В УНИАН попала папка с весьма интересными документами. В Национальном художественном музее Украины (НХМУ) проводится внутреннее расследование, которое инициировал директор музея Анатолий Мельник. Причина расследования — из помещений Кабинета министров Украины исчезли четыре картины выдающегося украинского импрессиониста Николая Глущенко.
Пропажу обнаружила сверка
Традиционно Нацмузей предоставляет правительству художественные произведения для экспонирования в кабинетах или коридорах руководства страны. Среди переданных правительственным чиновникам картин были и работы Глущенко: "В рыболовецком колхозе" 1952 года, "Паруса на море" 1951-го, "Днепровские дали" 1937-го, "Село у реки" 1951-го. Две последних картины в Кабмине вроде бы нашлись, но, по оценкам экспертов, которых пригласил Нацмузей, они лишь издали напоминают оригиналы. Страховая оценочная стоимость каждой картины более полумиллиона гривен.
В декабре в 2009 году в Кабмине находилось 31 произведение искусства из коллекции НХМУ. Этот факт подтвержден письмом в музей, подписанным директором хозяйственно-финансового департамента секретариата Кабмина Юрием Гурицким.
Однако в ноябре 2010 года при сверке, которую проводили работники музея, в Кабмине не оказалось четырех названных импрессионистских шедевров Глущенко. Был составлен "Акт сверки наличия и состояния сохранности произведений" (от 22 ноября в 2010 г.), в котором зафиксирован факт пропажи.
Акт возврата картин оказался фальшивкой
Работник Кабмина Гурицкий отказался подписать его, заявив, что в 2004 году Кабмин якобы вернул Нацмузею картины "В рыболовецком колхозе" и "Паруса на море", а две другие — вроде бы остались в Кабмине. Свои слова чиновник Гурицкий вроде бы подтвердил документом, предоставив музею копию "Акта о приеме музеем картин за августа 2004 года", подписанного работниками музея Беликовой и Жбанковой.
Анатолий Мельник
Однако, как утверждает директор Нацмузея Анатолий Мельник, с которым встретился корреспондент УНИАН, никаких картин музей от правительственных чиновников не принимал, поэтому он издал приказ о проведении служебного расследования. Директор собрал своих работников — главного хранителя Литвинец, заведующих отделами Беликову, Вивчар, Жбанкову, Демидчук-Демчук — и те в один голос заявили, что никогда такого акта "не видели, не подписывали и даже не могли допустить мысли о его существовании".
Более того, как они полагают, данный "акт" составляло лицо, понятия не имющее о ведении общепринятой музейной учетной документации. Свидетельством этого служит, например, то, что акт "подписан" от имени лица (Жбанковой), по своим должностным обязанностям не имевшим права участвовать в процедуре приема-передачи произведений искусства и вообще на момент подписания находившимся в командировке. В "акте" нет некоторых обязательных реквизитов. А инвентарные номера произведений Глущенко, указанные в документации, не соответствуют действительным (59462 вместо ЖС-2859, 62215 вместо ЖС-1287). И еще описание картин Глущенко не отвечает самим работам.
В то же время работникам музея, тщательно рассмотревшим "акт передачи" от Гурицкого, он немного напомнил... Документ по форме, содержанию, специфике был очень похож на "Акт приема на временное сохранение" от 23 августа 2003 года, заключенный между одним известным правительственным чиновником и НХМУ о приеме на временное хранение музеем двух произведений искусства Сергея Свитославского из частной коллекции чиновника для экспонирования на выставке.
И в "акте" о якобе передаче картин Глущенко музея описаны именно произведения Свитославского. Например, картина этого художника "Вечерний пейзаж" на момент приема передачи была оформлена в раму и под стекло, в отличие от произведения Глущенко "Паруса на море", которое никогда не экспонировалось под стеклом.
Из этого всего работники музея сделали вывод, что "акт о передаче картин Глущенко" — подделка. Директор музея обратился в Киевский научно-исследовательский институт судебных экспертиз (КНИИСЭ) для проведения экспертизы акта. Вывод эксперта полностью подтвердил предположение работников музея. Установлено, что печать НХМУ, подпись директора, а также подписи должностных лиц музея нанесены на "акт" о возвращении картин "путем монтажа с использованием копировально-множительной техники". Этим же заключением эксперта установлено, что оттиск печати и копии подписей брались из акта приема на временное хранение картин Свитославского от их владельца.
Работники музея подозревают, что картины исчезли давно (до конца 2004 года), а акт о возвращении был изготовлен после проведения сверки осенью в 2010 году.
Тем более, что оригинала "акта" передачи картин Глущенко музея господин Гурицкий так и не предоставил.
"А откуда вы узнали об исчезновении картин?"
Юрий Гурицкий
Мы позвонили по телефону господину Гурицкому. Он очень удивился такому звонку, мол, а откуда вы обо всем этом узнали. Я сказала, что нас интересуют, куда делись произведения Глущенко, потому что в Нацмузее говорят, что они где-то "потерялись" в Кабмине. Господин Гурицкий заявил, что наша информация недостоверна, однако немножко подумав отметил, что они "завтра-после вернут их музею".
Настаиваю на встрече с Гурицким, прошу показать картины. Когда мы встретились, он попросил подчиненных продемонстрировать мне "Паруса на море" и "В рыболовецком колхозе", которые как бы собираются все-таки вернуть музею. Меня отвели в подвал, где я их даже сфотографировала на мобильный телефон. Не знаю, действительно ли это Глущенко, но странно, что такие дорогие картины хранятся в самом обычном подвале.
Я спросила у господина Гурицкого о том фальшивом "акте" передачи и попросила показать оригинал. Однако господин Гурицкий сказал, что сделать этого не может.
- Почему?
- Потому что не могу.
И потом что-то начал рассказывать о страшной нехватке кадров.
- А зачем вы одни и те же картины передаете уже во второй раз? — спрашиваю.
- Ну, мы уже их передали музею, а он вернул нам их назад.
Паруса на море (?)
В рыболовецком колхозе (?)
Позвонила директору музея Мельнику, он только посмеялся, заметив: "Вот как мы вывели лжецов на чистую воду".
Очевидно, это дело прокуратуры — выяснить, что произошло с картинами. Но если оригиналы картин все-таки вернутся в музей, мы это будем считать и нашей заслугой. Но это касается лишь двух работ. С двумя другими произведениями ("Село у реки", и "Днепровские дали") ситуация пока не ясна. Музейщики говорят, что они фальшивые. Одна из них висит в кабинете Владимира Семиноженко, ныне возглавляющего Государственное агентство по вопросам науки, инноваций и информации. О второй — ничего не известно.
Табачник больше не интересуется искусством
Президент Гильдии антикваров Украины Дмитрий Табачник
На художественных выставках мне часто приходилось встречать почитателя живописи Дмитрия Табачника. Он сам не раз останавливался на своих культурных предпочтениях. Как-то в одном из комментариев УНИАН Табачник горячо хвалил художественные достоинства импрессиониста Глущенко. Кроме того, Табачник числился (возможно, является им и до сих пор) президентом Гильдии антикваров — профессиональной ассоциации, объединяющей основных участников антикварного рынка страны. Своими первоочередными задачами гильдия считает развитие торговли произведениями искусства и содействие в сохранении художественного наследия...
Я позвонила господину Табачнику, известному коллекционеру картин, поинтересоваться, известно ли ему что-то о документе на экспонирование работ Свитославского (который лег в основу вышеописанной фальшивки). В ответ услышала... возмущение, мол, я здесь не при чем. Он, похоже, уже знал, что журналистка УНИАН интересовалась в Кабмине исчезнувшими картинами Глущенко.
- Я не коллекционирую этого художника (Глущенко. — Авт.), — в итоге сказал он.
- Я ничего не говорила о Глущенко, а лишь поинтересовалась картинами Свитославского, которого выставляли в Нацмузее. Еще мы бы хотели увидеть оригинал акта о передаче картин Глущенко, и нам в Кабмине отказались его показать.
- А я здесь при чем? Я что, работник Кабмина?
- Нет, вы член Кабинета Министров (с 2002 года по 2005-й, а также в 2006-2007-м Табачник работал вице-премьер-министром по гуманитарным вопросам, с 2010 года — министр образования). Мы думали, что вы как любитель искусства поможете нам разобраться, что здесь происходит, узнать показанные нам картины вроде бы Глущенко.
- Я — не любитель искусства, я — бюрократ.
- До сих пор вы им были.
- Я — не любитель искусства, я — бюрократ! Я вам четко артикулирую свою позицию.
- Странно.
- Вы занимаетесь сплетничеством, грязью вместе с другими, — заявил господин Табачник.
...Как гласит русская поговорка: дело ясное, что дело темное. Кто и где тут говорит правду, понять тяжело, главное, по мнению директора музея Анатолия Мельника, чтобы картины нашлись. Не можем с этим не согласиться.
17.06.2011
