Проще всего для правительства — забрать средства у Нацбанка, запустив руку в неприкосновенный запас — золотовалютные резервы... Одобрил ли МВФ "переуступку" правительства части долга НБУ?..
Конфликт между очаровательной госпожой и председателем центробанка
Мировая экономическая пресса — от влиятельного британского "Экономиста" до информационных агентств живо комментирует подробности конфликта между очаровательной госпожой, которая руководит страной, и главой центрального банка.
Это государство со значительным сельскохозяйственным потенциалом дохозяйничалось в результате безудержной популистской политики до того, что нечем платить: кредиторам — долги, бюджетникам — зарплаты, пенсионерам — пенсии, фермерам — обещанные субсидии, муниципалитетам — дотации. Тогда госпожа, получив отказ на мировых и региональном финансовых рынках, обратила свой взор на последний бастион — резервы центробанка. Она потребовала от главы центробанка перечислить 6,6 млрд. долларов золотовалютных резервов на казначейский счет правительства. Когда тот отказался, она попыталась его уволить. Неудачно. Главный банкир в ответ перешел в наступление, обвиняя руководительницу в безответственной экономической политике, опять поставившей страну на грань краха.
Если вы успели что-то подумать, то вы подумали не о том. Речь не о Юлии Владимировне, которая не успевает за избирательными заботами сказать доброе слово о Нацбанке, и не о Владимире Семеновича, который не известно, вернулся ли из зарубежной командировки. Речь идет о Кристине Фернандес де Киршнер, которая феерично руководит многострадальной Аргентиной, и председателем правления тамошнего центробанка 48-летним Мартином Редрадо, выпускником Гарвардской школы государственного управления.
Хроника аргентинского сценария по-украински
Однако на прошлой неделе в Украине приобрела остроту ситуация, словно списанная с аргентинского сценария. Поскольку заявлений было много, одно опровергало другое и речь шла о таком сложной макроэкономической сущности, как золотовалютные резервы страны, то попробуем воспроизвести хронологию этих событий, чтобы в них разобраться.
30 декабря 2009 года — заседание Совета исполнительных директоров Международного валютного фонда принимает техническое решение: пересмотреть в сторону снижение один из показателей программы стенд-бай с Украиной. МВФ соглашается, что чистые международные резервы Украины будут по итогам 2009 года на 2 млрд. долларов меньше, чем планировалось в начале года. "Чистые" резервы — это золотовалютные запасы за исключением заимствованных активов — прежде всего у того же МВФ. Всем становится ясно — МВФ не против того, чтобы Украина рассчитывалась за газ с помощью золотовалютных запасов. Покой напуганной морозами Европы и бесперебойный транзит газа — прежде всего.
6 января 2010 года — почти 900 млн. долларов перечислены Газпрому за газ, импортированный в декабре. На эту сумму конвертированы облигации, находившиеся в уставном фонде Нафтогаза, и, соответственно, на этот объем похудели резервы Нацбанка.
Казалось бы, к следующему платежу за газ — как раз в канун второго тура выборов — страсти вокруг золотовалютных резервов должны были бы утихнуть. Однако 19 января и.о. министра финансов Уманский упрекает НБУ, что тот отказывается перечислить те самые 2 млрд. долларов на счета правительства.
21 января МВФ заявлением своего представителя в Украине Макса Альера отмежевывается от спора между правительством и НБУ, настаивая на том, что каждая страна — член Фонда самостоятельно решает, как ей учитывать свои обязательства перед МВФ — в соответствии с собственным законодательством и свойственным ей институционным порядком.
22 января НБУ решает сказать свое слово и напоминает, что будет распоряжаться золотовалютными резервами в строгом соответствии с законом о Национальном банке Украины.
Стоит ли Юлии Владимировне дразнить Владимира Семеновича?
Даже отечественные СМИ, специализирующиеся на экономической тематике, и рыночные комментаторы инвестиционных фондов разошлись в своей интерпретации этих событий. Одни считали, что МВФ одобрил "переуступку" части долга: теперь эти два миллиарда долларов будет должно Фонду правительство, а не НБУ (хотя в целом все равно должно государство). Другие выражали предположение, что МВФ самоустранился: деритесь, мол, между собой сами.
Так что же произошло?
Анализ событий свидетельствует: разворачивается аргентинский вариант по-украински. Правительству побыстрее и посильнее нужно наполнить опустошенную казну, чтобы успеть заплатить перед вторым туром зарплаты и пенсии. Да, можно одолжить у банков, но банки если и раскошелятся, то только под 30 процентов годовых. А 30 процентов годовых — это чуть ли не самые высокие ставки по государственным облигациям на цивилизованных рынках, и они дорого будут стоить бюджету. Уже в этом году, по оценке J.P. Morgan, расходы Украины на обслуживание своего суверенного долга достигнут 4,9 процента ВВП, в то время как Казахстана — 3,1 процента, России — 1,4.
Поэтому проще всего — забрать средства у Нацбанка, запустив руку в неприкосновенный запас — золотовалютные резервы. Так же, как это хочет сделать Кристина Фернандес де Киршнер.
Скажете, это все инсинуации, и на самом деле правительству есть чем платить? Соглашусь, если правительство наконец обнародует информацию о балансе казначейского счета и языком статистики, а не ток-шоу расскажет о реальной, а не кажущейся ситуации с публичными финансами в Украине.
Происходит подмена понятий — разрешение кредитора на снижение нижнего предела золотовалютных резервов правительством умышленно подается как несуществующая санкция на перечисление двух миллиардов долларов на счета Минфина. Нацбанк прав в том, что о переоформлении долга в интересах правительства не шла речь, поэтому регулятор не намерен уступать.
Затишье на золотовалютном фронте обманчиво. Разминка на прошлой неделе напоминала столкновение, в котором противники колотят друг друга, но удары при этом сыпятся на того, кто неосмотрительно попал между ними. В нашем случае — на МВФ, который уже не знает, как выворачиваться из-под ударов, которые наносят друг другу украинские ветви власти.
Однако правительству стоит дважды подумать, прежде чем дразнить Нацбанк, ведь 7 февраля — это не только день волеизъявления, но и — символично! — крайний срок оплаты российского январского газа.
Очевидно, что без помощи НБУ Нафтогаз не рассчитается. Поэтому Владимира Семеновича не стоит дразнить.
25.01.2010
