В Верховной Раде зарегистрирован законопроект регионалки Ирины Бережной "О внесении изменений в некоторые законодательные акты относительно рассмотрения дел Верховным Судом Украины", которым фактически возвращается часть утраченных Верховным Судом Украины полномочий. О новом законопроекте в свете будущих выборов председателя суда мы говорим с действующим главой Верховного Суда Василием Онопенко.
Василий Васильевич, журналисты высказывают предположение, что Верховный Суд опять превращают во влиятельный институт, потому что ваш срок председательства в суде истекает — и на ваше место должен прийти кто-то из юристов-регионалов, чаще всего называют Сергея Кивалова. Как вы это прокомментируете?
Верховный Суд по определению и по Конституции должен быть влиятельным в процессуальном смысле институтом. И этот законопроект частично решает эту задачу. Потому вопрос о мотивации упомянутой законодательной инициативы в действительности имеет второстепенное значение. Главное, что она даст судебной системе, и каким будет результат принятия закона для правосудия, для судебной защиты прав человека. А те изменения, которые этот проект предусматривает, — неотложные.
Что же касается того, что на должность председателя ВСУ претендует Сергей Кивалов, то с ним на эту тему не общался и не слышал, чтобы он где-то об этом заявлял. Однако следует учитывать тот факт, что председателем ВСУ может быть только судья ВСУ. Сергей Кивалов им на сегодня не является.
Но мы видели, как председателем Конституционного Суда екстренно за два месяца становился макеевский судья...
У меня 29 сентября завершается срок полномочий в должности председателя ВСУ. По закону на протяжении месяца должен состояться Пленум ВСУ по вопросу избрания председателя ВСУ. Как действующий председатель я принял решение о созыве Пленума по этому вопросу. Неделю назад я заявил, что опять буду баллотироваться на должность председателя ВСУ. В то же время это может делать и кто-либо из действующих судей ВСУ. Каждый из моих коллег может претендовать на эту должность и может возглавить Верховный Суд.
Спор о том, какой будет система судов длится много лет. Но Вам не кажется, что эта судебная иерархия, реорганизация судов — это лишь второстепенные мероприятия. Это как повышать качество в доме терпимости, переставляя кровати. Любая судебная система мертва и обременительна, если она не имеет связи с обществом. Если главная проблема граждан в том, что мы не можем дать отвод судье, узнать, откуда этот судья вообще взялся... Судьи не несут ответственности... Ни одна реорганизация ничего не даст, если будут аморальные судьи. Вы не согласны?
Почему же, согласен! Но нужно понимать, что проблема качества правосудия является комплексной. Вопросы системы судов и квалификации и честности судьи взаимосвязаны между собой.
Нынешнее судоустройство не совершенно, но даже при существующей системе судов можно найти оптимальную модель эффективного правосудия. В этой модели каждый суд может занимать лишь ему присущее место и выполнять лишь ему присущую роль — и местный, и апелляционный, и высший, и Верховный.
Последний же должен быть на вершине судебной иерархии не формально, как это сейчас, а по своему процессуальному статусу, который давал бы возможность исправлять ошибки судов низшего уровня, направлять судебную практику, обеспечивать ее одинаковость, предоставлять судам разъяснения по вопросам применения закона и методическую помощь. Только это даст возможность осуществлять процессуальную проверку законности и обоснованности судебных решений судов низшего уровня, а на основании вердикта Верховного Суда — давать правовую оценку действиям конкретного судьи, обнаруживать тех судей, которые допускают нарушение закона и злоупотребления своими полномочиями.
Я, когда шла к Вам, общалась с известным адвокатом. Он считает, что если ВСУ возрождать, то только как верховенство мнения и верховенство процесса, потому что процессуальное право — это гарантия на защиту. Верховный Суд должен проводить коллегии и отбирать для себя особо громкие и резонансные дела. Как бы вы это прокомментировали?
Я считаю, что это может стать звеном, которое повлечет решение целого ряда проблем. Сейчас суды "перегружены" тысячами однотипных дел, которые не только решаются в общем порядке, а к тому же нередко решаются по-разному. Взять хотя бы так называемые социальные дела (относительно чернобыльцев, детей войны, пенсионеров и тому подобное). Несколько лет подряд законодатель перебрасывал их из административной юрисдикции в гражданскую, а затем наоборот. У судов возникают споры относительно подсудности этих дел, правильности их решения. А страдают люди.
Что нужно сделать? Как вариант — дать возможность Верховному Суду рассмотреть по существу конкретное дело соответствующей категории, которое имеет общесоциальное значение и предмет которого касается сотен или тысяч людей, принять взвешенное, юридически обоснованное решение, которое бы стало правовой позицией (прецедентом) для рассмотрения остальных такого рода дел низшими судами. И все — не было бы в местных и апелляционных судах "завалов", и государственные средства сэкономили, а люди годами не обивали бы их пороги и не ожидали решения своего дела.
Если руководствоваться интересами дела, то можно достаточно быстро внедрить много новых правовых механизмов, которые подняли бы наше правосудие на качественно более высокий уровень. Опять-таки, надеюсь, что законопроект, о котором ведем речь, — первый шаг на этом пути.
Как вы коротко охарактеризуете суть законопроекта?
Речь идет об определенном расширении полномочий Верховного Суда, в частности возвращение ему права принимать решение по сути дела. Ведь разве может он быть судом, к тому же Верховным без такого права! Это касается и структурного усовершенствования Верховного Суда — возвращения к палатному принципу рассмотрения дел. Проектом предусмотрено оптимальное на сегодня количество судей ВСУ — 48. В случае его одобрения произойдет восстановление и стабилизация Верховного Суда как высшего судебного органа, над которым вот уже больше года висит "дамоклов меч" в виде принудительного сокращения количества его судей до 20 лиц.
Все должны понимать, что такие изменения нужны прежде всего не Верховному Суду и его судьям, а — правосудию, государству, обществу. Потому что только полномочный Верховный Суд может выполнять функцию высшего судебного органа, которым он является по Конституции. Хочется кому-то или нет, а по своему назначению Верховный Суд — это последняя судебная инстанция в государстве, это судебный орган, решения которого должны быть образцом для всех остальных судов, это орган, который должен обеспечивать единство судебной практики, направлять ее.
Бесспорно, законопроект Бережной не решает всех проблем деятельности Верховного Суда. Но это первый и важный шаг законодательного восстановления его конституционного статуса, потому что уже все, по-видимому, убедились, что из-за отсутствия полномочий у Верховного Суда теряется качество судопроизводства в Украине.
И хорошо, что такой шаг законодатели предприняли в канун круглого стола председателей верховных судов Европы, который состоится 22 сентября в Верховном Суде Украины на тему: "Роль верховного суда в защите прав человека". Кроме всего прочего, Украина таким способом демонстрирует Европе, что она прислушивается к рекомендациям Венецианской комиссии и проявляет мудрость в своих государственных решениях.
Эту мудрость, кроме всего остального, породило понимание того, что когда Верховный Суд фактически отстранен от судопроизводства, то нашим гражданам не остается ничего другого, как искать правды в Европейском суде по правам человека. А этого не нужно ни людям, ни государству.
Это же Ваша компетенция — пересматривать судебные решения украинских судов после решения Европейского суда?
Да. Верховный Суд является единственным в нашем государстве судом, полномочным пересматривать судебные решения национальных судов после признания судебного решения Европейским судом по правам человека таким, которое нарушает международные обязательства Украины. Однако здесь есть несколько "но".
Во-первых, таких дел не может быть много по определению, поскольку Европейский суд принимает к своему рассмотрению не все дела, которые к нему поступают из Украины. К тому же, не каждый гражданин Украины, неудовлетворенный решением украинского суда, будет обращаться в Страсбург. Раньше было все просто и нормально — можно было без проблем непосредственно обращаться в свой высший национальный суд, которым является Верховный Суд.
Во-вторых, действующее законодательство предусматривает еще одно препятствие к эффективной защите прав наших граждан, нарушение которых признал даже Европейский суд. Речь идет о том, что сегодня Верховный Суд может осуществить пересмотр соответствующих решений национальных судебных органов, в которых Европейским судом констатировано нарушение норм Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод, лишь в случае, если высший специализированный суд допустит жалобу гражданина или организации к производству в Верховном Суде. Задумайтесь: лица, нарушения прав которых констатированы Европейским Судом, не имеют прямого доступа к правосудию в Верховном Суде Украины, а сам Верховный Суд не может выполнить свою функцию без разрешения на то со стороны низшего суда. То есть, высший специализированный суд поставили не только над Верховным Судом, но и над европейским судом.
Хочу отметить, что вообще тот пересмотр решений судов низшего уровня, которые сейчас осуществляет Верховный Суд (в т.ч. после Европейского суда) не является эффективным. Ведь любое дело, допущенное высшим специализированным судом к Верховному Суду, рассматривается всем его составом. То есть, специалисты по гражданскому праву вовлечены в рассмотрение уголовных дел, хозяйственники — уголовных, криминалисты — административных и так далее. Понятно, все судьи ВСУ имеют высокий общий юридический уровень, но каждый из них — ас в своей специализации. Быть профессионалом во всем — невозможно. Потому нынешний порядок рассмотрения дел в Верховном Суде — неэффективен.
В случае возвращения к рассмотрению дел палатами (а законопроект Бережной это предусматривает) в Верховном Суде возобновится специализация, при которой судьи определенной палаты будут рассматривать лишь дела "своей" юрисдикции. Повысится и оперативность их рассмотрения. От этого правосудие только выиграет!
Скажите, а если бы Европейский суд признал нарушение права на защиту в делах Тимошенко и Луценко, как поступил бы Верховный Суд?
Я убежден: он бы принял законное, обоснованное решение.
21.09.2011
