Экс-министр внутренних дел Юрий Луценко уверен, что оставляя его под стражей, власть просто сводит с ним счеты. Об этом он сказал в интервью "КоммерсантЪ-Украина".
Луценко убежден, что многие уже и не помнят, почему он находится в СИЗО и в чем его обвиняют. "Но, думаю, большинство понимает, что независимо от формальных деталей причина заключается в политической расправе Януковича над оппонентом", — отметил экс-министр.
Он не думает, что его голодовка осталась незамеченной властью. "Мне так не кажется, — сказал Луценко. — Я считаю, что кто-то давно должен заявить о недопустимости продолжения тоталитарной практики содержания под арестом неосужденных лиц, не представляющих социальной опасности".
Экс-министр отметил, что украинское законодательство предусматривает такие формы ограничения, как залог, подписку о невыезде, поручительство. "Почему это не используется? Зачем в Лукьяновском СИЗО в ожидании суда годами сидят обвиненные в экономических преступлениях отцы семейств, у которых трое детей? Почему нельзя описать и взять в залог их квартиру, взять подписку и дать им спокойно ждать решения суда? Я отвечу: потому что поддержанное судом решение следователя ГПУ об аресте — залог взаимной поруки и неизбежности обвинительного приговора. За всем этим стоят такие банальные вещи, как план для следователей и ГПУ, контрольные цифры, процент к предыдущему году, свидетельствующий об "эффективности" работы. Эта репрессивная машина удобна, но противоестественна в современном мире. Речь идет не только о политических узниках, но и о десятках тысяч обычных, может, и оступившихся, людях. Я призываю всерьез начать говорить не только о политически мотивированном содержании Луценко в камере для пожизненно обвиненных — кстати, в соседней с этой камерой сидит человек, обвиняемый в убийстве двух милиционеров, — но и о системе беспредела ГПУ в целом. Замечу, об этом я говорил, и не раз, когда был министром внутренних дел, но тогда это называли "противостоянием ведомств". Говорю об этом, как могу, и сейчас", — сказал Луценко.
"К сожалению, правовые аргументы в нынешней Украине не работают. Поэтому я защищаюсь тем немногим, что у меня осталось. Конечно, все это смахивает на корриду с неизбежным финалом. Но по мне это лучше, чем покорный поход на бойню районного мясокомбината", — заявил он.
