Криминальная элита, наиболее близкая к клану друзей Ельцина, — это Коза Ностра: та же жестокость, та же политическая наглость. Главой клана был Борис Березовский, способный утром заказать убийство, а вечером пойти ужинать с Соросом.
Я не рву на себе одежды по поводу случая с Ходорковским, а тот, кто его считает мучеником свободы, сам является жертвой скандальной дезинформации. Эта журналистско-политическая вавилонская башня лжи вводит всех в заблуждение. Сакине, Баттисти, Ходорковский — какая разница, из-за кого поднимать шумиху?
Я думаю, что я способен отличить мафиози, и могу утверждать, что Ходорковский относится к разряду наиболее опасных, который вместо того, чтобы раскаяться, вернуть награбленное, спрятанное в фискальном раю, и попросить прощения у своих жертв, финансирует кампании, направленные на формирование общественного мнения, которые достигли сюрреалистического размаха. Ходорковского уже ставят в один ряд с Сахаровым, Ганди, а скоро начнут сравнивать с Иисусом Христом. А речь идет самое большее об олигархе, потерпевшем поражение в борьбе за власть и посаженным за решетку в результате сомнительных судебных процедур.
Я не рву на себе одежд также и потому, что я познакомился с Россией девяностых годов. Это было мафиозное государство, в котором главными архитекторами и получателями доходов были именно Ходорковский и его соратники-олигархи. Это государство было возведено с любезной помощью западных финансистов, которые воспользовались распадом коммунистического лагеря, чтобы нажить на этом гору денег. Именно европейские и американские банки принимали деньги российской мафии и тем самым способствовали тому, что великая страна оказалась на грани распада. Но праздник закончился с приходом Путина, и в этом кроется разгадка его успеха и того, что в настоящее время ему отдают предпочтение 70% российских избирателей. Именно поэтому его не любит большой англо-американский бизнес и принадлежащие ему журналы, зато внезапно воспылавшие страстью к Ходорковскому.
Эра Ельцина — плутократия, которая, чтобы выжить, должна была продолжать воровать и заниматься коррупцией
Криминальная элита, наиболее близкая к олигархам, друзьям Ельцина, — это боссы Коза Ностра. Российские олигархи демонстрируют ту же жестокость, ту же политическую наглость, но она замаскирована огромным богатством, образованием и социальным статусом, который и не снился бывшим козопасам дона Корлеоне.
Главой российской Коза Ностра был Борис Березовский, который теперь, давая интервью итальянским журналистам, рядится в одежды политического беженца в Великобритании. Этот человек способен утром заказать убийство, а потом пойти ужинать с Джорджем Соросом, который собирается его спасать (смотри отчет Сороса на странице 223 в моей книге "Мафия-предпринимательница").
Березовский — математик, член-корреспондент Российской Академии Наук, а Ходорковский занимал важную руководящую роль в Комсомоле. Другие боссы все были персонажами, известными широкой публике, так как занимали места в парламенте, руководящие посты в промышленности, были мэрами, владельцами журналов и телевизионных национальных сетей.
Если бы российские криминальные олигархи не обладали таким высоким интеллектуальным уровнем, мы никогда не стали бы свидетелями грандиозного исторического обмана. Он стал возможным в результате альянса, заключенного "великолепной семеркой" в Давосе во время второго ежегодного Всемирного экономического форума. Цель союза заключалась в обеспечении поддержки Ельцина на выборах. Этот трюк позволил олигархам захватить почти половину всех богатств России. Грандиозный обман был назван "займы в обмен на акции" и действовал следующим образом.
В конце 1995 года российское правительство вместо того, чтобы попросить займы у Центрального банка, обратилась к банкам, которыми владели олигархи. В качестве гарантии за свои кредиты эти банки получили во временное хранение пакеты акций большинства самых больших российских предприятий. Через год, для того чтобы позволить банкам удержать акции, правительство приняло решение не возвращать долги. Таким образом, Березовский и его окружение, одолжив 110 миллионов долларов, оказались владельцами 51% акций "Сибнефти" стоимостью в 5 миллиардов долларов. Группа Менатеп во главе с Ходорковским заплатила 160 миллионов долларов, чтобы добиться контроля над нефтяной компанией "ЛУКОЙЛ" стоимостью в 6 миллиардов долларов. Банк другого друга друзей Потанина заплатил 250 миллионов долларов, чтобы завладеть российской горнометаллургической группой "Норильский никель", мировым лидером в производстве металлов, стоимость которого составляла около 2 миллиардов долларов.
Трюк "займы в обмен на акции" — это основной порок российского капитализма, который привел к укреплению мафиозной политической олигархии и к огромным бедствиям, которые Россия не переживала со времен фашистского нашествия в 1941 году. За несколько лет валовой национальный продукт уменьшился наполовину. Накопления населения превратились в прах из-за дикого обесценивания рубля. В девяностые годы за черту бедности перешло 40% населения по сравнению с 2% предыдущих лет. Средняя продолжительность жизни сократилась на 5 лет, так как вернулись уже побежденные болезни. В течение долгого периода государство не выплачивало пенсии и заработную плату, в то время как по стране гуляли банды преступников всех сортов.
Однако, плутократия, расцветшая при Ельцине, не представляла собой примитивный капитализм, который предшествует чистому капитализму. Это была система власти без будущего, которая для своего выживания должна была продолжать воровать и заниматься коррупцией. Ее ахиллесовой пятой являлось отсутствие настоящей законной защиты.
Вызов
Ходорковский попробовал бросить политический вызов Путину и проиграл. Россияне его не любят
Страх быть экспроприированными со стороны недружественного правительства, которое могло бы объявить приватизацию незаконной, а также опасения, что богатства нынешних олигархов могут быть отобраны новыми ворами имел два последствия. Он подтолкнул олигархов к вывозу своих капиталов за пределы России, которые были приняты с распростертыми руками швейцарскими, английскими и американскими банками, готовыми отмывать их добро (смотри скандал, разразившийся вокруг Bank of America и ему подобные). Но проблемы возникли в тот момент, когда российские мафиози, чтобы гарантировать свою безнаказанность, были вынуждены упрочить политический договор.
В 1999 году к власти пришел человек из секретных служб, угодный как Ельцину, так и самим олигархам. Они считали его одним из множества премьер-министров, которых можно сменять безболезненно по мере необходимости через каждые два месяца. Но у Владимира Путина была одна особенность. За его плечами стояли руководители КГБ, которые не входили в криминальный котел посткоммунистической России. Они были отброшены на обочину распадающегося государства, но все еще сохранили национальное чувство, глубоко свойственное российским гражданам.
Опираясь на них как на рычаг, а также на чувство глубокого коллективного негодования против Ельцина и мафиозных боссов, Путин быстро отмежевался от тех, кто его выдвинул. Уже через несколько месяцев после прихода к власти ему удалось поставить олигархов перед выбором: в обмен на обещание правительства не пересматривать результаты хищнической приватизации и позволение осуществлять финансовую власть они должны были отказаться от всякого вмешательства в политику. В противном случае Путин пообещал им тотальную войну с ренационализацией награбленных богатств, концом безнаказанности за многочисленные преступления (террористические акты, убийства, кражи, обманы, захват заложников, вымогательства, уклонение от налогов в изобилии).
Начались соответствующие контакты со службами, во главе которых я стоял при ООН. Мы только что выступили с инициативой конфискации незаконно присвоенных богатст, отмываемых в мировых финансовых центрах, в пользу правительств, которым был нанесен ущерб.
Предложение Путина пробило брешь в мафиозном фронте. Некоторые олигархи на него согласились. Другие его обсмеяли и совершили фатальную ошибку, недооценив хватку бывшего агента КГБ, ставшего к тому времени президентом. Чтобы избежать различных ордеров на арест, Березовский укрылся в Великобритании, откуда он финансирует антироссийскую подрывную деятельность с разрешения английских секретных служб. Ходорковский же решил бросить политический вызов Путину, финансируя враждебные ему партии, в надежде его опрокинуть.
Это у него не вышло. Ходорковский не пользуется никакой популярностью в России по причинам, которые мы уже объяснили, а его атаки не только не ослабили, а наоборот, укрепили влияние Путина.
Но Ходорковский — все еще очень богатый человек, его капитал хранится за рубежом. На эти деньги он может оплачивать знаменитых лоббистов и известные агентства по формированию общественного мнения, как это хорошо известно, некоторым моим малообеспеченным коллегам по Европарламенту, которые участвуют в кампаниях в защиту Ходорковского с пылом, достойным лучшего применения.
Пино Арлакки — депутат Европарламента, бывший заместитель генсека ООН
