Двухгодичное правление в Харькове "регионала" Михаила Добкина, кроме политических проблем родной партии, ознаменовалось еще и серией бесконечных экономических скандалов с бизнесменами из противоположного лагеря.
Такая особенность правления для политика, за четыре года сменившего шесть парламентских фракций и депутатских групп, кажется вполне естественной — ведь Добкин избирался как раз под маркой Партии регионов, куда вступил за полгода до мэрских выборов, что само по себе послужило решающим фактором при его избрании.
Что же касается самих "особенностей" правления, то их можно выделить по меньшей мере четыре. Во-первых, за два года в Харькове сформирована система тотального контроля горадминистрации над всеми коммунальными предприятиями и их менеджментом. В частности, мэрия "подогнала" под себя рынки, районные больницы, аптеки и аптечные склады, паркинги и обычные автомобильные стоянки. Что характерно: управление наиболее прибыльными коммунальными предприятиями горадминистрация "оставляла" за собой, тогда как "расходная" социальная сфера "передавалась" обладминистрации, руководимой "нунсовцем" Арсеном Аваковым. Причем эти решения принимались в одностороннем порядке, без согласования с областным руководством и голосами только одной партии.
Во-вторых, мэрия осуществляет полный контроль над "земельной" и "строительной" сферами коммунальной экономики. Но примечательно совершенно иное, — если в Киеве при схожей ситуации хотя бы участки и строительные наряды раздают на сессиях, то в Харькове даже этого нет. Каким образом, кому, на каких условиях и по какой регламентной процедуре отдаются земельные участки, — никто в городе четко ответить не может. Земельный рынок не только публично непрозрачен, он политизирован, — если бизнесмен каким-то образом причастен к оппозиции или является сочувствующим, то ни о каком развитии собственного бизнеса мечтать не приходится.
В-третьих, введен тотальный контроль над СМИ. Контроль был получен после "успешно" проведенной травли предприятий компании "Пресса-Харьков", которой принадлежит большинство газетных киосков, а затем уже, — в течении двух недель, — перераспределении финансовых потоков на рынке наружной медиа-рекламы. А по неофициальным данным, мэрия "накладывает" негласный налог на существование.
В-четвертых, противостояние между "бело-голубой" властью и "оранжевой" властью продолжается в том же формате, который возник во второй половине 2004 года, без каких-либо существенных изменений и нововведений. Правда, ожесточенность политической войны постепенно превратилась в войну PR-технологий. При этом необходимо уточнить, что каждая из сторон ведет свою войну, свои цели. Так, если ПР и мэрии необходимо найти оправдание провалившейся реформе ЖКХ, поднятию цен на коммунальные услуги, повышение цен на проезд в метро, потопление города в мусоре, нескончаемые политические и бизнес-скандалы, то она пытается сформировать образ главного врага, не позволяющего "профессионально" заниматься городским хозяйством. Что характерно: таким врагом был избран БЮТ, персонализированный в образе Александра Фельдмана, на которого и пытаются "свалить" весь негатив итогов своей деятельности.
В свою очередь, позицию "НУ-НС" нельзя назвать однозначной вследствие отсутствия четких политических перспектив блока в Харьковском регионе. С одной стороны, губернатор вынужден заниматься не столько решением областных проблем, сколько отбиваться от постоянных "региональных" набегов. И если в самом Харькове можно проследить устойчивый конфликтный треугольник "Фельдман-Добкин-Кернес", в котором харьковский мэр является "слабым звеном", то на областном уровне видна не менее конфликтная ось "Аваков-Салыгин". Нужно отдать должное "регионалам" — они сумели "перевести" проблему своего существования из экономической в сугубо политическую, хотя все "скандальные" решения и городского, и областного советов касались вопросов перераспределения финансовых потоков в той или иной сфере, раздачи земельных участков, получения персонального контроля над коммунальными предприятиями и проч. С другой стороны, позицию братьев Протасов, владеющими сетью супермаркетов "Таргет" или Андрея Руденко, руководящего фракцией "Нашей Украины" в горсовете, нельзя назвать сугубо политической или ориентированной на смену харьковской власти любой ценой. Скорее всего, речь идет о той же борьбе за существование — для Протасов важно, чтобы горадминистрация прекратила оказывать давление на их предприятия, а для Руденко — контролировать местный рынок хлебобулочных изделий.
В этом отношении позиции Фельдмана представляются наиболее стабильными, что позволило ему фактически диктовать свои условия представителям местного политического олимпа. Фактически именно с его подачи Харьков окончательно не превратился в изолированный от окружающего мира "региональный рай", как это произошло с Донецком и Луганском. Конечно, нельзя отрицать, что всеукраинскую славу Добкин и Кернес сотворили себе сами, но именно президент "АВЭКа" стал тем локомотивом, который запустил "маховик" перевыборов взорвавшихся региональных властей. И не факт, что политическое решение было бы принято без его участия — базовые политические игроки привыкли "решать дела" именно в Киеве, не обращая особого внимания на ситуации, которые складываются в регионах. Кроме того, его известность как мецената и лоббиста "харьковских интересов" существенно укрепляют его позиции как оппозиционного лидера — для харьковчан остается актуальной традиционная полемика между "политиками" и "профессионалами".
Подводя промежуточные итоги харьковского политико-бизнесового противостояния можно делать предварительные итоги и формулировать оставшиеся открытыми вопросы. Харьков застыл на пороге досрочных муниципальных выборов. С одной стороны, логика и последовательность событий, поставивших этот вопрос в политическую повестку дня, никуда не исчезла. С другой — вероятность, что конфликт завершится именно таким образом, чем дальше, тем ниже.
В сложном положении оказалась Партия регионов. Она мощно и настойчиво блокирует любые попытки принятия вопросов о проведении внеочередных выборов. Можно ли в таком случае назвать непроведение выборов победой регионалов? Вряд ли. ПР продолжает оставаться наиболее популярной политической силой в городе и имеет предпочтительные, по сравнению с политическими оппонентами, возможности обеспечить победу именно своего кандидата. Причем любого, будь то Инна Богословская, Дмитрий Святаш или еще кто-либо, за исключением, пожалуй, связанных с этой партией наиболее одиозных в городе фигур.
Но возникает другая проблема. Не снижается накал PR-войны между нынешней муниципальной командой регионалов. Сказать, что муниципальная команда выходит из этой войны без крупных имиджевых потерь — значит погрешить против истины. И чем дальше, тем этих потерь будет больше. В результате партия оказывается перед непростой проблемой. Дистанцироваться от городских властей значило бы предать "своих", либо признать собственную прежнюю неразборчивость при выборе кандидата в мэры. Поддерживать своих ставленников дальше — принимать на себя социальный негатив, ставший результатом их правления. Откладывание внеочередных выборов только усложняет ситуацию для регионалов, поскольку потерянные ими голоса отходят к оппозиционным кандидатам в мэры и депутаты горсовета.
Опять же у харьковской оппозиции появляется возможность избежать киевских ошибок. В этом плане городское противостояние уже дало результат. На первых порах кампании за снятие мэра и проведение внеочередных выборов в стане оппозиции царила сплошная неразбериха с собственным кандидатом в мэры. Среди возможных соперников действующего городского головы с одинаковой примерно частотой называли и Владимира Шумилкина, и кого-либо из братьев Протасов, и Владимира Бабаева, и даже Арсена Авакова в случае отставки с губернаторского поста. Теперь же
у оппозиции появился лидер, который в публичном поле воспринимается самым вероятным из кандидатов. Это Александр Фельдман. А киевский урок может наглядно продемонстрировать оппозиции пагубность отсутствия собственного фаворита и согласованной тактики.
