статья 4, в которой в общем плане говорится о том, что количество военнослужащих, вооружения не превышает уровней, определенных в другом соглашении — "О параметрах раздела ЧФ". Там в приложении есть полный перечень вооружения... Это означает, что Россия не может претендовать на более высокие параметры, чем те, которые указаны в этих соглашениях. Поэтому мы говорим, если вы хотите поменять класс на класс, тип на тип, — то, пожалуйста, но если хотите вместо буксира поставить авианосец, то это нарушение соглашения, поскольку в соглашении такого нет.
И когда говорят, что украинцы делают так, чтобы ЧФ заржавел, то это абсолютная ложь, потому что мы четко следуем и букве, и духу подписанных соглашений.
Для чего России модернизация ЧФ? Военного значения флот не имел, не имеет и иметь не будет, потому что он зажат в Черном море. Его мощность значительно меньше, чем мощность флота Турции. А если добавить новых членов НАТО: Болгарию и Румынию, то вообще не о чем говорить. Тем более что он закрыт и не может свободно выйти через Дарданеллы в случае какой-то критической ситуации... То есть его значение обороны, как они говорят, "священных рубежей родины", равна нулю или почти нулю.
А с другой — он очень нужен, чтобы выполнять функции, которые собственно и выполнял — создавать напряжение между двумя странами. Ну, и полицейские функции, которые уже продемонстрировал во время российско-грузинской войны в августе 2008 года. С этой точки зрения они хотят, чтобы флот постоянно был словно в боевой готовности.
Но если сегодняшняя власть в очередной раз свяжет газ с безопасностью, то решения могут быть какие угодно. Мы имеем пример Харьковских соглашений, поэтому вполне возможно, что опять все будет поставлено вверх ногами.
Дмитрий Корчинский, публицист:
УКРАИНСКОЕ РУКОВОДСТВО ИНТЕРЕСУЮТ ТОЛЬКО ДЕНЬГИ, А НЕ НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ
На мой взгляд, такая позиция Украины правильная. Ясно, что уж если подписан договор о ЧФ с продлением аренды Севастополя, то это выглядит как мелкие пакости. Но даже эти мелкие пакости выглядят сейчас как прорыв какой-то политической воли со стороны Украины. Хотя, как по мне, это смешные вещи.
Украинское руководство интересуют только деньги. И у него нет не только геополитических, национальных амбиций, но и понимания, что это такое и для чего оно нужно. Все побудительные мотивы украинского руководства очень просты — они пытаются накручивать ситуацию с газом, в том числе и таким способом. Ясно, что ситуацию с российским газом можно решать только решительными последовательными шагами. Зависимость от России можно преодолеть и внедрением серьезной политики энергосбережения, и ведя более сильную игру на международной арене, лучшим использованием всех международных возможностей, но на это у украинского руководства нет ни силы, ни мозгов. Поэтому они делают это такими коммунально-кухонными методами — пакостить людям, которые их не любят.
Россия хочет модернизировать ЧФ, по моему мнению, по двум причинам. Причина первая — Россия все-таки старается играть в бассейне Средиземного моря. Скажем, ей база в Сирии вообще не нужна с военной точки зрения, она нужна с точки зрения политической, какого-то психологического давления. Россия все-таки пытается участвовать в мировой политике, хотя не имеет для этого достаточного потенциала.
В этом смысле модернизация военного флота как раз и укладывается в политику попыток продолжить свое существование как значительной региональной державы.
Кроме того, все вещи, связанные с военно-промышленным комплексом, с любой модернизацией вооружения, — это удобные вещи для коррупции. На такого рода программы выделяется определенное количество средств, так и военные, и те люди, которые возглавляют остатки российского ВПК, всегда пытаются убедить собственное руководство, что нужна какая-то модернизация. Да и само руководство кормится с этих вещей.
Олесь Доний, народный депутат (НУ-НС):
УКРАИНСКАЯ ВЛАСТЬ ДЕЛАЕТ ВИД, ЧТО ОТСТАИВАЕТ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ, А НА САМОМ ДЕЛЕ ТОРГУЕТСЯ С РФ
При предыдущей власти Россия была готова, и об этом официально сообщалось, к сокращению как военного склада, так и кораблей ЧФ. Она не была готова сделать это сразу, но со временем — да. Теперь же, с приходом пророссийских сил к власти в Украине, Россия мечтает о Черноморском флоте как о плацдарме для российской экспансии. Соответственно, она думает не о сокращении ЧФ, а о модернизации. В этой ситуации слабые попытки украинской власти возразить против модернизации выглядят не как отстаивание национальных интересов, а лишь как один из инструментов торга по экономическим вопросам. Потому экономические вопросы, в отличие от национальных, интересуют нынешнюю власть. Поэтому никаких гарантий, что национальные интересы Украины будут отстоянны в вопросе по ЧФ, у нас нет.
Для чего нужна сейчас России модернизация? Понятно, для чего. Никакую стратегическую военную функцию ЧФ нести не может. А сотрудничество России с НАТО больше, чем у Украины. В акватории ЧФ находятся все государства, которые с формальной точки зрения дружественные России, кроме Украины и Грузии. Поэтому функция ЧФ, к сожалению, чисто экспансионистская. Это одна из военных баз территории бывшего постсоветского пространства, которая в дальнейшем может вести к раскольническим действиям на территории нашего государства. И, как показывает пример, там, где есть военная база России, ставится под сомнение территориальная целостность постсоветской страны. Есть пример с Приднестровьем в Молдове, с российскими военными базами в Абхазии и Южной Осетии. К сожалению, ЧФ — мина замедленного действия для Украины. Наличие военной российской базы означает возможность предъявления территориальных претензий или создания сепаратистского режима, который был бы направлен на Россию.
И эта игра России направлена не на граждан третьих стран, а именно на украинцев.
Вадим Колесниченко, народный депутат (ПР):
ЧФ ФИЗИЧЕСКИ И МОРАЛЬНО УСТАРЕЛ, ПОЭТОМУ ЕГО НАДО МОДЕРНИЗИРОВАТЬ
К чему здесь шантаж?.. Войско должно модернизироваться. Если там есть вооружения, которому уже 30-40 лет, то о какой боеспособности Черноморского флота может идти речь? Это вопрос не шантажа, а исключительно модернизации флота.
Это законные требования России. И, думаю, нормально будет с нашей стороны дать разрешение на осовременивание существующих вооружений, поскольку они уже физически и морально устарели.
Кстати, Касатонов — это не государственный деятель, он просто один из граждан Российской Федерации. И нет никакой необходимости ориентироваться на его заявления. Есть рабочие группы, которые работают еще с прошлого года. В прошлом году при подписании договора о пролонгации пребывания ЧФ на территории Украины было согласовано, что в рамках рабочей группы будут разработаны документы по модернизации ЧФ. И эти группы работают, а Касатонов не имеет к ним отношения. Иначе зачем флот, если он не вооружен? Это глупо!
16.03.2012
