16 апреля состоится премьера спектакля "Сны Василисы Егоровны" по произведениям Леся Подервянского. Об этом художник и драматург рассказал на своем творческом вечером, который состоялся в киевском Доме ученых.
"Утром я варю кофе своему другу Андрею Критенко и мы работаем у меня дома над будущим спектаклем, получаем настоящее удовольствие. В первом нашем спектакле "Павлик Морозов" не было практически слабых мест. Спектакль на хорошем европейском уровне, с хорошим актерским составом. То, что большинство из них — не профессионалы, так на это наш режиссер говорит, что профессионализм украинских актеров ничего не стоит — это наработанные штампы и не более. Настоящий хороший актер — это быть самим собой при этом, если ты — личность, ничего больше не надо на сцене, разве что максимальная открытость. Кто видел спектакль, помнят двух замечательных стриптизерш, которые просто играли сами себя честно, хорошо и красиво", — рассказал Подервянский.
В основе "Снов Василисы Егоровны" будут 9 старых пьес драматурга. Будет задействована часть актеров из предыдущего спектакля.
"Часть потому, что на сцене в этот раз будет значительно меньше людей. Снова буду сценографом. Во время работы в театре вообще не обращаю внимания на свои авторские ремарки, в пьесах для меня это лишь литературный прием. На спектакле "Павлик Морозов" в нас за свет отвечали немцы Себастьян Альфонс и Петер Мюллер — ведущие немецкие художники, работавшие в Ла Скала в Венской опере.
Интересно, что украинский язык не знают, но действа на сцене все поняли и были в восторге, но это театр, а не литература. Потому перевести мои пьесы, скажем, английским невероятно трудно. Переводчик должен быть невероятным человеком, который владеет в совершенстве украинским и вырос в Бронксичы или ином пролетарском районе, еще и в совершенстве владеет языком этих мест", — пояснил художник.
Он считает, что до 35 лет каждый должен прочитать все, что того стоит.
"Я так сделал, теперь за что новое не возьмусь после двух страниц книга летит в мусорку. А вот Гомера, Шевченко, Пушкина, Фолкнера, Платонова, Шекспира могу все время перечитывать. Хотя наверное больше всего на меня повлияли детские поездки в село на Полтавщину. Меня туда родители забрасывали к дедушке и бабушке. Никакого отношения они к тому села не имели, дед был ярый рыбак и снимал там комнату на реке Псел. Там был друг — бывший полицейский. Его звали Иван. И моя бабушка не любила, когда я с ним общался. Он отсидел в тюрьме и был абсолютно "конченым человеком", пьяницей. Поэтому в колхозе он занимал низкий ступень в иерархии: он был у волов и лошадей, что мне было и надо. Часто напивался, и я вместо него запрягал этих волов и лошадей, купался в стихии его неуклюжего художественного мата", — вспомнил он.
