Выдрин: В прямую кишку даже демократии не стоит заглядывать слишком часто
05 мая 2011
автор: Дмитрий Выдрин
Прошел почти год с момента первого публичного провозглашения Президентом Януковичем "курса глубоких реформ и системной модернизации страны". За это время был обозначен список предполагаемых реформ и сделаны сдвиги в отдельных секторах. Но старт реформ в судебном, административном и налоговом секторах был серьезно дискредитирован отрицательной общественной оценкой. Сокращения в Кабмине и Администрации Президента надлежащего позитива не принесли, поскольку в обывательской среде практически не были замечены, а в экспертной — встречены с нескрываемой иронией. Как итог — реформаторский мотор фактически заглох, не успев набрать даже минимальных оборотов. О том, какой будет реформаторская политика команды Януковича в будущем, о судьбе политических ток-шоу и геополитическом выборе между ЗСТ и Таможенным союзом рассказал советник Президента, политолог Дмитрий Выдрин.
—>
- Дмитрий Игнатьевич, хотелось бы начать наш разговор с такой заезженной, но, тем не менее, актуальной темы, как реформы. В чем причина их пробуксовки, на Ваш взгляд?
- Я как раз не так давно закончил большую аналитическую разработку для Президента Украины. Надеюсь, что она будет прочитана, оценена, и, соответственно, возникнет какая-то реакция по ее итогам. Плюс я работаю над продолжением того, что я называю "философией реформ".
Я много писал и говорил о том, что проблема Украины (и не только Украины) в том, что экономику доверяют экономистам, а это слишком важная сфера, чтобы доверять ее даже "главным экономистам". Как военное дело нельзя доверять военным. И проблема реформ заключается именно в том, что они были начаты с экономики, а не с философии.
- Проблема в грамотном пиаре реформации? Как в том анекдоте о разнице между хомяком и крысой?
- Проблема не только в пиаре, и не столько в пиаре. Главная причина в том, что реформаторы не объяснили самим себе, что нужно делать, не говоря уже о всем обществе. Ведь на базовые вопросы нет ответов. Прежде чем начинать реформы, нужно объяснить, кто будет субъектом реформ. Сейчас в Египте после революции идут реформы. Там субъект реформ уже обозначен — это военные. После известных событий в Тунисе субъектом реформ стал средний класс. Его представители возглавили все реформаторские должности.
А у нас в Украине кто является субъектом реформ? Чиновники? Они против реформ. Мелкий бизнес? Он тоже, по сути, против реформ, так как его устраивает предыдущая ситуация, когда можно было практически не платить налоги и так далее. Крупный бизнес? Категорически против реформ, так как почти для всех крупных бизнесменов это гибель их бизнеса, который строился по лекалам явно не цивилизованного и, тем более, европейского уровня.
И я как раз пытаюсь определить и найти этот класс. А если этого субъекта в Украине пока нет, то пытаюсь скромно посоветовать и подсказать, как создать "реформаторский класс" и из кого его создать. Это непростая работа: и социологическая, и социально-психологическая.
- Неужели у нас нет даже намека на субъект реформ?
- У нас нет не только субъекта реформ, у нас нет даже объекта реформ. Что является объектом реформ? Собственность. А в Украине 96% собственности — анонимная. На последней встрече с нашими "реформаторами" я приводил пример, связанный с объектом реформ.
Например, реформируем связь в Украине. Надо договариваться с главными игроками. Но мы даже не знаем, кто конкретно купил "Укртелеком". И с кем тогда договариваться? Или мы захотели провести реформу музыкальной сферы Украины. Мы собираем владельцев главных станций, но не знаем, кто покупает станцию "Мелодия"...
И что мы будем реформировать, если у нас нет объекта реформ? Ведь целью каждой реформы является повышение эффективности работы собственности. Неважно, как она называется. Госсобственность — когда это социалистические реформы, частная собственность — когда это капиталистические реформы... А что мы реформируем в Украине, если у нас все анонимное?
- Тогда как можно символически обозначить нашу модернизацию? Путь в темноте, очковтирательство или...
- Это симулякр, попытка изобразить реформы. Но самое страшное, что люди, ответственные за реформы, имитируют их совершенно искренне.
- То есть они верят в истинность реформирования?
- Они занимаются имитацией перед самими собой, думая, что это реальность. Знаете, была когда-то насмешливая песенка во времена моего босяцкого детства. Извините за неполиткорректность, но в этой песне были такие слова: "Один американец засунул в п.пу палец и думает, что он заводит патефон". Так вот, наши реформаторы похожи на этого американца. Они думают, что заводят патефон, но в действительности палец совсем в другом месте.
- Но если есть вера в истинность реформ, то тогда с чем связано такое слабое информационное сопровождение? Возьмем хотя бы недавнюю реформацию Администрации Президента. Ведь максимально четкого объяснения причин сокращения количества заместителей АП и перевода большинства из них в статус советников Президента, судя по всему, так и не было. Иначе чем объясняется такое количество версий и вариаций вокруг реформации?
- Вы знаете, я человек совершенно не статусный, т.е. не стремящийся к статусу и не разбирающийся в статусах. Произошли какие-то события, связанные с оптимизацией работы аппарата. Но я в этом не участвую. Моя скромная функция — давать аналитический продукт, который можно пафосно назвать "предложениями" или советами для Президента и его администрации. Что я делал, то я и делаю.
- А чем именно Вы сейчас занимаетесь?
- Я участвую в "ситуативной комнате", где проговариваются важные проблемы на текущую перспективу. Я занимаюсь работой над отдельными проектами, которые, на мой взгляд, связаны с другой философией реформ или видением того, как нужно реализовывать реформы в Украине и что нужно делать в первую очередь. Занимаюсь немножко методологией. И в этом плане главный мой инструмент — это публикация книг, где есть и моя ироническая оценка происходящего, и моя методологическая оценка того, что нужно делать. Поэтому то, что я делал, я делаю. А то, что происходит в кабинетах администрации и за ее стенами, это не моя прерогатива. И я, честно говоря, не особо этим интересуюсь.
Что же касается информационного сопровождения объяснения логики реформ, то, знаете, я довольно часто люблю объяснять свою позицию анекдотом. Это квинтэссенция народной мудрости, и сквозь призму анекдота многие обстоятельства начинают играть своими нефальшивыми гранями. Идет молодой человек по улице и слышит сверху голос девушки. Он поднимает голову и видит: девушка симпатичная стоит на балконе четвертого этажа и кричит: "Молодой человек, я вас боюсь!". Он спрашивает: "Чего вы боитесь, я даже докричаться до вас еле могу". А она ему: "Вы меня сейчас изнасилуете". Он говорит: "Ну позвольте, как же я вас изнасилую? Я на улице, а вы на балконе четвертого этажа…". Она: "Так я сейчас спущусь".
Так вот, множество проблем следует из данной логики. Администрация Президента и много других административных учреждений — это, в принципе, достаточно закрытые корпорации, где перестановки являются их внутренним делом. Люди должны знать и видеть результат, а не то, в каких тайных кабинетах или коридорах эти результаты куются. Черчилль говорил, что парламент — это прямая кишка демократии. Поэтому, наверное, в прямую кишку даже демократии не надо заглядывать слишком часто... Поэтому, хотите жить спокойно — не спускайтесь со своего этажа на проезжую часть улицы без особой надобности.
Знаете, один мой знакомый мясник говорит: если бы мы знали, как делается колбаса, мы бы ее не ели. Я думаю, что если бы мы постоянно смотрели, как делается политика, то у нас рвотный рефлекс чаще преобладал бы над аппетитом. Поэтому я считаю, что наши бесконечные политические шоу — это попытка постоянно заглядывать в колбасный цех. И от этого такое отношение к политике. А это уже явный перебор. Мы не должны часто заглядывать в колбасный цех, хотя мы, конечно, должны быть уверены, что там полная санитария, что там соблюдаются стандарты. Только стандарты колбасного цеха называются ГОСТами, а стандарты политического цеха — Конституцией. Мы должны знать, что их соблюдают. Но постоянно находиться в колбасном цехе, мне кажется, контрпродуктивно.
- То есть у политических ток-шоу нет шансов вернуть заметно угасший интерес аудитории?
- Они уже умерли, эти ток-шоу. Знаете, есть фантомные боли: потерянная нога периодически болит на плохую погоду, хотя ее нет. И то, что происходит в ток-шоу, — это фантомные боли. Неслучайно туда ходят политики, в основном, третьего эшелона, так как в ток-шоу крутится в основном ампутированная часть политики и политиков, которые сносили себя, свои идеи, мысли. Вы наверняка не вспомните за последние полгода никакой яркой мысли, которая была бы высказана и поразила бы вас на этих "телепупсиках".
- Вы знаете, я последние два месяца пытаюсь заставить себя, как и раньше, смотреть все ток-шоу в полном объеме. Не получается…
- А у меня не получается уже год. Я был недавно в Харькове на конференции, и журналисты меня спросили, какие политические передачи я смотрю последние полгода. Я ответил, что главная политическая передача называется "Охота и рыбалка". И там я получаю гораздо больше информации, чем из ток-шоу... Например, из этой передачи я узнал, что самец ласки, прежде чем заняться брачными играми со своей супругой, занимается любовью с другими ласками. И это называется "предварительные ласки". А вся наша политика — одни сплошные "предварительные ласки", где так и не доходит до главного: до жены, то есть до народа.
- И в завершение хотелось бы узнать о тех проектах, над которыми Вы сейчас работаете. Если это не секрет, конечно.
- Не секрет. Есть проекты разного уровня. Есть книга, которую я заканчиваю, она выйдет в августе. Книга называется "О политике бесспорно". Предыдущая книга называлась "О политике упорно", а это продолжение, фактически второй том. Это толстая и красивая книга, потому что в ней собраны иллюстрации лучших художников Украины. Но она будет немножко более серьезная, поэтому появилось слово "бесспорно". Там будут мои этюды, связанные с конкретными персоналиями украинской политики, их психотипами, их психоанализом и мотивацией поступков. Там будет большой блок моих афоризмов — я люблю иногда говорить не ямбом, а афоризмом. Там будут мои эссе, которые почему-то некоторые называют проповедями. Это 30 месседжей, где я пытаюсь выразить свои тревоги, пожелания, советы моему любимому читателю.
29.04.2011
Ваше мнение:
|
