Какой была бы история шестой части суши, да и всего мира, если бы юрист Владимир Ульянов не нацелился в свое время на вокзалы, почту, мосты и телеграф, а устремил бы свой взгляд на справедливое судопроизводство?
Сегодня, во времена господства демократии и права, роль судов в нашей стране растет прямо пропорционально обострению политической ситуации, все более напоминающей циркового канатоходца. Так что борьба за суды постепенно выходит на финишную прямую.
Вчера это предположение подтвердил глава Верховного Суда Украины Василий Онопенко. Он, в частности, считает, что блокирование парламентом принятия присяги новых членов Высшего совета юстиции свидетельствует о политической борьбе, а “те, кто реализуют это блокирование, преследует частные интересы”, — уверен главный судья страны, в последнее время занимающий все более консервативную позицию в вопросе судебной реформы. По его мнению, судебную систему страны необходимо оставить в таком виде, в каком она находится сейчас, и подождать с этим делом до тех пор, пока в стране не будет обеспечена “политическая стабильность”. “Сегодня судебную систему необходимо просто сохранить хотя бы в таком виде, в котором она существует”, — говорит председатель Верховного Суда, аргументируя свое убеждение тем, что существует более десяти законопроектов, которые могут уничтожить или повредить судебной системе. Глава ВСУ также отметил, что в настоящее время судебная система разъединена, и это “мешает качественному решению судебных споров”.
Что имеется в виду под судебным “качеством”? Безусловно, речь тут не идет о величине “частных” тарифов, произвольно устанавливаемых некоторыми судьями (заметим, самыми высокооплачиваемыми чиновниками страны), и не об уровне взаимодействия по линии адвокат — судья, все более превращающем наши суды в театры абсурда, где стороны просто ломают комедию, тогда как на самом деле они уже наизусть вызубрили свои роли. Но тезису о “единстве” также трудно дать единообразное толкование. Если речь идет о единстве на основе закона и права, на основе человечности и морали, то это одно. А если в эту мысль упаковано всего лишь стремление подчинить себе также и все предусмотренные Конституцией специализированные суды, то это — совсем другое. С таким же успехом можно ратовать за возврат к печально известным “тройкам”, которые были мастерами на все руки... О чем же говорит Онопенко? Он рассказывает журналистам, что существует целый ряд специализированных судов, и в таком формате функции Верховного Суда “фактически ликвидируются”. По его убеждению, при существовании таких судов, как хозяйственные, административные, криминальные и т.д. гражданам “сложнее” защищать свои права.
Нам, журналистам, трудно об этом судить. Зато адвокаты, для которых такая позиция Онопенко не вновинку, вынуждены ее учитывать, подавая свои апелляции. Если выиграть дело вплоть до самой вершины специализированного судопроизводства, то вероятность негативного решения в Верховном Суде, по мнению адвокатов, возрастает. Так что лучше к услугам этой спецсудебной ветви не прибегать? Вот так крутая позиция одного человека может влиять на соблюдение конституционных норм, которые у нас, как правило, дают повод для разночтений...
А еще глава Верховного Суда категорически против того, чтобы судей избирал народ. В таком случае, по его словам, судьи потеряют независимость, поскольку избрание на местах предусматривает в том числе и финансирование (выборов? — Авт. ), и в разных частях Украины будут различные подходы к такому избранию. “Мы бросим страну в перманентные выборы... это сотни тысячи выборов будут проходить по всей Украине”, — отметил глава суда. В этом, безусловно, есть резон. Что помешает местным толстосумам проталкивать на судебные кафедры своих людей, а потом требовать от них соответствующей отдачи?
И без того, по мнению Онопенко, “основные недостатки, которые свойственны судебной власти, так или иначе связаны с кадровыми проблемами”. Оказывается, в Украине существует три отдельные процедуры подбора судей. В частности, судьи общей юрисдикции избираются окружными квалификационными комиссиями, судьи хозяйственных судов — хозяйственными комиссиями, судьи административных судов — административными комиссиями. “Нарушаются принципы единства, практикуются разные подходы”, — утверждает глава Верховного Суда, подчеркивая необходимость единой системы подбора судейских кадров.
Но когда у той или иной силы в руках весь судейский корпус, это становится слишком опасным, в том числе и потому, что этих вершителей судеб назначали из одного какого-то центра, принадлежащего, как ни прискорбно, определенной политической силе. Похоже, того же побаивается и глава украинского парламента, юрист Арсений Яценюк. Комментируя перипетии с приведением к присяге членов Высшего совета юстиции, он говорит: “Понятно, что идет борьба за распределение политического влияния в ВСЮ. Идет фактически политизация органа. Пытаются вставить в ВСЮ — та или другая сторона — своих людей для того, чтобы решать собственные вопросы”.
Но как отделить суды и от политики, и от взяток? Нужна все-таки стране судебная реформа...
