Усиление гривны на Межбанковской бирже было не искусственным, “рукотворным” продуктом, а базировалось на надлежащем макроэкономическом фундаменте.
Стабильность гривны и гибкость ее курса не являются антиподами. Первая означает сохранение покупательной силы национальных денег. Это возможно при низкой (до 5%) или умеренной (до 10%) инфляции. Если достижению такой цели содействует определенное усиление, а иногда ослабление обменного курса, то его не нужно избегать.
В 2003-2007 годах обменный курс национальной валюты, кроме эпизода апреля 2005 года, почти не менялся. Но, начиная с 2003 года, инфляция ускорилась. Это означает, что стабильность или покупательная сила денег претерпевала сильную турбулентность. Конституционный мандат Нацбанка — это стабильность денег, а не их обменной пропорции с другими валютами мира, то есть курса. Китай, например, с 2005 года отошел от фиксации обменного курса юаня и усилил его за три года почти на 20%, а Украина — на 8,9%. В Китае инфляция 8,5% в годовом измерении, а в Украине — 30,2%. В какой стране была сильнее дестабилизирована покупательная сила национальной валюты? Ответ: в Украине, а не в Китае.
Усиление обменного курса гривны (на 4%) за период с июня 2005 года по май 2008 года состоялось в связи с несколькими фундаментальными макроэкономическими факторами. Это состояние платежного баланса, состояние бюджетного баланса, восходящее движение производительности труда, динамика инфляции, состояние международной валютной ликвидности (валютных резервов), потенциал недооценки обменного курса после девальвации 1998-1999 годов и состояние внутренней ликвидности банковской системы.
Кроме того, были и ситуативные факторы, не имевшие, впрочем, решающего значения. Таким образом, это ожидание ревальвации сформировано вербальными интервенциями со стороны участников рынка, экспертов, политиков, официальных представителей власти. Это резкое падение обменного курса доллара к другим валютам в январе-мае. Это также недопоступление средств от приватизации.
Оценивая силу действия фундаментальных факторов, необходимо учесть, что платежный баланс остается активным.. Речь идет о разнице между текущим и финансовыми счетами. Отток капитала по торговым операциям, который чувствуется в последние (2006 и 2007) годы, продолжается и сегодня. Однако он перекрывается чистым притоком капитала в виде прямых иностранных инвестиций и заимствованием банков и бизнеса.
В 2005-2007 годах финансовый счет сводился с профицитом. В прошлом году зафиксирован его обновленный максимум — около $16,36 миллиарда. Это позволило не только профинансировать торговый дефицит, но и увеличить резервные активы на более чем $9 миллиарда. Большим наращивание валютных резервов было лишь в 2005 году ($10,7 млрд.). Но тогда $4,8 миллиарда дала продажа “Криворожстали”.
Позитивным остается платежный баланс и за четыре месяца текущего года. Торговый баланс сохраняет отрицательное сальдо (-$5,4 млрд. ). Но дефицитный текущий счет на $370 миллионов меньше, чем профицитный финансовый счет ($5,8 млрд.). Данных за май еще нет, но уже и то, что в этом месяце Нацбанк пополнил валютные резервы на $606 миллионов, — хороший сигнал. За 2002-2007 годы суммарный платежный баланс (сводный) имел $34,1 миллиарда позитивного избытка.
Итак, платежный баланс “сигнализирует”: давление на усиление гривны остается существенным в 2008 году. “Валютный навес” все еще не разгрузился и давит на рынок. Бюджетный баланс характеризуется тем, что в 2000-2003 годах дефицит сводного бюджета в соотношении к ВВП удерживался на уровне меньше 1%. В 2000 и 2002 годах даже был зафиксирован профицит — соответственно 0,6% и 0,7%. После того, как в 2004 году дефицит достиг отметки 3,2%, все следующие годы он был меньше 2% (1,8%, 0,7% и 1,1%). В текущем году за пять месяцев ожидается профицит в пределах 0,5% ВВП.
Отсюда вывод: в стране с двойным профицитом — платежного баланса и бюджета — валюта не может быть слабой.
Очень важен фактор производительности общественного труда (соотношение ВВП с числом занятых). Она постоянно растет. В 2000-2007 годах соответствующие темпы выше чем 7% (в среднем за год). В этом году они составляли около 6%. В индустриальном секторе (отношение выпуска промышленной продукции к числу занятых) этот показатель измеряется двузначной цифрой. Только в 2002 и 2005 годах наблюдался спад темпов роста производительности труда в этом секторе и народном хозяйстве в целом (промышленность соответственно 7% и 3%, ВВП — соответственно 5,2% и 2,7%). Таким образом, высокие темпы повышения производительности свидетельствуют об уменьшении расходов общественного труда на производство товаров и услуг и, соответственно, должны усиливать и покупательный потенциал национальной денежной единицы.
Высокие темпы инфляции в 2008 году ограничивают действие факторов усиления гривны, но не остановят ее. Так же, как и в Европе, Китае, России. Если бы не высокая инфляция, то другие факторы воздействия на обменный курс “вывели” бы его значение на еще большую высоту.
Весомым для определения курса национальной валюты фактором может служить состояние валютных резервов. Они у нашей страны достигли исторического максимума — $33,3 миллиарда. Нужно ли нам и дальше “морозить” такой огромный ресурс, который целесообразнее бы было направить, скажем, на инновационное развитие? Опыт многих стран свидетельствует, что при сбалансированном бюджете и отсутствии ожиданий резкого изменения курса и ускорения инфляции для поддержки стойкости национальных финансов можно иметь втройне меньшие резервы. Ныне они в соответствии с мировым макроэкономическим стандартом (коэффициент Реди) превышают четыре месяца финансирования будущего импорта (норма — три месяца). Этого вполне достаточно, чтобы ответить на любую спекулятивную атаку на гривну. Конечно, при условии непревышения бюджетом отметки 1% дефицита.
Сильные валютные резервы формируют уверенность отечественных и международных инвесторов в возможностях Нацбанка не вмешиваться без особой надобности в работу валютного рынка в периоды превышения предложения иностранных валют. Такие ожидания содействуют усилению курса гривны. В то же время эмиссия Нацбанка на непродуктивные цели ограничивает его возможности по рефинансированию коммерческих банков, по проведению активной процентной политики и операций с ценными бумагами.
Отечественный рынок осознает, что гривна исторически (после резкой девальвации 1998-1999 гг.) недооценена. Поэтому он настроен на определенное ее усиление и дисконтирует такие настроения в текущем обменном курсе на межбанковском рынке. При этом некоторое замедление движения базовых монетарных агрегатов с апреля 2008 года формирует удорожание денежных ресурсов. Гривна не в дефиците, но и не перенасытила рынок. Навес денег, возникший в четвертом квартале 2007 года, еще “не разгрузился”, хотя этот процесс близок к завершению.
Поэтому можно утверждать, что усиление антиинфляционной политики содействует упрочению покупательной силы гривны и, соответственно, формирует восходящий тренд движения ее обменного курса. Так что становится понятно, что усиление гривны на Межбанковской бирже было не искусственным, “рукотворным” продуктом, а базировалось на надлежащем макроэкономическом фундаменте.
Кстати
Вчера представители фракции БЮТ внесли в Верховную Раду законопроект, предусматривающий подчинение Национального банка Украины Министерству финансов. Является ли это реакцией правительства на усиление гривны?
