Практически сенсационное заявление Виктора Ющенко о том, что Украина потеряла почти 70% газотранспортной системы потребовало дополнительных выяснений и уточнений. Нынешняя ситуация — десять дней до президентских выборов — вынуждает политиков "встряхивать" электорат все более острыми и горячими заявлениями. Впрочем, народную мудрость о невозможности дыма без огня тоже никто не отменял...
Что могут означать слова Ющенко, мы попытались выяснить у представителя Президента Украины по международным вопросам и энергетической безопасности Богдана Соколовского.
- Богдан Иванович, заявление Президента Виктора ЮЩЕНКО 5 января о том, что на сегодняшний день Украина потеряла почти 70% газотранспортной системы вызвало некоторое, мягко говоря, удивление. Не могли бы Вы объяснить, что оно значит.
— Это очень просто. На сегодняшний день ГТС юридически наша, но мы фактически потеряли возможность управлять ею. Де-юре она наша, а де-факто, мы управлять ею самостоятельно не можем.
Управление фактически перешло к "Газпрому". Это не скрывает и руководство НАК "Нафтогаз Украины" и Олег Дубина (Глава правления НАК "Нафтгоаз Украины" — ред.) об этом написал откровенно в письме. Руководство "Нафтогаза" при всей своей активности, попало в такую ситуацию…
- Я, например, не слышал подобных заявлений и не читал нигде. О каком письме Вы говорите?
- Это письмо Олега Дубины, а я его очень уважаю — он хороший менеджер, так вот, это письмо он написал в декабре и направил в Секретариат Президента. В нем говорилось, что без разрешения, именно разрешения, а не согласования Газпрома, он не может передать копии протоколов от 24 ноября 2009 г. (Протоколы были подписаны в дополнение к украино-российским газовым контрактам и, в частности, должны предусматривать, что Россия не будет требовать штраф с Украины за недобор газа. Тогда же появилась информация, что НАК не может передать в СП копии протоколов без разрешения российской стороны - ред.). Поэтому мы до конца и не знаем, что в этих протоколах записано, какие там обязательства мы взяли на себя. О чем это говорит? О том, что мы де-факто своей ГТС не управляем.
В ближайшие три месяца мы обязаны выполнять абслютно все заказы без всяких разговоров, так как мы получили предоплату за транзит, маленькую, но она по контракту получена. На какую станцию, в каких объемах, в какое время суток нам подают газ — все определяет "Газпром". Мы все обязаны выполнять и абсолютно не располагаем возможностями повлиять на транзит.
На сегодня "Газпром" выкупил без всяких ограничений транзитные мощности. Как это расценить? У нас транзитных мощностей на 140 млрд куб.м в год и все они законтрактованы ["Газпромом"] и нам не разрешается впустить кого-то третьего.
- Из чего следует, что все мощности законтрактованы?
— Это исходит из самих контрактов и кроме того, подтверждено техническим соглашением, по которому никто третий без согласования с партнерами — "Газпромом" и "Нафтогазом" — не может войти в систему. Фактически, НАК потерял возможность быть независимым он вынужден делать все то, что ему скажет "Газпром". Для россиян это нормально — это их тактика и стратегия. За них можно только порадоваться.
Кроме того, "Газпрому" сегодня выгодно недогружать наши хранилища. И в конце декабря наше правительство утвердило баланс газа так, что на конец года мы должны выйти на 16 млрд кубометров газа в хранилищах. Мы впервые выйдем на такую загрузку хранилищ. Такого еще эксперимента наша ГТС не проходила за все годы существования.
А что касается оплаты, то и в этом вопросе, учитывая, что у нас ограничены кредитные возможности по линии МВФ и других европейских банков, мы можем расчитывать лишь на поблажки "Газпрома".
- А в чем выгода "Газпрома" в том, что в ПХГ будет меньше газа?
- Отсутствие достаточного запаза газа в ПХГ ограничивает возможность для перехода в автономный режим, как это было в январе 2009 года (когда из-за отсутствия контрактов "Газпром" прекратил подавать газ и Украина перешла на использование собственных резервов — ред.).
При таком малом запасе мы даже двое суток не протянем в такую погоду, какая была в конце декабря-начале января с.г.. Нельзя будет больше чем 120 млн кубометров в сутки поднять из хранилищ, а нам надо при такой холодной погоде 300-350 млн. куб.
Вот и получается, что России очень невыгодно, чтобы ПХГ Украины были нормально заполнены, потому что тогда, при повторении ситуации 2009 года с перекрытием газа, мы сможем протянуть тем дольше, чем больше у нас будет газа в ПХГ. С учетом обеспечения транзита критический объем газа в ПХГ должен быть на уровне 22 млрд кубометров.
- Кстати, по поводу оплаты. Как Вы можете оценить вариант о фактически взаимозачете при оплате транзита по увеличенному тарифу и расчету за приобретенный газ?
- В принципе такая схема, если она будет прозрачной, является вполне нормальной. Я не вижу в этом большой проблемы, но все зависит, опять же, от условий. Пока непонятно, к примеру, какой будет цена технологического газа — этого года или прошлого. Не забывайте, что для поддержания транзита нужно 6,5 млрд кубов газа — это большие деньги . Если по средней цене 2009 года, то это порядка 1,3 млрд долларов, по цене первого квартала 2010-го - 1,9 млрд долл. Так что, тут есть разница.
- Как Вы думаете, удасться ли без проблем расчитаться за декабрьскую закупку газа 11 января?
— Я надеюсь, что в январе за декабрьский газ будет заплачено без проблем. Сумма не самая большая из которых мы платили — речь идет о 500 с лишним миллионах долларов. Процентов около 40% этой сумы будет заплачено за счет средств полученных НАКом с рынка, плюс еще по разнице тарифов за транзит набегает немалая сума, кроме того, есть разрешение использовать валютные резервы. Правда, я считаю, что это не дело брать деньги из кубышки. Это фактически трата резервов на проедание, а не на развитие. Мне, честно говоря, такой вариант не нравится.
- Спасибо за интервью.
