Первое расследование — о самых распространённых схемах госзакупок, с помощью которых чиновники без особых трудностей превращают бюджетные средства в личные. В новом цикле статей Фокус расскажет о том, как прикарманивают государственные деньги в разных отраслях экономики.
В конце декабря Генеральная прокуратура арестовала экс-заместителя министра юстиции Евгения Корнейчука. Сейчас, после того как тесть Корнейчука — председатель Верховного суда Василий Онопенко встретился с президентом, его опального зятя выпустили из СИЗО. Однако с самого начала арест бывшего замминистра, как и уголовные преследования других представителей предыдущего правительства, стал поводом для жарких дискуссий.
"Вот вы, журналисты, говорите, что Корнейчука преследуют, репрессии начались. Но что вижу я? — рассуждает в разговоре с корреспондентом Фокуса экс-сотрудник департамента по борьбе с коррупцией СБУ, ныне ушедший в бизнес. — Человек согласовал для "Нафтогаза" закупку юридических услуг без тендера по высокой цене. При этом основанием для такой процедуры могло быть либо стихийное бедствие, либо эксклюзивность предоставляемых услуг. Если хоть одна юридическая компания в Украине могла предоставить аналогичные услуги, значит, чиновник пошёл на подлог. Где тут репрессии? Это ведь чистая уголовка". Таким же выводом заканчивались и все разговоры Фокуса с работниками Генпрокуратуры: "Тимошенко закон нарушила? Нарушила".
Большинство уголовных дел против оппозиционеров было возбуждено из-за нарушений процедуры госзакупок. Причём у многих юристов и работников силовых структур, с которыми общался Фокус, не возникало сомнений в том, что правонарушения со стороны тимошенковских функционеров были. Но те же нарушения, как под копирку, повторяли и повторяют те, кто пришёл им на смену. Что подтверждает только одно: госзакупки в Украине — это и есть коррупция.
Преемственность власти
Сейчас в "гостях у Деда Лукьяна", как ласково называют Лукьяновское СИЗО работники правоохранительных органов, томится с десяток представителей прежней власти. Но, по иронии судьбы, четверо людей, подозреваемых в нарушении процедуры госзакупки, пока или уже на свободе. Это сама Юлия Тимошенко, экс-министр экономики Богдан Данилишин, экс-глава Госрезерва Михаил Поживанов и Евгений Корнейчук. Нарушения, в которых обвиняют всех четверых, далеко не ноу-хау. Все эти схемы стали частью государственной машины ещё 15 лет назад. И при такой ситуации скорее можно говорить о том, что прокуратура получила мандат на избирательное преследование людей, действовавших в рамках определённого негласного договора украинского чиновничества. Договора, гласящего, что чиновник, выделяющий бюджетные деньги, просто обязан получить часть из них обратно.
Доказательств этого правила — множество. Например, один сотрудник СБУ рассказал корреспонденту Фокуса о том, как его коллеги весь 2002-2003 год разрабатывали схему закупки автомобилей для МВД. Схема была элементарной: Министерство внутренних дел приобрело у одной российской фирмы около 80 автомобилей УАЗ, в народе называемых "бобиками". Под нужды МВД их переоборудовала некая российская же фирма — наваривала решётку для "обезьянника" в салоне и выдавала новый сертификат, уже на спецавтомобиль. Особенность ситуации заключалась в том, что сами УАЗы были производства середины 80-х годов и единственным новым агрегатом выступала решётка. Кроме того, по просьбе МВД Минэкономики освободило поставку этих авто от уплаты НДС, а поскольку закупка была проведена по графе "транспортные средства специального назначения", МВД освободили от уплаты акциза. В описываемом случае МВД закупало автомобили у единого поставщика услуг — без открытой тендерной процедуры, основываясь на, как говорят сами эсбэушники, сфабрикованной экспертизе. Между тем "бобики" не соответствовали определению "спецавтомобиль" по нескольким параметрам.
Зарезирвированный. Экс-главу Госрезерва Михаила Поживанова часто обвиняли в том, что его ведомство проводит закупку продукции по завышенной стоимости. Фото: UNIAN
Эта схема повторилась через 7 лет — при закупке правительством Тимошенко 1000 автомобилей Opel Combo для нужд сельской медицины. Те же признаки — единый поставщик услуг, безакцизный ввоз, сомнительная цена. При этом собеседники Фокуса в СБУ припоминали, что ввозить авто под видом спецтехники украинские чиновники начали ещё в 1998 году, то есть схема работает более 10 лет.
Непрозрачная покупка государством услуг — схема тоже не новая. Например, юридические услуги, эксклюзивно покупаемые "Нафтогазом" у частной фирмы, были не единственным эпизодом тендерных злоупотреблений в НАК.
"Летом 2009 года у нас в компании сложилась сложная ситуация, — вспоминает один из бывших менеджеров "Нафтогаза". — В середине сентября нужно было отдавать долги по еврооблигациям на 500 миллионов долларов. Необходимо было срочно реструктуризировать долг. Тут на горизонте и появилась никому не известная, созданная за неделю до начала переговоров о реструктуризации компания Squire Capital". Директивным методом было разрешено закупить услуги у этой компании без открытого тендера. Сколько денег принесла Squire Capital эта операция, история умалчивает. Кто-то говорит о сумме в $500 тысяч, кто-то о $20 миллионах. Также секретными являются и данные о том, в чьих же интересах совершалась эта сделка. Одни источники называют россиян, другие — одного из ведущих схематиков прошлого правительства Александра Гинзбурга. Однако в одном уверены все: данная операция имела теневой, непрозрачный, а значит, и коррупционный характер.
Низовые и верховые
Если обобщить всю информацию о госзакупках, то можно выделить две основные теневые схемы, с помощью которых и происходит вымывание денег из бюджета. Остальные манипуляции с госсредствами — просто их подвиды. Точный процент откатов по этим схема рассчитать нельзя — всё зависит от отрасли и запросов того или иного чиновника.
Первую схему можно условно назвать низовой. Она действует, когда речь идёт о достаточно мелких злоупотреблениях на региональном уровне. Суть её заключается в том, что при закупке проводится открытый тендер, однако условия тендера подгоняются под конкретную фирму-поставщика. В этой схеме заложен определённый риск, ведь департамент госзакупок Минэкономики и Госказначейство, через которые проходят заявки, могут не согласовать закупку и запороть её, тем самым нарушив договорённости чиновника с приближённой фирмой. Несмотря на то, что мы назвали данную схему низовой, с её помощью разбазариваются миллионы гривен. Однако в общем такая схема — удел мелких чиновников.
Прикарманить по-настоящему много можно просто — используя ручное перераспределение бюджетных средств в интересах партнёрских компаний. То есть по процедуре закупки услуг у одного участника, о которой речь шла выше. Эта схема требует обязательного покровительства на уровне Кабмина, и на мелочь её участники не размениваются. В принципе, по закону такая закупка может быть использована в качестве исключения — для произведений искусства, услуг либо товаров, предоставляемых единственной компанией либо в экстренных случаях: стихийного бедствия, техногенных катастроф. Однако на практике происходит следующее: по закону подтвердить правомочность закупки должен "уполномоченный орган", перечень которых устанавливает Кабмин. Для каждой отрасли он свой. Например, если говорить о ситуации с юридическим обслуживанием "Нафтогаза", то согласовывать эту процедуру должен был Минюст. НАК предоставил обоснование того, почему юрфирма "Магистр и партнёры" должна была стать эксклюзивным поставщиком услуг. А работавший в ней в своё время замминистра юстиции Корнейчук согласовал это обоснование.
"Главная проблема в том, что сейчас госзакупки осуществляются без тендеров через одного исполнителя. Например, сегодня совершенно нереальные суммы идут на закупку бланков для госучреждений. Я в последнее время часто бываю в Генпрокуратуре, и все бланки у них распечатываются на принтере, готовых бланков я вообще не видел. К тому же тратить на бланки миллиарды гривен, тогда как сержанты милиции получают зарплату в тысячу, — это кощунство", — рассказывает хорошо осведомлённый о тайнах государственной машины народный депутат Геннадий Москаль.
Мнение
Александр Жолудь, старший аналитик Международного центра перспективных исследований:
Александр Жолудь- В Советском Союзе был поставщик, которому диктовали цену сверху. Проблемы злоупотреблений практически не было. В 90-е годы люди, приближённые к власти, работали на госзакупках и наваривали большие деньги, продавая товары или очень низкого качества или по очень завышенным ценам.
Качество этих товаров контролировать было сложно, поэтому была предложена идея тендеров, и так появилась Тендерная палата. Вскоре Тендерная палата и стала основным субъектом, зарабатывающим на разнице цен, так как сама определяла участников конкурса. Что стало причиной её ликвидации.
Сегодня Тендерная палата не работает, но закупки продолжаются — это потенциально является очень коррупционной схемой из-за того, что контроля над закупками нет, а они проводятся на миллиарды гривен.
Чтобы урегулировать процесс, необходимо вводить некое подобие Тендерной палаты, но при этом надо делать эту структуру такой, чтобы не монополизировалась её власть в выборе участников тендеров. Один из путей — максимальная открытость принятия этих решений. Каждый должен иметь возможность ознакомиться со всеми деталями процесса. И аргумент, что при этом страдает тайна коммерческой деятельности, не проходит. Если предприятие хочет работать с государством, то должно быть открытым.
