Идея о построении в постсоветcкой Украине гражданского общества витает в "политическом" воздухе еще со времен провозглашения независимости нашей страны. Что характерно, такие инициативы исходят, как правило, сверху. А простой народ привык рассуждать более приземленными категориями дешевой колбасы на прилавках и вообще готов считать гражданским всякое общество, в котором высокие зарплаты и низкие цены.
Но после "оранжевой революции" вдруг выяснилось, что это самое гражданское общество можно построить в отдельно взятом мегаполисе — Киеве. Именно киевляне больше других проявили гражданскую сознательность и готовность взять свою судьбу в собственные руки. Первым взялся за этот амбициозный проект уже хорошо известный жителям столицы успешный бизнесмен Александр Пабат, когда им был создан "Гражданский актив Киева".
Любитель дорогих авто и часов, г-н Пабат тогда заявлял, что движение создается для достижения стратегической цели, "а не для конъюнктурных политических выгод". Какова эта цель и что она значит для главного "мажора" Киева, Александр Пабат рассказал в эксклюзивном интервью.
- "Гражданский актив Киева" существует уже несколько лет, но его происхождение и цели до сих пор остаются, мягко говоря, неочевидными. Например, многие сходятся во мнении, что это одна из предвыборных технологий, хорошо зарекомендовавшая себя в соседних странах?
- Отправной точкой для меня стала идея о том, что движущей силой изменений в обществе является не власть, а народ. Но советская система сформировала такого человека, который во всем уповает на государство. И проблема в том, что социализма, который оправдывал такой подход, в нашей стране давно уже нет, а менталитет, им порожденный, еще остался. Почему так произошло? В Советском Союзе на полную мощность работала пропагандистская машина, которая или сводила к минимуму политическую активность граждан, или направляла ее в определенное русло. Советская власть требовала от человека по его способностям и давала ему ровно по потребностям.
Она говорила ему: ни во что не вмешивайся, мы обо всем подумаем. Но взамен человек получал перспективу безбедной старости, как в песне "молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет". И, действительно, советская власть это обеспечивала.
Когда советский строй рухнул и вместо него появился дикий капитализм, люди по старинке продолжали думать, что власть в лице Президента, народных депутатов должна о них заботиться. Доходило до смешного: избиратели верили, что кандидат, заплативший за место в Верховной Раде несколько миллионов долларов, идет туда для того, чтобы отстаивать их права. И люди, которые находятся при власти, используют эту веру в своих интересах.
Дело в том, что сегодня у нас само слово "политика" дискредитировано. Раньше я всегда говорил, что занимаюсь общественной деятельностью, потому что действительно ощущал себя "общественником". Сейчас мне порой даже стыдно признаться, что я имею отношение к политике.
Давайте вспомним, какой была политика времен авторитарного режима Кучмы. Тогда Украина продала "кольчуги" Ираку. Я ощущал себя гражданином страны "джеймсов бондов", которые ухитряются тайно поставлять секретное оружие военным диктаторам на глазах у всего мира. Когда Кучма вел переговоры с Ельциным о Черноморском флоте или когда разгорелся "кассетный скандал", на кону действительно стояла судьба страны и это была реальная политика.
А что происходит сейчас? Один министр полетел куда-то с любовницей, и все это обсуждают. Делом государственной важности почему-то стал вопрос о том, в какие места побили другу друга министр МВД и столичный градоначальник. Такое положение вещей, безусловно, влияет на общественное сознание, превращая людей в пассивных потребителей светских историй от политики. Все это только на руку тем единицам, которые продолжают заниматься реальной политикой, и которые заинтересованы в том, чтобы этим не занялись широкие массы. И сейчас они, обсуждая вопрос досрочных выборов киевского головы, вполне серьезно заявляют о том, что им станет тот, относительно кого "Наша Украина" и БЮТ смогут договориться. Мнение народа их уже не интересует.
То есть граждане опять оказались в ситуации, в которой от них ничего не зависит. Из нее может быть два выхода. Это создание мощного государства, которое возьмет на себя решение всех социальных вопросов. По такому пути пошла Россия. У нас такого не будет. Поэтому нам остается только общественная активность. Нужно отбросить всякие иллюзии о том, что политики могут быть хорошими. Нужно, чтобы каждый знал, на что он может претендовать по закону, и умел добиваться этого.
Что касается ГАКа, то это союз общественных организаций, который ставит перед собой главную цель — построение гражданского общества, как бы это странно не звучало. То есть такого общества, которое бы нанимало власть себе на службу.
- А вам лично зачем это нужно?
- Я могу объяснить. С помощью этого проекта я хочу достичь своей личной меркантильной цели: жить среди людей, которые мыслят примерно так же, как и я. Поверьте, такие организации как ГАК — это наиболее трудоемкий путь завоевания популярности и извлечения из этого каких-то политических дивидендов. Намного проще просто раздавать пайки. ГАК я рассматриваю в первую очередь, как организацию, которая дает возможность киевлянам почувствовать себя гражданами этого города. В электоральном смысле, она, конечно, имеет некоторый потенциал, но по вложенным средствам, силам и времени, ГАК не может считаться идеальным накопителем электорального ресурса. Гораздо легче работать, что называется, "на хапок" под конкретную дату выборов. Если вы помните, многие говорили, что ГАК — это виртуальный проект, который исчезнет в 8 утра 26 марта, когда откроются избирательные участки, что он украден из Санкт-Петербурга у Хакамады, финансируется олигархами. Но время рассудило. ГАК существует. Мы не делаем громких заявлений, не обвиняем в чем-то власть. Мы голосуем на сессиях. Иногда совместно с блоком Леонида Черновецкого. Но мы при этом отстаиваем исключительно собственные интересы.
- Какой интерес вы отстаиваете, когда расклеиваете по всему городу в больших количествах листовки с броскими надписями, такими как "Лифт — это не туалет, а средство передвижения" или "Улыбнись"?
- Во-первых, такие листовки привлекают внимание человека. А во-вторых, они могут заставить прохожего на мгновение задуматься о тех простых аспектах общественной жизни, которые касаются лично его. Я призываю, чтобы люди больше думали о себе, о своем доме, о своей семье, чем о том, какое правительство придет завтра. А именно такими мыслями наши головы профессионально заполняют, чтобы только мы не замечали, что происходит у нас под ногами в нашем дворе.
- Кстати, как раз ГАК недавно замахнулся на то, что имеется "у нас под ногами на нашем дворе". Я имею в виду вашу инициативу передать в собственность граждан полностью многоквартирные дома, в которых они живут, а не только квартиры. Вы считаете, эта задача "по зубам" отдельно взятому движению?
- Мы проанализировали, каким образом можно изменить ситуацию в коммунальной сфере за счет бюджетных средств и пришли к выводу, что с привлечением денег города или страны сделать это невозможно. При этом мы посмотрели, что может произойти, если это дело пустить на самотек. После этого совместно с тогдашним министерством ЖКХ был разработан пилотный проект, который показал, что для проведения реформ нет серьезных препятствий, на которые любят ссылаться политики. Оказалось, что для этого не нужно ни изменять законодательство, ни проявлять политическую волю.
Что предлагает сделать ГАК на базе существующих законов? Первое — это создать объединения совладельцев многоквартирных домов. В этом случае каждый жилец становится не только собственником своей квартиры, но и совладельцем целостного имущественного комплекса с крышей, подвалами, стенами и коммуникациями.
- Но как этот комплекс можно выкупить?
- Все это коммунальная собственность района или города, принадлежащая территориальной общине. Но когда имущество и земля будет передана ОСМД, она будет закреплена на правах постоянного пользования за конкретными людьми, проживающими в конкретных домах. Поэтому за это не нужно платить. При этом люди будут уверены, что они останутся совладельцами через 20, 30 и 100 лет. И смогут передать своим детям не только периметр пола своей квартиры, но и землю под ней.
Для Киева это как никогда актуально, потому что в столице свободной земли уже практически не осталось, даже уплотнять практически нечего. Для застройщиков остается только одно: сносить старый жилищный фонд и строить на его месте новый. Сейчас это называется красивым словом реинновация. Я могу рассказать, как это будет происходить. Будут объявлены инвестиционные конкурсы под конкретные микрорайоны, естественно, без участия их жителей. Строительные компании будут выигрывать эти конкурсы, потом подавать сами на себя в суд от третьих лиц о признании недействительными результатов конкурса. Суд строители, конечно, выиграют, что даст им железобетонные основания для застройки. Затем они, размахивая этими бумагами, без обиняков скажут жильцам: "Убирайтесь!".
Естественно, возникает конфликт. Решаться он будет следующим образом. На первом этаже дома покупается квартира на какого-нибудь бомжа. В ней устраивается ремонт, во время которого выбивается две, три несущие стены, после чего вызывается Научно-исследовательский институт строительных конструкций, который дает заключение об аварийности дома. И тогда жителей, "спасая жизни", принудительно выселяют кого куда. В Вышгород, Бровары и т. д. Такие истории уже случались в Одессе, в Днепропетровске, в Киеве. Для того, чтобы этого не случилось, мы и ведем свою работу.
- И как, у вас не возникает никаких трений крупными застройщиками? С той же компанией ХХІ век, которую возглавляет ваш друг Лев Парцхаладзе…
- С Левой я поддерживаю отношения с 1989 года, и никогда в жизни они не были коммерческими. Я действительно с ним дружу и горжусь этой дружбой. Точно так же я дружу и с Непопом (депутат Киевсовета, директор Киевского филиала компании "Т.М.М." — Ред.), и с Голицей (депутат Киевсовета, начальник Главного управления жилищного обеспечения ККГА — Ред.), и с Кодецким (депутат Киевсовета, член фракции ГАК, генеральный директор компании Ukrainian Development Partners — Ред.). Я в этом городе вырос и всех прекрасно знаю — сложно сказать, с кем я не дружу.
Меня часто обвиняют, что я беру деньги у олигархов на общественную работу. Но покажите мне еще одного человека, который берет деньги у олигархов, чтобы им вредить?
Но я должен сказать, что многие серьезные бизнесмены готовы сейчас потерять в чем-то малом, чтобы в будущем иметь цивилизованные отношения. Они хотят иметь дело не с кучкой озлобленных жильцов, а с организацией. Тогда они смогут просчитать свои риски, свои дивиденды и расходы на несколько лет вперед, и комплексно подойти к проблеме реконструкции жилья. Я ничьи не интересы не защищаю. Потому что как только я это сделаю, это тут же станет известно всем остальным, и они будут иметь основания задать мне неприятные вопросы. А так я хожу без охраны.
- Вас тоже причисляют к олигархам. Можете рассказать, как вы заработали первый миллион?
- Конечно, я не бедный человек. Свой первый миллион я заработал еще в 90-х годах. Тогда появилось очень много предприятий, чье производство остановилось. При этом было достаточно большое количество людей с деньгами, которые хотели бы что-то купить, но не знали, как это сделать. Я, не имея специального образования, приезжал на эти предприятия и пытался создавать для них какое-то подобие аудита и бизнес-планирования. Для того, чтобы произвести некий продукт, продать его инвестору, а разницу в цене забрать себе. То есть, приводил в порядок товар, подыскивал для этого товара нормального покупателя. Это принесло мне не столько миллионы, сколько необходимый круг общения и дало возможность заработать капитал.
- В какой отрасли хозяйства вы работали?
- Отрасль для меня не имела значения. Главное, чтобы это было небольшое предприятие. Как правило, это были мелкие перерабатывающие, пищевые заводы, а также предприятия химической промышленности. Кроме того, я с первого дня работал в группе компаний "Финансы и кредит" вместе с Константином Жеваго, которого я считаю гениальным человеком.
- Сейчас у вас есть какие-либо активы?
- Я работаю президентом "Гражданского актива Киева", и уровень оплаты моего труда равняется нулю. Все деньги, которые я получил в прошлом году, были заработаны на фондовом рынке. Сейчас у меня нет никаких бизнес-проектов и зарабатывать деньги мне уже не интересно. У меня есть определенный уровень доходов, который я всегда честно декларирую.
- Какая сумма денег сейчас лежит на вашем счету?
- Немного. Я не люблю зарабатывать деньги и особенно не люблю их складировать. У меня есть карточный счет, на котором сейчас лежит тысячи три долларов. Есть еще один личный счет, на который я положил тысяч 50 гривен. Мне нравится заниматься общественной деятельность и тратить на это деньги. А просто их собирать не интересно.
- Часто можно услышать, что своими успехами вы обязаны своему отцу, который когда-то занимал должность заместителя министра сельского хозяйства…
- Мне самому это смешно слышать. Я иногда прихожу к отцу и спрашиваю, где мои миллионы. Дело в том, что во времена Советского Союза мой отец был крупным деятелем компартии Украины, в которой он занимался сельским хозяйством. В этой сфере он является очень крепким профессионалом. Поэтому его дважды приглашали на работу в Министерство сельского хозяйства Украины на должность заместителя министра. Но его назначали на такой сектор, который не имел отношения к коммерции, а требовал аналитических способностей. Никаких миллионов он там не мог заработать. И мне обидно, когда говорят, что мой отец спровоцировал мясомолочный кризис в отношениях с Россией. Папа, наоборот, благодаря своим связям и знакомствам очень много сделал, чтобы сгладить этот скандал.
Отец был убежденным коммунистом. И когда на выборах Президента Украины в 1999 году он поддержал своего давнего друга Александра Ткаченко, он вообще попал в опалу. Мне как-то нужно было попасть в администрацию Президента, и мою фамилию ввели в компьютер. Когда увидели мою фамилию в списках, хотели не пустить. Пропустили, когда я сказал, что у меня другие инициалы, не Виктор Алексеевич, а Александр Викторович. Сейчас мой отец — депутат Киевского областного совета от СПУ.
20.03.2008
