Глава гражданской организации Всеукраинская экологическая лига Татьяна Тимочко в интервью рассказала о незаконности ГМО в Украине, о том, можно ли доверять маркировке "без ГМО" и кто спонсирует тестирование продуктов на трансгены.
Какая проблема, связанная с ГМО в Украине, сейчас является самой острой?
Таких проблем несколько. На законодательном уровне проблемой №1 есть то, что украинский закон о биобезопасности не дает возможность контролировать несанкционированное проникновение на территорию Украины и ГМО-продуктов, и растений. Законодательство не совершенно, оно выписано таким образом, чтобы не дать привлечь к ответственности тех, кто несанкционированно и контрабандой завозят ГМО в Украину. В Украине нет ни одного государственного органа, который бы регулировал эти вопросы. В прошлом году, например, Минагрополитики издало постановление, которое позволяло использовать генетически модифицированную сою в кормах. Хотя в Украине ни один сорт ГМО-сои не зарегистрирован, не прошел государственную регистрацию. То есть, использование ГМО сои в кормах является незаконным, но предыдущий министр агрополитики подписал этот указ.
Почему?
Потому что пришли люди, которые лоббируют этот вопрос и они побудили его это сделать. Также есть проблема с введением маркировки. В Украине с 1 июля 2009 года вступило в действие постановление Кабинета Министров, которое предусматривало обязательную маркировку и порядок маркировки продуктов питания, которые вмещают в себе ГМО. В этом постановлении очень четко прописано: маркировке подлежат те продукты, которые содержали ГМО более, чем 0,9%. Это норма ЕС, согласно которой маркировка обязательна, если производители с коммерческой целью привносят больше 0,9% ГМО для увеличения своей прибыли. Меньше 0,9% считается ненамеренным привнесением.
Есть ли сейчас оборудование, способное адекватно проверить продукты питания на наличии ГМО? Насколько сегодняшняя маркировка "без ГМО" отвечает реальности?
К сегодняшнему дню мы имеем около 16 лабораторий Госпотребстандарта, которые делают проверку, имеют на это право и специальное оборудование. Депутаты ВР в декабре 2009 года проголосовали за изменения к некоторым законам, которыми обязали маркировать все продукты. В условиях, когда государственную регистрацию не прошел ни один вид ГМО, никто из производителей не напишет на своей этикетке "содержание ГМО такое-то, вид такой-то". Это будет означать, что он, не зарегистрировав ГМО, его использует. То есть, он фактически должен выйти из тени и показать, что он работает контрабандно. Ни один производитель на это не способен. Каким путем тогда они пошли? Те производители, которые не используют ГМО, — пишут "без ГМО". Но те производители, которые используют ГМО, — не рискуют подписать "без ГМО". Их продукция идет без какой-либо маркировки. И если вы сейчас пойдете в продовольственный магазин и посмотрите на ассортимент колбас, то увидите колбасы, на которых есть отметка "без ГМО". Но также, вы увидите колбасы, на которых такой отметки нет. Это — 100% продукт, который содержит ГМО.
Это нарушение закона?
Конечно, это нарушение закона! Но замалчивание производителем содержания ГМО — никак не прописано в законе и никак не наказывается. Они замалчивают эту информацию и не рискуют поставить отметку "без ГМО", потому что понимают, что это находится под гражданским контролем. И, что это может привести к разглашению этой информации, что они все-таки будут нести какую-то ответственность. Поэтому, они просто не дают эту информацию. Значительная часть продуктов питания в Украине без ГМО. И мы можем этим гордиться, что у нас большинство продуктов без ГМО. Но согласно закону, который был принят в декабре 2009 года, все продукты должны маркироваться на содержание ГМО. Поэтому даже вода или соль, где априори нет белка и там не может быть ГМО, производители вынуждены выполнять закон и писать "без ГМО". Тут со своей задачей не справилось Министерство охраны здоровья: на них была возложена ответственность составления перечня продуктов питания, которые не могут содержать ГМО. И значит, их не нужно маркировать.
И все-таки, насколько можно доверять маркировке? По вашим оценкам, сколько процентов продуктов питания, имея маркировку "без ГМО", на самом деле превышают допустимую норму в 0,9%?
Эксперты Всеукраинской экологической лиги, наши активисты на местном уровне в областях, вместе с областными управлениями защиты прав потребителей часто и системно проводят рейды. По результатам лабораторных исследований мы сделали вывод о том, что содержание ГМО в значительной части продуктов отвечает их маркировке. Практически, 99% продуктов тех линий питания, которые имеют маркировку без ГМО, отвечают этой маркировке. Но я хочу напомнить, что часть продуктов питания не имеют этой метки. Мы тоже делали контрольные закупки и таких продуктов, и они содержат в себе ГМО, более 0,9%. И в этом состоит проблема: государственные органы должны контролировать это ежедневно. Но Госпотребстандарту не выделяются средства на постоянные системные проверки. Кроме того, был запрет Кабинета Министров на проведение "несанкционированных проверок" производителей, в связи с экономическим кризисом. Я должна сказать, что в органах власти есть люди, которые лоббируют задержку окончательного введения постановления Кабинета Министров о маркировке.
Ваша организация — неправительственная и негосударственная. Кто спонсирует все эти закупки, проверки? Глава Народно-демократической партии Людмила Супрун?
Нет. Людмила Супрун никакого отношения к нашей организации не имеет. В свое время, еще 15 лет назад, мы сотрудничали с НДП. Ее возглавляли тогда другие люди: Пустовойтенко, Матвиенко. Мы сейчас не работаем ни с одной политической структурой. Мы работаем лишь с теми субъектами политического поля Украины, которые в своей программе зафиксировали вопросы охраны окружающей среди и контроля за использованием ГМО. Контрольные проверки производятся совместно с областными управлениями защиты прав потребителей. Кроме того, мы сотрудничаем с производителями сельскохозяйственной продукции, которые ориентируются на биологическое земледелие. Мы лоббисты биологического земледелия в Украине. Мы планируем на государственном уровне поднять вопрос протекции именно фермерам и большим агрофирмам, которые сориентированы на биологическое земледелие, на производство биологически чистой продукции.
