Днепропетровск, похоже, становится столицей украинского рейдерства.
Рейдеры здесь играют по-крупному. Захватываются не столько мелкие магазинчики и лавчонки, сколько заводы, парки, административные здания. Третий передел собственности новоявленными буржуа местного пошиба раздирает город.
Недавно кому-то очень приглянулся молочный комбинат “Злагода”. Доходное производство, обходящееся без иностранных инвестиций, очень лакомый кусочек для любого промышленника, решившего его еще раз “прихватизировать”. Это уже третья попытка захвата предприятия за историю независимой Украины. Все прошлые попытки делались при очередной смене правящих элит в обществе. Так происходит и сегодня. 21 мая в районе 10 утра на комбинат пожаловало около 30 вооруженных людей. Приехавшие перепрыгнули через турникет, вышибли двери и захватили бухгалтерию. Затем “гости” коими оказались сотрудники налоговой милиции, стали сбрасывать в огромные мешки всю бухгалтерскую документацию за последние три года и другие интересующие их документы, после чего представители налоговой милиции покинули комбинат.
Но тогда разбомбить комбинат государственными методами не удалось. Теперь комбинат было решено оттяпать другим методом. Был захвачен реестр собственника с полным списком акционеров. Сделано это было с помощью другого рейдерского нападения на фирму “Реестр Днепро”, которая собственно и регистрировала “Злагоду”. Руководство регистратора было сменено и тут же были разосланы приглашения мелким акционерам сдать свои акции в эту реестровую фирму по выгодной цене.
По квартирам пенсионеров начинают ходить люди, и всеми правдами и неправдами выуживать доверенности на акции. Теоретически ничего в этом предосудительного нет. Акции есть ходовой товар, разрешенный к передаче на доверенность, продажи и т.п. Но захваченный реестр рейдер отдавать не торопится по одной простой причине. Поскольку оригинал находится у него, то он вполне может изменить его, как ему вздумается. И, неравен час, выяснится, что контрольный пакет акций будет в руках рейдера и тогда люди в камуфляже по решению суда могут захватить завод и сменить собственника. Это конечно тоже не страшно, так, как закон пожирания крупного капитала более крупным действует на сегодняшнее время повсеместно. Вопрос упирается в другое. Рейдеры, а ими, по словам Виктора Веретенникова генерального директора “Злагоды”, являются фирмы “Приват-сервис” и “Славутич капитал”, далеки от молочно-кондитерского производства, поэтому предприятие будет просто перепродано, а остановка хоть на сутки такого молочного гиганта как “Злагода”, по словам Веретенникова, будет смертельна для производства. Значит тысячи людей поколениями работавших на комбинате останутся без работы и средств к существованию. Рабочих такая перспектива не устраивает. Силами самих тружеников было организованно круглосуточное дежурство по периметру завода.
Есть у этой истории и другая сторона. Вряд ли пенсионеры с такой легкостью отдали бы свои акционерные голоса за подачку рейдеров, если бы Виктор Веретенников в свою очередь регулярно выплачивал пенсионерам дивиденды по акциям довольно зажиточного предприятия. Владелец обычно ссылался на очередную модернизацию производства, и на собрании акционеров (а это собрание он мог бы проводить и один в своем кабинете, так, как контрольный пакет акции находится у него) принимал решение о вложении дивидендов в модернизацию комбината. Пенсионеры же и другие мелкие акционеры в очередной раз остались ни с чем. Когда же к ним пришли “конкретные” люди и дали конкретные деньги только за то чтобы три года распоряжаться акционерными голосами, обнищавшие “собственники” не выдержали и согласились.
Рабочие самой “Злагоды” пока со своими акциями расставаться не торопятся, надеятся получить когда-нибудь по счетам и самоотверженно отстаивают родное производство. Но к Виктору Веретенникову по-прежнему остается несколько вопросов. Научит ли его этот случай бережному отношению к своему основному капиталу — рабочим? И другой, более пространный. Сейчас собственник жалуется на то, что кто-то пытается, манипулятивными методами, забрать у него предприятие, а как сам собственник получил это предприятие в бытность его государственной собственностью?
