Иващенко: Команду разорвать меня отдали в Генпрокуратуре и СБУ

Бывший временно исполняющий обязанности министра обороны передал из Лукьяновского СИЗО через адвоката ответы на вопросы

Валерий Иващенко в Лукьяновском СИЗО — долгожитель. В тюремной камере экс-чиновник правительства Юлии Тимошенко провел более полутора лет — его арестовали еще 21 августа 2010-го. За это время адвокаты подали в суд с десяток ходатайств об изменении меры пресечения, но все они были проигнорированы, несмотря на серьезное, как утверждают его близкие, ухудшение здоровья арестованного.

Иващенко возглавил Министерство обороны с приставкой "врио" после скандала с Юрием Ехануровым и руководил ведомством чуть больше полугода, с 5 июня 2009 до 11 марта 2010 года. Генеральная прокуратура обвиняет его в незаконном принятии решения о реализации имущества судомеханического завода в Феодосии. По информации прокуратуры, значительная часть активов этого госпредприятия после проведения санации перешла в частные руки.

На вопросы о том, почему он признает свою вину, кто дал команду на уголовное преследование и вернется ли когда-нибудь в политику, Иващенко ответил письменно из камеры следственного изолятора.

- Прокуратура обвиняет вас в злоупотреблении служебным положением при выдаче разрешения на продажу имущества предприятия Минобороны Феодосийский судомеханический завод. Бывший управляющий санацией завода Сергей Михеев свою вину признал, вы — нет. Опишите свою позицию по обстоятельствам дела.

- Меня обвинили в том, к чему я не имею никакого отношения, а именно — в причастности к продаже имущества "Феодосийского судомеханического завода. При этом следователи Генпрокуратуры позволили себе более чем вольную, а точнее, противоправную трактовку согласования мною проекта плана санации этого предприятия — как выдачу Министерством обороны разрешения на продажу имущества предприятия.

Но, во-первых, согласно Закону "О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом", единственным последствием согласования министерством проекта плана санации является возможность его дальнейшего рассмотрения комитетом кредиторов. И лишь после одобрения комитетом кредиторов возникает возможность представления проекта в хозяйственный суд на утверждение. Именно утверждение плана санации судом является правовым актом, который позволяет его последующую реализацию.

Во-вторых, при согласовании проекта плана в его текст на странице 58 было внесено дополнение, которое в случае необходимости отчуждения и продажи какого-либо имущества завода обязывало лиц, выполняющих эти процедуры (в данном случае — управляющего санацией), обращаться за разрешением на отчуждение и продажу в Минобороны как орган управления имуществом. В соответствии с постановлением Кабинета министров от 2007 года №803, ссылка на которое содержится в указанном дополнении, выдаче министерством такого разрешения должно предшествовать обязательное согласование этого разрешения в Фонде госимущества.

Эти требования управляющим санации при продаже имущества соблюдены не были, несмотря на то, что план санации был утвержден судом именно с данными дополнениями. Полагаю, в этом и заключаются противозаконные действия, вину за которые признает бывший управляющий санацией Михеев.

- Озвученная сумма ущерба — сначала 17 млн.грн., теперь 70 млн.грн. По вашему мнению, что потеряло государство от этой продажи имущества?

- Придуманный следствием так называемый ущерб таковым не является, поскольку практически все незаконно проданное имущество решением суда возвращено в собственность государства, а в гражданском иске о возмещении ущерба заводу указана сумма 88 тыс.грн.

- Вам удалось обсудить ситуацию с бывшим министром обороны Ехануровым, какая у него позиция? Почему его предшественник Гриценко позволяет себе политические оценки вашего уголовного дела, а Еханурова не слышно?

- После моего задержания и последующего ареста я не имел возможности общаться с кем-либо, кроме моих родных и адвокатов.

- Вы можете поставить свое уголовное дело в один ряд с делами Тимошенко и Луценко, которых называют политическими заключенными? Если да, то чего добивается власть? Если причина уголовного дела — заказ, то кто заказчик?

- К моему уголовному преследованию приложили руку влиятельные персоны, к удалению которых из Министерства обороны я приложил серьезные усилия в 2009 году. Когда к власти пришла новая команда, эти персоны воспользовались личными связями в Генеральной прокуратуре и подходящим моментом — анонсированной борьбой с коррупцией на самом высоком уровне. После этого из ГПУ и СБУ поступила команда "фас" — "разорвать Иващенко", и началась фабрикация дела.

- С вами пытались договориться, предлагали свободу в обмен на что-то?

- Да, были "намеки" от представителей Генпрокуратуры о необходимости хотя бы частично признать свою вину. Вину — частично или полностью — в чем? Смиренно принести себя в жертву (имя, репутацию, честь, тем самым испоганив жизнь моей семье, моим детям) только ради того, чтобы "помочь сохранить лицо" негодяям, от начала до конца сфабриковавшим дело? Этого никогда не будет. Правда на моей стороне, и я не сомневаюсь, что все, кто участвовал в этом грязном деле (даже те, кто утверждает, что по-другому не мог — команда "сверху"), рано или поздно понесут должное, усердно "заработанное" наказание.

- На прошлой неделе суд завершил стадию допроса свидетелей со стороны обвинения. Как вы оцениваете в целом их показания?

- Стадия допроса свидетелей еще не завершена — допрошены лишь свидетели со стороны обвинения (а также оглашены показания части свидетелей, данных ими в досудебном следствии). Но еще подлежат допросу свидетели, заявленные защитой. Уже допрошенные свидетели (обвинения!) никаких обвинений в мой адрес не подтвердили. И напротив, часть свидетелей, на чьи показания "особенно рассчитывало" обвинение, опровергла свои показания, данные в ходе досудебного следствия при очевидном, несомненном "прессинге" со стороны следователей.

- Почему суд отложил заседание до 1 марта — исключительно по состоянию вашего здоровья? Или судебный процесс, который в январе начали было форсировать, снова перешел в стадию ожидания?

- Сложно ответить на этот вопрос. Настолько долгий перерыв в заседании вряд ли можно объяснить только показаниями моего лечения.

- Тимошенко и Луценко часто жалуются на ангажированность суда и на то, что суд принимает решения не самостоятельно, а по указаниям извне. А в вашем деле вы можете назвать суд справедливым?

- Не могу назвать суд справедливым, неоднократно заявлял это в ходе судебного заседания в адрес коллегии судей в составе Вовка С.В., Царевич О.И., Карабаня В.Н. Более того, я подавал заявление в Высшую квалификационную комиссию судей Украины с жалобой на незаконные действия названных судей. К сожалению, получил стандартную отписку, что комиссия не нашла оснований для привлечения их к дисциплинарной ответственности.

- На какой приговор вы рассчитываете, когда он может быть вынесен? Оцените свои шансы.

- Единственно законным может быть только решение суда о прекращении уголовного дела на основании отсутствия состава преступления. Все остальное, в том числе и привлечение к уголовной ответственности тех, кто незаконно возбуждал уголовное дело, — потом.

- Каковы шансы выиграть дело в Европейском суде по правам человека?

- Заявление в Европейский суд по правам человека с жалобой на арест подано в июне 2011 года. Пока большей информацией не располагаю.

- Вам назначили медикаментозное лечение в условиях СИЗО, капельницы по четыре раза в день. Почему, на ваш взгляд, суд не отпускает вас лечиться на свободу?

- К сожалению, суд не руководствуется, как я уже говорил, ни соображениями справедливости, ни гуманности, ни законности. Ходатайства об изменении меры пресечения, неоднократно подаваемые защитой и отклоняемые судом, — не попытка выпросить чего-то незаконного. Нет никаких оснований держать меня под арестом почти полтора года. Есть все основания, предусмотренные УПК, избрать иную меру пресечения, не связанную с лишением свободы. Очевидно, что суд не самостоятелен в принятии решений, отвечающим принципам справедливости и законности.

- Ваша семья недавно обнародовала заявление, в котором просит не допустить вашего физического уничтожения. Вы тоже считаете, что это может быть кому-то выгодно?

- Выгодно тем, кто заказал, и тем, кто рьяно исполнял заказ, фабрикуя материалы и незаконно возбуждая уголовное дело.

- На прошлой неделе ПАСЕ в резолюции по Украине заявила, что озабочена уголовным преследованием бывших членов правительства Тимошенко. Особенную обеспокоенность ассамблея выразила состоянием здоровья Луценко и Иващенко, которым "требуется медицинская помощь вне пенитенциарной системы". ПАСЕ предлагает освободить обоих по гуманитарным соображениям вплоть до завершения их судебного процесса. Власть прислушается к рекомендации?

- Трудно найти ответ на этот вопрос, но еще труднее власти принять решения, которые все-таки придется принимать. В отличие от патовой ситуации, из которой по определению нет выхода, из тупика выход есть. Нужно сделать хотя бы шаг назад, и тогда можно увидеть не только стену, в которую уперся лбом.

- В каких условиях вас содержат, у вас есть претензии к администрации СИЗО?

- Претензий к администрации СИЗО и медицинскому персоналу нет.

- Вы провели в заключении больше, чем все остальные представители правительства Тимошенко. Как коротаете время? Например, Луценко много читает.

- Да, конечно, в основном это тоже чтение. Ну и, в зависимости от соседей, которые за этот длительный период неоднократно менялись, — шахматы.

- Выйдя на свободу, планируете ли заниматься политической деятельностью?

- В СИЗО я убедился в справедливости многих прописных истин, одна из которых — "если ты не занимаешься политикой, политика займется тобой". Ранее и на военной, и на госслужбе я сознательно дистанцировался от того, что считалось партийно-политической деятельностью — сказывался иммунитет кадрового военного, привитый к подобной активности еще в советские времена. Я добросовестно и качественно работал там, где мои знания и профессиональный опыт были востребованы и использованы с максимальной эффективностью и отдачей.

Теперь я, к своему разочарованию, понял, что страна Украина и государство Украина — далеко не одно и то же. Первую — страну, свою родину, ее людей — я люблю, почитаю. В то же время, как оказалось, государство Украина, олицетворяемое созданной и существующей системой власти, не заслуживает уважения. Высказываюсь так категорично, конечно, после того, как испытал на себе: жизнь, здоровье, честь, достоинство, права человека, гражданина этого государства могут быть попраны, растоптаны с невероятной для нашего цивилизованного времени легкостью! Оказывается, нужно, чтобы этого захотел всего один или несколько человек, которых государство — не народ, а органы власти — наделили некими полномочиями.

Будучи неподконтрольными кому-либо, кроме как самим себе, а потому неприкасаемыми, они могут, наслаждаясь, упиваясь властью, уничтожить любого другого человека, сломать его жизнь, жизнь его родных и близких. Конечно же, я имею в виду сотрудников прокуратуры, судебной системы, других правоохранительных органов. Наверняка, среди них есть порядочные люди. Вот только почему-то такие мне не встретились на протяжении случившейся со мной истории.

Эта система с ее построением и внутренними "законами жизни" унаследована независимой Украиной от прежних времен тотального контроля и руководящего, направляющего влияния со стороны КПСС. С ликвидацией этого партийно-политического контроля правоохранительная и судебная система оказались и остаются репрессивной машиной без действенного контроля со стороны государства и вообще без какого-либо контроля со стороны гражданского общества.

Я не брошусь сломя голову в политическую или общественную работу, а постараюсь работать там, где мои профессиональные качества будут востребованы. Но одновременно я буду делать все возможное, чтобы привлечь как можно больше честных, порядочных, профессиональных людей к борьбе за преобразование, капитальный ремонт, переделку упомянутого мной репрессивного монстра, чтобы хотя бы наши дети и внуки не разделяли в своем сознании свою родину на два несовпадающих понятия — страну и государство.

Если для этой работы будет необходимо позиционировать себя в политическом спектре, то, думаю, я смогу достаточно быстро сориентироваться и прийти к той политической силе, идеология и практика которой совпадают с моими нынешними убеждениями.

- Не жалеете ли о том, что согласились руководить Министерством обороны в 2009 году?

- Я не жалею ни об одном шаге, поступке, совершенном мной в этой жизни, потому что никогда не делал ничего противоправного, противозаконного, а также вопреки своей совести и убеждениям.

- Как вы думаете, правильно ли сделали ваши бывшие коллеги Поживанов и Данилишин, а также Александр Тимошенко, выехав из Украины?

- Не уверен, что вправе давать оценку действиям своих коллег, оказавшихся в условиях, назвать которые экстремальными — чересчур деликатно.