Пожары в России перестали быть только национальным вопросом.
Спутники NASA зафиксировали, что шлейф дыма от лесных и торфяных пожаров, протянувшийся от Балтики до Уральских гор, поднялся на высоту до 12 километров, а значит, дым может попасть в высотные струйные потоки и разнестись на огромные расстояния.
И дело даже не в микрочастицах гари и угарном газе, которые являются настоящими убийцами россиян, а в том, что эта дымная пелена может влиять на отражательную способность земной поверхности. В общем — ничего хорошего...
Про Москву тут и говорить нечего: ей сервирован коктейль из продуктов сгорания и возгонки древесины и торфа. Среди массы далеко не безопасных веществ на первом месте стоит угарный газ — СО. Это соединение при вдыхании даже в ничтожных дозах опасно и вызывает не отдаленные, а самые прямые последствия для человека. Угарный газ соединяется с гемоглобином крови, образуя карбоксигемоглобин, который не переносит кислород. То есть кровь человека перестает выполнять важнейшую свою функцию и человек начинает незаметно задыхаться.
Сначала болит голова, начинаются перебои сердца, шумит в ушах, появляются боли за грудиной и сухой кашель. Растет артериальное давление. И это при том, что в жару воздух и так менее плотный, чем в прохладную погоду, и количество кислорода при разовом вдохе уменьшается.
Именно поэтому финны стали внимательно следить за состоянием атмосферы, как только обнаружилось, что облака дыма от Москвы подтянулись к их границам, а затем и пересекли их. Выяснилось, что воздух задымлен, но плотность дымных частиц не слишком высока: около 70 микрограммов на кубометр, и никакой радиации при среднегодовом уровне в 10 микрограммов. Вот в России — да, есть участки, где и 200 микрограммов не предел.
Правда радоваться циклону, который не дал прорваться российскому дыму в голубое небо Финляндии, не пришлось. Несколько сильнейших вихрей подряд изрядно потрепали “страну тысячи озер”.
Метеорологи полагают, что атлантические циклоны, сталкиваясь с мощным, так называемым блокирующим антициклоном, разместившимся над европейской частью России, как бы ускоряются, прокатываясь вдоль него на север Евразии. Сначала, в конце июля, по стране по границе российского антициклона прокатился циклон Аста, оставивший без электроэнергии 40 тысяч домохозяйств, уничтоживший десятки тысяч кубометров строевого леса. Этот ураган, названный по именинам, пришедшимся на этот день, был только началом череды испытаний.
Потом прошелся ураган Веера, и еще семь тысяч человек остались без света, у многих упавшими деревьями были разрушены крыши домов. И, наконец, очередной ураган 8 августа породил настоящее торнадо, которое обрушилось на сцену рок-фестиваля в городе Пори. Смерч разрушил опоры сцены, два человека получили серьезные ранения и 40 человек пострадали. А тем временем из-за рухнувших на железнодорожное полотно деревьев были повреждены поезда, около 300 человек получили травмы. Железнодорожное движение между Хельсинки и Санкт-Петербургом было прервано.
Эти шторма не обошли стороной и Ленинградскую область России. Там погибло, по разным данным, 8 или 9 человек, и тоже тысячи домохозяйство с конца июля без света, а метеорологи ждут все новые и новые ураганы, которые петербуржцы будут делить с финскими соседями.
Но самое главное, судя по всему, еще впереди. Печальную эстафетную палочку наводнений перехватила у Польши и Чехии Литва, где 8 августа прошел мощнейший ливень со штормовым ветром. В стране погибло четыре человека, многие дороги перекрыты упавшими деревьями, другие размыты, тысячи домов остались без света.
Но в Литве — еще цветочки. Вот в Нижней Саксонии выпадает по 100 мм осадков — это 100 литров воды на 1 квадратный метр. В стандартной стометровой квартире — 10 тонн воды. Слой, толщиной в 10 сантиметров! Дожди продолжаются в Польше, западной Румынии, Австрии, Чехии и Словакии. Так что для европейцев мои размышления на “Слоне” о природе наводнений, датированные июнем, по прежнему актуальны.
И это — не последний удар стихии. Финские метеорологи предупреждают: целая обойма мощных циклонов, раскручиваясь о центрально-российский антициклон, будут бесноваться вдоль восточного побережья Балтики, захватывая материк. Однако особых надежд на то, что они выдавят московский антициклон, нет. Им гораздо сподручнее прокатиться по его периферии и раствориться на просторах Севера. И прогнозируется, что жара в Москве сохранится еще как минимум до третьей декады августа, умножая удельное число смертей вдвое по сравнению с среднестатистической нормой.
Глядя на вереницы машин, которые пересекают западную границу России в поисках прохлады и чистого воздуха, наполняя прибалтийские курорты, начинаешь понимать, почему в свое время творились великие переселения народов: “климатическая эмиграция” — вовсе не блажь сытых, а элементарное стремление к выживанию. Конечно, в этот раз все вернутся домой, но если такое будет повторяться?
С другой стороны, примечательно, что сейчас практически на всем земном шаре творится что то несусветное. Потоп в Пакистане и Индии, сели в Китае, вьюги в Чили и пожары, пожары, пожары... И хотя все это в отдельности можно отнести к разряду явлений возможных и в чем-то достаточно случайных, сам факт “учащения случайностей” начинает напоминать закономерность.
В 2004 году группа финских метеорологов изучила погодные флуктуации 2003 года в Европе. Тогда, напомню, в Париже от жары умерло около 15 000 человек. А в Германии и других странах были ужасные потопы. Так вот, анализируя данные, они пришли к выводу о двойственности ситуации: с одной стороны, экстремальные погодные условия — это вариант нормы, но с другой — их частота уже свидетельствует о том, что “процесс пошел”. Нестабильность и несоответствие погоды привычным нормам — вот, судя по всему, каков будет портрет грядущего климата. Но кому от этого легче.
