Ветерану разведки, прошедшему всю Вторую мировую, Константину Богомазову — 90 лет!
В субботу Служба внешней разведки Украины поздравила ветерана разведки, полковника в отставке Константина Богомазова с 90-летием. Глава службы Николай Маломуж вручил ему наивысший ведомственный знак отличия "Почетный сотрудник внешней разведки". "Очень хороший знак — как почетный чекист", — пошутил Константин Пантелеймонович в беседе с "Сегодня". Он рассказал, что юбилей удался на славу: "Домой пришло руководство службы, наградили. К трем часам собрались родные и друзья — человек 25 — и началось застолье. Дарили деньги, дорогие напитки, цветы... У меня дома сейчас настоящее море цветов! В общем, посидели великолепно".
ЗНАЙ НАШИХ! Богомазов — настоящий кладезь для истории. Он присутствовал на подписании акта о капитуляции фашистской Германии 9 мая 1945 года, одним из первых узнал о самоубийстве Гитлера, работал в спецгруппе по опознанию его останков, допрашивал врача Гельмута Кунца, ставшего свидетелем смерти детей Геббельса. "Он рассказывал, как жена Геббельса заставила врача вколоть детям морфий, а когда они уснули, приказала травить их ядом, чтобы не попали в руки советской власти, — вспоминает Богомазов. — Кунц отказался, и мать сама вложила в их рты ампулы с отравой. Еще мне рассказывали о реакции Сталина на смерть фюрера: "Доигрался, сволочь! Жаль, живым взять не получилось". Я был в берлинском бункере Гитлера. Нашли там бар — у них даже русская водка была! Мы тогда выпили за победу над фашистами!". После войны Богомазов до 1947 года работал в Германии — задерживал нацистских преступников.
Здоровье у ветерана крепкое, несмотря на годы. Он не курит и пьет лишь "50 граммов" по праздникам. Да и наследственность у разведчика сильная — его прадед Трофим дожил до 114 лет. Правда, Константин Пантелеймонович хромает, говорит — была контузия: "Тогда так снаряд шарахнул!.. Матери похоронку прислали, а я до следующего утра в окопе без сознания пролежал". Закалка дает о себе знать и сейчас — гриппа человек-легенда полковник Богомазов не боится: "А в окопах вообще болеть не приходилось. Не было времени на это!".
