Выступление Президента Украины на 48-й Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности
Уважаемый господин председатель!
Дамы и господа!
Уважаемые участники конференции!
Дискуссии по вопросу построения неделимой, всеобъемлющей и кооперативной безопасности на пространстве от Ванкувера до Владивостока идут уже не первый год.
За почти сорок лет, прошедших после подписания Хельсинского заключительного акта, принципы, положенные тогда в основу взаимоотношений между государствами, не утратили своей актуальности.
В то же время, в современном мире значительно увеличился спектр факторов, влияющих на систему международной безопасности.
Один из них — энергетическая безопасность.
Очевидно, что ее значимость и далее будет повышаться.
Это связано с прогнозируемой высокой зависимостью наших государств от энергоресурсов в обозримом будущем.
Украинский Чернобыль и японская Фукусима подтвердили высокие риски ядерной энергетики.
Аварии в Мексиканском заливе и у берегов Австралии нанесли непоправимый ущерб природе, а их последствия стали нелегким испытанием для мировой экономики.
Нестабильность в странах Северной Африки и на Ближнем Востоке, сложность ситуации вокруг Ирана — дополнительные факторы риска для энергообеспечения Европы и мира в целом.
Сегодня энергетическая безопасность по своей важности фактически сравнима с безопасностью военно-политической.
В этой связи считаю, что основополагающие принципы нашего взаимодействия в вопросах, связанных с военно-политическим измерением безопасности, могут быть распространены также на энергетическую сферу.
Это требует, прежде всего, системного и консолидированного подхода на основе согласованных принципов и инструментов взаимодействия, включая договорно-правовые.
Во-первых, речь идет об обязательстве государств не укреплять свою безопасность за счет безопасности других, зафиксированном в Стамбульской Хартии европейской безопасности 1999 года.
Этот ключевой принцип вполне может быть применен и при решении энергетических проблем.
На практике это означает, что при имплементации энергетических проектов определяющими должны быть экономическая целесообразность и соблюдение экологических требований, а не политические интересы отдельных государств.
Именно с этой точки зрения мы предлагаем оценивать рациональность реализации новых проектов транспортировки энергоносителей, в том числе так называемых "альтернативных" маршрутов, которые зачастую требуют колоссальных финансовых, временны́х и человеческих затрат, а также создают существенные угрозы для окружающей среды.
Тем самым, эти проекты усугубляют и без того острые экономические и экологические проблемы и повышают риски в этих сферах безопасности.
В данном контексте не могу не напомнить, что уже в течение многих лет Украина является надежным транзитером природного газа в Европу.
Сегодня около 70% российского газа поставляется в страны Евросоюза трубопроводами Украины.
При этом потенциал национальной газотранспортной системы сейчас используется лишь на две трети.
Одновременно мы имеем самую мощную в Европе систему подземного хранения природного газа.
Она насчитывает 13 хранилищ общей активной емкостью около 32 млрд. кубометров.
Поэтому я убежден, что сохранение этого эффективного, надежного и удобного маршрута в надлежащем техническом состоянии и его максимальное коммерческое использование — в интересах всех участников европейского энергетического рынка.
В этой связи мы рассчитываем на реализацию нашими европейскими партнерами и международными финансовыми организациями договоренностей об участии в модернизации газотранспортной системы Украины, в частности, достигнутых на международной конференции Украина-ЕС в Брюсселе 23 марта 2009 года.
В то же время, в июле 2011 года Национальная акционерная компания "Нафтогаз Украины" за собственные средства уже начала работы по реконструкции первой линии газопровода Уренгой-Помары-Ужгород.
Отмечу также, что проведенный экспертами анализ подтвердил эффективность и жизнеспособность украинской ГТС, в том числе и с экологической точки зрения.
Возвращаясь к вопросу принципов взаимодействия в энергетической сфере, хочу еще раз подчеркнуть: мы понимаем желание отдельных государств усиливать свои позиции на энергетическом рынке.
Вместе с тем, убежден, что это не должно осуществляться за счет безопасности других стран.
Понятно, что поиск баланса в этом вопросе является сложной задачей, но находить взаимоприемлемый компромисс необходимо в любом случае.
Создание единых, четких правил игры, эффективных правовых рамок для международного сотрудничества является залогом успеха.
В то же время, должен констатировать, что любые, даже самые совершенные инструменты, абсолютно неэффективны, если остаются исключительно на бумаге.
В Украине понимают, что в рамках определенных правил усовершенствование таких инструментов является возможным и, в целом, целесообразным.
В частности, мы выступаем за практическую реализацию инициативы по созданию на многостороннем уровне механизмов раннего предупреждения энергетических кризисов.
Указанные вопросы уже обсуждались в различных форматах, в том числе и в рамках ОБСЕ.
Но разногласия в позициях государств и, прежде всего, отсутствие надлежащей политической воли не позволили нам достичь конкретных договоренностей по этому вопросу.
Мы приветствуем начатый процесс модернизации инструментов и процедур Энергетической Хартии.
Надеемся, что он приведет к сбалансированному учету интересов всех ее участников.
В прошлом году Украина присоединилась к Договору об учреждении Энергетического Сообщества.
Для нас это был осознанный и важный шаг в контексте реализации курса на интеграцию в ЕС.
Нашим государством в этой связи предпринимаются необходимые меры по адаптации национального законодательства к нормам и правилам Европейского Союза, в том числе и в энергетической сфере.
Мы прилагаем максимум усилий для выполнения взятых на себя обязательств.
Вместе с тем, крайне важным при этом является равенство условий для всех участников процесса.
Исходя из этого, нас не могут не тревожить некоторые сигналы о возможном изменении общепринятых правил игры в угоду интересам отдельных компаний или стран.
Принятие таких решений может полностью разрушить основу для построения эффективных международных платформ взаимодействия в энергетической сфере.
Уже много лет мы говорим о необходимости налаживания трехстороннего сотрудничества между ключевыми сторонами энергетического диалога — поставщиками, транзитерами и потребителями.
К сожалению, упомянутый формат пока не внедрен. Однако, мы убеждены в необходимости такого максимально широкого диалога.
Украина, со своей стороны, также будет прилагать все необходимые усилия для его дальнейшего развития, в том числе в рамках ОБСЕ, где мы будем председательствовать в 2013 году.
Уважаемые дамы и господа!
Очевидно, что обеспечение энергетической безопасности является ключевой составляющей политики национальной безопасности любого государства.
За последние два года Украина как никто ощутила правдивость этого утверждения.
Мы столкнулись с вызовом, с которым вряд ли сейчас сталкивается любая другая европейская страна.
В соответствии с крайне невыгодным для нас контрактом Украина сегодня должна платить непомерно высокую и экономически не обоснованную цену за газ в 516 долларов США за тысячу куб.м.
При этом мы должны закупать в два раза больше топлива, чем нам нужно.
Фактически треть государственного бюджета Украина должна направить на оплату энергоносителей.
Напомню также, что срок действия этого контракта — 10 лет, хотя раньше аналогичные договоренности пересматривались практически ежегодно.
Пример Украины, как ни что другое, свидетельствует о необходимости консолидации наших совместных усилий по выработке четких, прозрачных и справедливых правил игры в энергетической сфере с целью достижения баланса интересов: Украины — как основного транзитера, России — как поставщика и интересов ЕС — как потребителя газа.
Я искренне убежден, что именно от способности к нахождению компромисса в духе солидарности и взаимной экономической выгоды зависит будущее благополучие и процветание не только одной отдельно взятой страны, но и всего Европейского континента.
Благодарю за внимание.
