Украина на пороге громкого архивного скандала. Верховная Рада готовит разрешение уничтожать документы, которым больше 60 лет. Именно это предложила Государственная архивная служба. Исследователи бьют тревогу. Говорят, так власти хотят легализовать фальсификацию истории.
Эти документы исследователи выкопали из земли.
Их закапывали в молочных бидонах, которые должны были обеспечить им сохранность и непопадание воды.
Это разнообразные отчеты и инструкции воинов УПА. В основном — в плохом состоянии. Ранее их ждала бы реставрация. А теперь исследователи боятся, что документам пришел конец. Ибо две недели назад Верховная Рада приняла в первом чтении изменения в Закон об архивном фонде.
Согласно ним непоправимо поврежденные документы подлежат изъятию из архива. А также те, которые не имеют ценности.
Владимир Вятрович, историк, руководитель центра исследований освободительного движения:
Цим можуть скористатися власне для знищення певних документів, для вилучення цих документів з нацархіву. Законодавча нечіткість може бути тією шпаринкою, яка дозволить чинити протиправні дії.
А еще в новом законопроекте чиновники проигнорировали обращения исследователей, и все, что было засекреченным, так и оставили за семью замками.
Владимир Вятрович, историк, руководитель центра исследований освободительного движения:
Ніхто толком не знає, що таке конфіденційна інформація, що дозволяє зараз обмежувати доступ практично до будь-якого документу, що молодший за 75 років.
Инициатором изменений в закон стал Кабинет министров. Подготовила его Государственная архивная служба. Сейчас в Киеве дают пресс-конференцию, чтобы объяснить цель новаций. Обещают растолковать нечеткие формулировки закона. А чрезмерной закрытости архивов вообще не признают.
Ольга Гинзбург, председатель Государственной архивной службы:
Архіви сьогодні в нас повністю відкриті. Ми настільки відкрилися, що якби моя воля була, то я б половину б закрила.
Потому что, мол, документами из украинских хранилищ пользуются иностранцы, посягающиеся на чужое. А таким в украинских архивах, по мнению главы Госархива — члена компартии — делать нечего. На все упреки историков дает понять — это не изменения в закон плохие, просто исследователи интересуются не тем.
Ольга Гинзбург, председатель Государственной архивной службы:
У всіх чомусь ці репресії засіли в душі. У нас стільки цікавих матеріалів в архівах.
Засіли в душі, бо це дуже багатьох людей в Україні стосується.
Вивчайте фонди Великої Вітчизняної війни, там дуже багато цікавих речей. Там загинуло людей набагато більше.
В Берлинском архиве Штази кипит работа. Сюда поступают документы тайной полиции, действовавшей в ГДР почти 5 десятилетий. Исследователи разбирают мешки с бумагами. Часто там — одни лоскутки.
Далее маленькие куски пытаются соединить уже с помощью компьютера. После реконструкции документ станет доступным для всех.
Йоаким Хойслер, руководитель проекта виртуальной реконструкции уничтоженных архивов Штази:
Це було рішення німецького парламенту — зробити всі архіви Штазі прилюдними. І жоден документ не може бути Знищений, щоб ми могли аналізувати свою історію. Тож не може бути мови про якісь вилучення документів.
Сейчас изменения в закон в парламенте прошли только первое чтение. В Комитете культуры и духовности, который курирует этот закон, обещают: ко второму чтению попытаются недостатки устранить. Вместе с нормой о конфиденциальной информации.
Владимир Яворивский, народный депутат Украины, фракция БЮТ-Батькивщина:
Я не думаю, що нам вдасться провести тезу про те, що всі абсолютно документи можуть бути відкритими. Якась все-таки невеличка кількість має залишатися. Але це має бути виняток із правила.
В центре освободительного движения имеют дело с документами, под запрет обнародования или уничтожения рискуют попасть первыми. Поэтому сейчас оцифровывают все, что уже отреставрировали. Более того, свою базу планируют выложить в свободном доступе.
