Напротив Верховной Рады в Киеве православные Московского патриархата разбили палаточный городок. Требуют отменить идентификационные номера, запретить аборты и дать разрешение на установление часовни перед Верховной Радой. Говорят, на этом месте на срезе липы им явился образ Божьей Матери.
В палатках они обустроили общежитие на 15 мест и кухню. Ходят в соседний общественный туалет в Мариинском парке. Он закрывается в 21.00, поэтому всю ночь приходится терпеть.
- Мы пришли сюда 7 июля прошлого года, — говорит киевлянка 48-летняя Елена Петрук. — Круглосуточно молитвы читаем. Хотим, чтобы отменили коды. Потому что это — число дьявола. И в Писании сказано, что перед концом света все, кому присвоили код, будут гореть в аду. А мы хотим, чтобы все люди спаслись.
Елена Владимировна ведет в палатку, где висит табличка, что это — собственность депутата-коммуниста Евгения Царькова. Внутри несколько женщин молятся у икон. В этом же помещении три сбитых из досок лежака для паломников, которые приезжают из других городов. Чуть дальше — две комнаты с двухъярусными кроватями для женщин и мужчин. Каждая рассчитана на шесть человек. Сбоку обустроена кухня и трапезная. Женщина готовит суп и кашу в двух 20-литровых кастрюлях.
- Я от кода отказалась, когда моя дочь внука родила, — говорит Елена Владимировна. — Ребенку при родах придавили череп, загнивать начал. Врачи говорили, что не выживет. Я кинулась к одному старцу, а он сказал мне в трех монастырях заказать сорокауст за младенца. И когда я возвращалась с третьего монастыря, внука с дочерью выписали из больницы. После этого я обвенчалась с мужем, потому что мы только расписались в молодости. Но перед тем пришлось чин покаяния пройти — бить по тысяче поклонов ежедневно. За жизнь без венчания и за аборты. Мы стали всей семьей в церковь ходить, и дочери, и зятья, и муж от кодов отказались.
В церковь заходят люди. Молятся возле иконы и выходят.
- К нам и депутаты заходят, — говорит монах 25-летний Антоний из Одессы. — Видел одного, он по телевизору часто выступает, а как его звать, не знаю. Она в Верховной Раде работает. Каждое утро зайдет к нам помолиться и на работу бежит. Мы рассказываем всем, что против кодов стоим. Когда я отказывался от кода, мои сестры сказали, что я больной на голову. В нашей семье все неверующие. Только моя прабабушка монахиней была. А мама не хотела, чтобы я монахом стал. Иконостас, который я дома собрал, в сельский туалет выбросила. После того она сильно руку молоком обварила. Тогда поверила, что мои иконы — не просто картинки. Я после того случая в монастырь пошел.
Возле храма поливает высаженные цветы 60-летняя Любовь Присяжнюк. Она живет в палатках с первых дней. Помогает Елене на кухне, ходит на рынок.
- Я от кода через суд отказывалась, — говорит Любовь. — Работаю в школе, как-то директор пришел и сказал нам бумажки поподписывать. Я и не читала их, так как доверяю директору. А это документы на код оказались. Я и еще несколько учительниц потом в налоговую ходили, просили забрать у нас те коды. Пришлось судиться с ним. Поставили нам в паспорт штампики, что мы можем зарплату и пенсию без кода получать. Моя дочь тоже без него живет. Я в церкви справку взяла, что она из семьи верующих. И в университете ей не пластиковый диплом дали, а бумажный, как всем при Союзе давали. И сын со справкой из церкви в военкомат пошел, так ему позволили не служить.
Елена солит кашу крест-накрест, читая молитву "Отче наш". Говорит, когда чистит картошку, читает молитву над каждой картофелиной.
- Резать ее нужно на четыре части от земли к небу. Земля в картофеле там, где больше глазков.
15 мая палаточный городок под Верховной Радой демонтировали. Милиция запретила его возобновлять. Место, где стояли палатки, засеяли травой. Верующие забрали спальные мешки и матрасы, ночуют на скамьях Мариинского парка, возле Верховной Рады.
- Мы здесь будем стоять сколько нужно, потому что лик Божьей Матери на липе до сих пор есть. Здесь хоть часовенку нужно поставить, — говорит Елена Владимировна.
