На днях сомалийские пираты освободили судно Patriot, среди членов экипажа был один украинец. Судно было захвачено 25 апреля между побережьем Йемена и Сомали. Балкер с пшеницей следовал в один из портов Йемена. "Пиратские истории" становятся, к сожалению, все привычнее для украинцев. Мы пообщались с моряками экипажа балкера Malaspina Castle, который также побывал в плену у сомалийцев и был освобожден 10 мая. Среди членов экипажа были и двое наших соотечественников: помощник капитана Игорь Мирошниченко и третий механик Андрей Рабчук. Пленных держали под дулом автомата, кормили тухлым мясом и заставляли говорить по телефону родным, что умирают с голоду. Вернувшиеся домой моряки рассказали "Новой" подробности о своем пребывании в плену.
Захват произошел очень быстро: три пиратских судна взяли балкер в клещи — две лодки уперлись в нос Malaspina Castle, а третья прижалась к борту. Часть пиратов открыла автоматный огонь, а в это время остальные забросили лесенки на борта балкера и забрались по ним на захваченное судно.
- Думаю, этого не случилось бы, если бы наш балкер не был перегружен, — вспоминает помощник капитана Игорь Мирошниченко. — Мы не сумели от них уйти — наше судно могло развить скорость всего лишь 11, 5 узла, а пиратские — 35. К тому же это был последний рейс нашего корабля перед списанием. Да и отбиваться было нечем — не пожарными же насосами…
"Жаль, нечем было обороняться"
Чтоб поставить сына на ноги, Игорь Мирошниченко будет ходить в рейсы и дальше
Груз — железо в брикетах — погрузили в Новороссийске. Предназначался он для Китая. По словам помощника капитана, на борту находились двое представителей завода-изготовителя из России, которые постоянно замеряли уровень водорода. Они рассказывали, что груз очень опасен токсичными выбросами.
Украина — это где?
Самым ярким воспоминанием о плене Андрей считает разговор с одним из пиратов.
- Молоденький паренек подошел ко мне и спросил: ты откуда? Я ответил: из Украины. А он удивленно: а это где? А потом грустно так задал вопрос: у вас тоже война, тоже стреляют, как у нас? Я этот разговор никогда не забуду, — говорит Андрей Рабчук.
- Еще в Новороссийске нам сообщили, что в Аденском проливе судно будут сопровождать два российских военных корабля, — говорит Игорь. — Но охраны у нас не было, и мы быстро попались. А ведь оставался всего лишь час до выхода из пиратской зоны.
В команде судна Malaspina Castle было 24 моряка: двое украинцев, двое россиян, 16 болгар, четверо филиппинцев. А пиратов было 26 — именно столько насчитал механик Андрей Рабчук. По его словам, большинству из них было не больше 16 лет.
- Молокососы… Если бы у нас было чем обороняться, отпор был бы достойным, — говорит Андрей. — Но когда в руках у малолетки автомат, уже неважно, сколько ему лет.
Один из пиратов знал русский язык. Моряки предполагают, что большая часть разбойников — студенты. "Наверное, они так зарабатывают себе на учебу", — говорит Андрей. Вели они себя агрессивно, постоянно стреляли в воздух для устрашения. Игорь рассказал, что получил прикладом по голове.
Трое суток под дулом автомата
Мама Андрея Рабчука, пока сын был у сомалийцев в плену, выучила молитву за освобождение из плена
Самыми ужасными были первые три дня. Всех пленных загнали в крохотную каюту старшего механика, там нельзя было даже лечь — приходилось либо стоять, либо сидеть. Все этот время на них были направлены дула автоматов.
- Пираты за это время отобрали у нас все имущество: ноутбуки, телефоны, вещи, даже сувениры, — вспоминает Андрей Рабчук. — Многие вещи из награбленного просто выкинули за борт или сломали. У меня один пират забрал свитер от "Хьюго Босс", поносил и выкинул в море. На технику набросились, как дети на игрушки, как будто в первый раз увидели. В наши телефоны сразу же вставили свои карточки.
В эти дни пираты практически не кормили пленных. Но после того как на судно пожаловал главарь разбойников, появился хоть какой-то намек на порядок. Первое, что сделал "начальник", — прекратил разбой. Правда, грабить уже было нечего... А потом разрешил пленным разместиться в каюте капитана.
- Там все-таки было просторнее, — говорит Игорь. — Нам даже разрешили взять матрасы, и теперь можно было спать лежа. Правда, первое время никто из нас не мог сомкнуть глаз.
Кормили тухлым мясом
Моряки признались, что среди пиратов были и такие, кто специально накалял обстановку. Пиратский повар постоянно угрожал пленным, что их расстреляют по одному, как баранов, если судовладелец не заплатит выкуп. Однажды он даже специально вытащил из холодильника куриное мясо, оставил в жаркой каюте, а потом приготовил из него для пленных еду.
- Мясо протухло, его не то что есть было нельзя — от одного запаха тошнило,- вспоминает Игорь. — Но потом этого повара лично утихомирил главарь пиратов: связал его по рукам и ногам и запретил сеять панику на борту. А то бы повар и дальше нас травил.
К концу заключения припасы продуктов на судне подошли к концу. Для пленных из чего придется готовил кок команды, а пираты питались в основном козлятиной. Прямо на борт они притащили с собой двух козлят.
С родными морякам удалось поговорить только два раза по две минуты — больше пираты не давали. Да и то заставляли говорить, что пленных морят голодом и плохо с ними обращаются. Пират, который говорил по-русски, стоял рядом и подсказывал, что нужно сказать.
- Он требовал, чтобы я крикнул: "Мамочка, я голодный!" — говорит Рабчук. — Но разве я мог такое сказать родной матери? Она и так там, на берегу, сходила с ума от одной мысли о том, что ее сыну грозит опасность. Поэтому я сказал: "Мама, я здоров". И у меня тут же отобрали трубку.
Самодельные стрелы и ножи
Несмотря на то что пираты вели себя довольно агрессивно, моряки к концу заключения начали вытворять немыслимые вещи. Например, могли выйти на палубу без разрешения и лечь загорать.
- Мы уже настолько устали подчиняться, думали: была не была, — говорит Андрей. — Один раз, помню, пират окрикнул нас и щелкнул затвором. Мы думали, что выстрелит, но, он, к счастью этого не сделал. Видно, к тому моменту пираты уже договорились о выкупе и пребывали в эйфории, поэтому стали помягче.
Моряки даже начали мастерить себе оружие — на случай, если судовладелец откажется платить выкуп. Филиппинцы, к примеру, сделали стрелы, а Андрей соорудил что-то наподобие ножа — отточил кусок металла. Благо, как механик он имел такую возможность. "Не хотелось, чтобы они просто убили нас, как своих козликов", — говорит он.
Кстати, команде судна Malaspina Castle довелось стать свидетелями разборок между пиратскими группировками. По словам Игоря Мирошниченко, в Аденском заливе орудуют четыре конкурирующие между собой пиратские группировки. Борьба за добычу идет не на шутку. "Захватив судно, "нашим" пиратам пришлось отстреливаться от других разбойников", — говорит Игорь.
Прилетит к нам волшебник в голубом вертолете…
С судовладельцем, который, кстати, из Великобритании, команде повезло. Моряки очень благодарны ему — ведь судно подлежало списанию, и многие на его месте просто предпочли бы забыть и о корабле, и о команде. Но он лично привез пиратам деньги, спустив их на вертолете.
- Сначала пираты требовали от судовладельца выкуп в размере шести миллионов долларов. Но цену удалось снизить, и наше освобождение стало стоить два миллиона, — говорят украинцы. — Недаром наша компания находится в "белом" списке профсоюза мореплавателей. Те, кого занесли в "черный", редко рассчитываются. Нам повезло с судовладельцем больше, чем морякам с "Фаины".
После того как пираты отпустили моряков, им повстречалось еще одно судно. На позывные оно не отвечало, и команда решила — опять пираты. Этого они уже не смогли бы пережить. Команда была на таком взводе, что единогласно решили: все поляжем, но больше в плену не окажемся! Вооружились, кто чем мог. К счастью, это оказались не разбойники.
Молитва за освобождение из плена
А в это время родные пленных моряков переживали ужасные дни. Жена Игоря из-за пережитого шока попала в больницу с проблемами щитовидной железы. После возвращения мужа она умоляла его перестать плавать.
- Я — офицер, и море — это моя стихия, я не могу без этого жить, — говорит мой собеседник. — Да и чем еще я смогу на жизнь зарабатывать, если всю жизнь проплавал и ничего другого делать не умею? К тому же у меня сынок Александр, ему сейчас три годика. Мне его на ноги надо поставить. Кто же, как не отец, поможет ребенку?
А вот Андрей Рабчак решил с плаванием завязать. Парню всего 24 года, и он обязательно найдет, чем заняться. Мама Андрея Галина Анатольевна поведала "Новой", что этот месяц был самым кошмарным в ее жизни.
- Я ходила черная от горя, постоянно звонила в наш МИД, — говорит женщина. — Благо, люди там работают хорошие, и я часами разговаривала с ними — вместо психологов. А еще я каждый день ходила в Иверский монастырь и ставила свечку за здравие сына. Один священник даже подсказал мне молитву "за освобождение из плена", и я все время ее читала — с ней на устах засыпала и просыпалась.
О том, что сына освободили, Галина Анатольевна узнала по телевизору — смотрела новости и в бегущей строке внизу прочитала: "Сомалийские пираты освободили из плена двоих моряков". Счастью не было границ! А вот с окончанием Морской академии, где учится Андрей, парень может "пролететь" — из-за пиратской истории не успел сдать экзамены, и теперь будет просить декана разрешить пересдачу в нынешнем году.
P. S. По контракту, морякам никакой компенсации за дни, проведенные в плену, не полагается. Разве что двойная оплата за тот отрезок пути, который называют пиратской зоной. А еще морской профсоюз обещал компенсировать стоимость вещей, которые достались пиратам. Но разве может это все окупить риск, голод и унижения?
