В Украине 90 миллионов избирателей?.. Простую технологию подменили хаосом... Изменения в закону вносились с одной целью... Фактически это подготовка к рейдерской атаке на демократию...
Недавно почитал интервью с вице-спикером Александром Лавриновичем, в котором он защищает внесенные недавно в закон о выборах Президента изменения. Мне стало и смешно, и грустно...
В Украине 90 миллионов избирателей?
Первый вице-спикер, объясняя, почему в новом законе разрешено избирательным комиссиям даже в день голосования вмешиваться в святая святых — список избирателей, жалуется, что в стране нет Государственного реестра избирателей. Чтобы понять “объективность” интервьюированного, следует просто зайти на официальный веб-сайт ЦИК.
Там есть множество материалов о Государственном реестре. ЦИК последние полгода, начиная с 18 мая, с тех пор, как началось первичное уточнение списков избирателей, почти ежедневно десятками тысяч находит в списках “двойников”. Ведется ежедневная, кропотливая работа. А утверждение господина Лавриновича о наполняемости Госреестра лишь на тридцать или сорок процентов не выдерживает критики. ЦИК официально объявил, что в Госреестре 36 миллионов 590 тысяч избирателей. И если бы его наполняемость составляла сорок процентов, то выходит, что у нас девяносто миллионов граждан, которые могут голосовать? Безответственно называть такие цифры.
Замечу, первое плановое уточнение реестра избирателей уже прошло. На 1 декабря запланировано еще одно плановое уточнение. Поэтому несерьезно для госчиновника на основе каких-то анекдотических данных о 40 процентах формировать негативное отношение людей к такому важному документу, как единый реестр избирателей.
А возвращаться к формированию списка органами МВД или Минюста — это просто каменный век. Уже на выборах 2006-го и 2007 годов, когда списками избирателей занимались так называемые “рабочие группы”, которые были прообразом органов ведения государственного реестра, качество списков выросло в десятки раз. Количество судебных обращений снизилось также в десятки раз. Утверждаю это ответственно, потому что на последних выборах, как эксперт, я объехал десятки участковых и окружных комиссий, а раньше был автором нескольких пособий для членов участковых и окружных комиссий. Моя оценка подтверждается данными статистики ЦИК и сборниками судебных решений.
На нынешнем этапе уточнение списка избирателей проходит тяжелее, потому что министерства и ведомства должны предоставлять ЦИК данные об уточнении. А они медлят. Только в МВД 30 процентов картотеки составлено на бумажных носителях, а в Крыму 90 процентов картотеки — на русском языке. То есть — есть рабочие моменты...
Проблемы следует устранять и не переводить их в политическую плоскость. Потому что, например, в ЦИК ее члены все до одного занимали позицию в поддержку Государственного реестра. А в Центризбиркоме представлены все политические силы.
Я бы хотел сделать маленький прогноз. Списки, составленные на основе госреестра, будут качественными и не будут давать возможностей для фальсификаций, тем более массовых и системных. Конечно, могут быть ошибки, связанные с переводом, с субъективными трудностями. Отдельные ошибки на тридцати шести миллионах — допускаю. Но есть немало механизмов, чтобы избегать и исправлять.
Простую технологию подменили хаосом
...Но главный вопрос, на который не ответил господин Лавринович, — почему они учинили такой хаос с технологией уточнения списков избирателей. Для чего было давать право вносить изменения в список избирателей в день голосования? Он говорит, что на прошлых выборах не нашел себя в списках... Я тоже свою дочку в списках не нашел. Но для этого предусмотрена процедура уточнения списков заранее. Нам всем разослали по домашним адресам сообщения с просьбой “уточнить себя” в списках. Если “не нашел себя в списках” — это не основание запутать все вообще.
Наш коллектив, который написал много пособий по технологии избирательного процесса и обеспечил своими материалами практически все избирательные участки, начиная с выборов 2002 года, сейчас тоже пишет пособие в рамках проекта ОБСЕ. Мы не можем понять, для чего было так запутывать простую и ясную процедуру! Раньше десятки тысяч работников комиссий понимали что следует делать с уточнением списка избирателей. Нужно делать так и так... А сегодня даже мы — идеологи обучения — не совсем понимаем, что делать. Их законом сказано: участковая комиссия рассматривает жалобу безотлагательно и принимает решение... Что такое “безотлагательно”? Члены участковой избирательной комиссии должны сидеть там безвылазно? Какое, собственно, решение может принимать участковая комиссия? Потому что о праве внести изменения в список ничего не сказано.
Зато есть такое: если комиссия найдет ошибку, то обращается к органам Государственного реестра. А для чего членам участковой комиссии принимать решение, если вся ее функция заключается в том, чтобы передать ошибку к органам Государственного реестра? Я бы хотел, чтобы авторы написали: какое решение должно принять избирательная комиссия? в какой срок? что такое “безотлагательно”? Сотни тысяч людей будут сидеть в избирательных комиссиях. Если им будут приносить жалобы, то что они должны делать? Законодатели толком ничего не объяснили рядовым сотрудникам, в то же время бездумно сломали созданный ранее механизм. Каждый глава участковой комиссии будет делать так, как считает нужным. Суды тем более будут парализованы.
Лавриновичу достаточно двух дней?
Дальше, объясняя, почему сократили срок рассмотрения жалоб в суде до двух дней, господин Лавринович говорит, что это не та категория жалоб, которая нуждается в долгом изучении, и если суд хочет затянуть решение, неважно, дается ему два дня или пять.
Сложные дела по итогам голосования, по публикациями в СМИ — иногда и за пять дней рассмотреть тяжело. Если бы действовала норма рассмотрения дела за два дня, то БЮТ в 2007 году не был бы и зарегистрирован. Окружной суд тогда рассмотрел их дело, и суд длился ровно пять дней. А за два дня — просто бы его не рассмотрел. Все резонансные дела, которые рассматривались в 2007 году, едва-едва умещались в пять дней. Ни одно дело по итогам голосования в декабре 2004 года — январе 2005-го (“третий тур” президентских выборов), апреле 2006-го (парламентские выборы), октябре 2007-го (парламентские) не уложилось в пять дней. А то, что, по словам господина Лавринович, вроде бы все можно сделать за два дня, — неправда. Все дела длились семь — девять дней. Партия регионов на “третьем туре” дала шестьсот файлов документов и доказательств. Их перечисление заняло целый день.
Дейл Карнеги говорил, что за всеми решениями скрыты мотивы публичные — для общего потребления — и внутренние. Поэтому, да простят авторы нового закона, но все проанализированные изменения в закон о выборах Президента вносились с одной целью — подготовить двум наиболее организованным политсилами поле для выборов. Фактически эта подготовка стала рейдерской атакой на демократию.
06.10.2009 Александр Барабаш
