Четвертый месяц(!) 28-летний палестинец Мохаммед Хижази живет в транзитной зоне киевского аэропорта "Борисполь" в ожидании решения суда. Иностранец оспаривает предписание криворожской милиции о его выдворении из Украины
История гражданина Палестины Мохаммеда Хижази, уже четвертый месяц живущего в транзитной зоне киевского аэропорта "Борисполь", во многом напоминает сюжет известного голливудского фильма "Терминал", герой которого прожил в аэропорту несколько месяцев. Однако сам Хижази, выдворенный из Украины криворожской милицией, такому сравнению не рад. "Актер снялся в кино и пошел домой спать. Меня же снимают для телевидения, но я по-прежнему остаюсь здесь и сплю на стуле", — сокрушается иностранец.
Транзитная зона аэропорта "Борисполь", ставшая для палестинца временным пристанищем, — это часть зала площадью около 15 квадратных метров с несколькими рядами металлических сидений, огороженных красной ленточкой, аккурат возле места для курения в зоне вылета. Там всегда ютятся пять-шесть несчастных пассажиров, чьи документы вызвали у наших пограничников подозрения. Поскольку слоняться по аэропорту им запрещено, эти люди вынуждены сутки напролет через стойку разглядывать пассажиров. Как правило, спустя несколько дней горе-путешественников отправляют либо на родину, либо в приют для беженцев. Но чтобы человек "задержался" здесь на три с половиной месяца, такого в "Борисполе" еще не было.
"Своего мужа ты больше не увидишь! За его депортацию заплачено 10 тысяч долларов"
Разрешение на встречу с Мохаммедом Хижази получили лишь после соответствующего запроса в Государственную пограничную службу Украины. "Хижази не является задержанным, но, поскольку ему запрещен въезд в Украину, пропустить его на территорию нашей страны мы не можем. Беседовать придется в транзитном зале", — заявили пограничники.
- Вот видите, и вас пустили ко мне, — тяжело вздыхает Мохаммед, одетый в спортивный костюм и в шлепанцах на босу ногу. — А женщину, которая родила мне ребенка, даже увидеть не дают. Два месяца назад у нас родилась девочка, но я слышу ее плач только по телефону. Сижу на этой лавочке четвертый месяц и не знаю, когда это кончится. Меня все спрашивают, каково это — день и ночь проводить на людях и мыться в туалете. Однако никого не интересует, как я сюда попал. Как будто то, что со мной произошло, — в порядке вещей!
В Украину Мохаммед Хижази, как и большинство его соотечественников, сбежал от многолетней войны между Палестиной и Израилем. Успешно освоив русский язык, поступил в Криворожский технический университет. Через некоторое время женился на украинке. Правда, с женой не заладилось, и последние три года Мохаммед живет в гражданском браке с другой девушкой.
- В феврале этого года Валерия, моя неофициальная жена, подарила мне дочь, — рассказывает Хижази. — Я собирался присутствовать при родах, даже прошел курсы подготовки для будущих родителей, но получилось, что в роддом она пошла одна.
В пятницу 16 января мы с Лерой (она была на девятом месяце беременности) отправились в магазин, чтобы купить одежду для малышки и кое-какие вещи жене в роддом. В это время мне на мобильный телефон позвонил инспектор криворожской паспортной службы Анатолий, который раньше несколько раз оформлял мне регистрацию, и спросил, где я нахожусь. Уточнив адрес, он положил трубку. А буквально через пару минут к магазину подъехали несколько автомобилей. Анатолий и еще двое мужчин (то, что они милиционеры, я не знал, потому что они не представились) схватили меня и затолкали в машину. Никто из них не объяснил, за что меня задерживают. Но когда неподалеку я увидел автомобиль своего родного брата Эяда, то сразу понял: вся эта "операция" — его рук дело. Последние несколько лет мы с братом конфликтуем. Не надо было нам начинать совместный бизнес. Сейчас брат должен мне большую сумму (одной из газет Мохаммед заявил, что это около 450 тысяч гривен. — Авт.), а отдавать не хочет. Мы даже судимся по этому поводу.
В городском отделе милиции, куда меня привезли, сотрудники паспортного стола стали уговаривать меня подписать... чистые листы бумаги и предупредили, что все равно выдворят из Украины. Но так же можно и смертный приговор себе подписать! Конечно, я отказался. Тогда на меня надели наручники, насильно сняли отпечатки пальцев и заперли в кабинете.
Часа через четыре меня отпустили. Но домой я так и не попал. На улице меня вновь схватили и затолкали в... машину брата (он сам был за рулем). В автомобиль также подсели инспектор Анатолий и двое сотрудников СБУ (я их узнал — у них был общий бизнес с моим братом).
Оказалось, что брат в прямом смысле слова нанял их, чтобы они помогли избавиться от меня как можно скорее. Без вещей и денег, не дав даже позвонить любимой женщине (мобильные телефоны отобрали еще при задержании), меня сразу повезли в аэропорт "Борисполь". Можете себе представить состояние Валерии, когда в тот вечер я не вернулся домой!
- Да я чуть с ума не сошла! Остаться одной за две недели до родов и при этом не знать, что с твоим мужем! — восклицает гражданская жена Мохаммеда Валерия, с которой мы связались по телефону. — В Кривом Роге, кроме Миши (я его так называю на наш манер), у меня никого нет, мои родители живут в другом городе. Когда мужа на моих глазах затолкали в машину и увезли в неизвестном направлении, я от шока не могла пошевелиться. Еле добралась домой, проплакала всю ночь, а наутро пошла в районный ОВИР. Там меня "успокоили": "Что вы так волнуетесь за него? Может, это он просто от вас, беременной, сбежать решил!" Только когда я оборвала телефоны в областном управлении милиции, мне, наконец, рассказали, что произошло. Тогда я попыталась получить объяснения у брата Мохаммеда, но его доверенный человек заявил мне буквально следующее: "Своего мужа ты больше не увидишь! За его депортацию заплачено 10 тысяч долларов". Эти слова также слышали работники кафе, которое арендует Мохаммед. Им, кстати, тоже досталось от его брата. Одному из сотрудников, который отказался отдать Эяду дневную выручку, тот приставил ко лбу пистолет...
"Труднее всего было привыкнуть к бесконечному шуму и мельканию людей перед глазами. Поначалу даже спать не мог"
- Все время, пока мы ехали в аэропорт, брат не без удовольствия рассказывал, как он все устроил, чтобы только избавиться от меня, даже билет на самолет купил за свои деньги, — продолжает Мохаммед. — Понимаю, почему он так спешил — на 19 января назначили очередное судебное заседание по хозяйственному спору между нами, и мое отсутствие брату было на руку.
В "Борисполь" мы приехали ночью. Мой самолет до Каира, где я должен был пересесть на другой рейс — до Палестины, вылетал только вечером. Все время до начала регистрации, а это больше 12 часов, я просидел на заднем сиденье припаркованной у обочины машины. Сотрудники СБУ зажали меня с двух сторон, так что выбраться оттуда я не мог. Когда просился в туалет, родной брат махал перед моим лицом пистолетом: "Попробуешь убежать — пристрелю".
Что я мог сделать? В паспорте, который мне отдали только в аэропорту, уже стояла отметка о том, что я должен покинуть территорию Украины. Пришлось садиться в самолет. Мне просто повезло, что египетские власти не захотели отправлять меня домой — в секторе Газа, откуда я родом, идет война и высылать туда граждан запрещено. Поэтому ближайшим рейсом (20 января) меня вернули в Украину. Один из пассажиров, спасибо ему большое, разрешил воспользоваться мобильным телефоном, и я дозвонился Валерии и своим друзьям в Киеве. Но тут оказалось, что те, кто занимались моим выдворением из страны, позаботились и о том, чтобы я нескоро смог сюда вернуться. Выяснилось, что въезд в Украину мне запрещен на целых пять лет! И никто даже не объяснил, за что! Вот и получилось, что мне нельзя ни на родину, ни назад в Украину. Я подал апелляцию на решение криворожской милиции. Очень надеюсь, что суд, который должен состояться в конце мая, примет мою сторону. Если нет — буду добиваться справедливости в Верховном суде.
- Не знаю, как жить дальше, если Мише не разрешат вернуться в Украину! — взволнованно говорит Валерия. — Чтобы я не тревожилась и продолжала кормить малышку грудью, муж мало рассказывает о том, как ему живется в аэропорту. Но когда я увидела его по телевизору, ужаснулась. Разве можно столько времени спать на лавке?
- Самыми тяжелыми для меня были первые дни пребывания в аэропорту, — признается Мохаммед. — Не во что переодеться, нечем даже зубы почистить! Одеяло, кое-какие продукты и мобильный телефон через несколько дней передали киевские друзья. Одна газета написала, что меня тут все подкармливают. Да кому, скажите, здесь есть дело до меня? Раз в три-четыре дня друзья передают посылку. Но ведь холодильника нет, и продукты даже на подоконнике быстро портятся. Поэтому питаюсь в основном хлебом и сыром. Чувствую, желудок скоро не выдержит. А покупать еду в аэропорту для меня очень дорого. Даже чашка кофе здесь стоит около трех евро...
Мыться и стираться приходиться в общественном туалете, но я стараюсь никому из пассажиров не мешать. Труднее же всего было привыкнуть к бесконечному шуму и мельканию людей перед глазами. Сейчас это меня уже не раздражает, а поначалу даже спать не мог. Да и сейчас сплю мало. Днем читаю журналы, которые тут бесплатно раздают, общаюсь по телефону с Валерией. Она приехала в аэропорт, когда малышке было всего десять дней. Хотела меня увидеть, умоляла пограничников пропустить ее хоть на минутку... Не разрешили. Хорошо, хоть по телефону разговаривать не запрещают. Лера дает мне послушать, как дочка Самира агукает, недавно выслала на телефон ее фотографии. Смотрите, какая чернявая, вся в папу! Поскорее бы обнять их обеих... Почти каждый день звонит теща. Она за меня переживает больше, чем родной брат... Он, кстати, приезжал сюда несколько раз. Хотел меня повторно выдворить из Украины...
"Законная жена палестинца заявила, что Хижази угрожал ей расправой, а также он является приверженцем радикальных течений ислама"
В ответ на просьбу прокомментировать эту ситуацию инспектор районного отдела паспортной службы Кривого Рога Анатолий Кирилюк, который, по словам Хижази, "конвоировал" его в аэропорт "Борисполь", переадресовал нас к своему начальству.
- Хижази был задержан работниками паспортной службы и доставлен в горуправление милиции, где были составлены материалы о его административном выдворении из нашей страны, — рассказала заместитель начальника городского отдела милиции по вопросам гражданства, иммиграции и регистрации физических лиц в Кривом Роге Инна Евтушенко. — В Украине он находился по приглашению родного брата, получившего украинское гражданство, и своей законной жены. Но в конце декабря прошлого года она написала в милицию заявление, в котором признавалась, что ее брак с этим человеком был фиктивным, и просила поскорее выслать Хижази из страны. Кроме того, женщина сообщила, что палестинец угрожал ей расправой, а также он является приверженцем радикальных течений ислама и готов совершить действия террористического характера из религиозных соображений. Зарегистрировано и заявление брата Хижази, в котором он тоже просил выдворить родственника из Украины. Таким образом, законных оснований для пребывания гражданина Палестины в нашей стране больше не было. Мы просто отдали ему паспорт с предписанием покинуть Украину в течение 15 дней. Это не являлось принудительным выдворением. Никакие меры силового характера к Хижази не применялись.
Но если выдворение не стало принудительным, то почему в таком случае, имея целых 15 дней в запасе, Хижази буквально "рванул" (иначе не назовешь) в "Борисполь", чтобы первым же самолетом улететь на родину, а также оставил сотрудникам милиции документы на машину и ключи от дома? Ответа на этот вопрос Инна Евтушенко не дала.
- Мохаммед — настоящий мужчина и никогда не обидел бы женщину, — утверждает Валерия. — И свои религиозные убеждения он на людях не демонстрирует. Когда мы только начали встречаться, мои родители тоже беспокоились, как мы будем "делить Бога". Но мы никого не делим, Миша даже не настаивает, чтобы я принимала ислам. В этом смысле у нас все гармонично.
P.S. По украинским законам Мохаммед Хижази не может оставаться "узником" аэропорта более шести месяцев. За это время суд обязан принять в отношении него какое-то решение. Хотя в России, где действуют такие же правила, в транзитной зоне московского аэропорта "Шереметьево" восемь лет(!) проживает соотечественник Хижази. Документы свои он потерял в самолете. Российской авиакомпании, услугами которой этот палестинец воспользовался восемь лет назад, он уже обошелся в 250 тысяч долларов!
