Полковник запаса СБУ Леонид Казанцев рассказал о работе сотрудников КГБ в Чернобыльской зоне.
"СИТУАЦИЕЙ МОГЛИ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ И ТЕРРОРИСТЫ"
У бывшего сотрудника спецслужбы Леонида Казанцева наград достаточно. Но одной из самых дорогих он называет Почетную грамоту Совета Министров СССР, полученную за конкретные результаты работы в Чернобыле.
- Леонид Борисович, просветите для начала, какова была роль КГБ в Чернобыле?
- Да, об этом мало известно. Комитет тогда действовал практически по всем направлениям. Это, во-первых, внешняя разведка. Была поставлена задача добывать информацию у других развитых стран. Например, Америка имела эксклюзивный опыт по Хиросиме и Нагасаки, по штату Невада, где производились ядерные взрывы. Но никто не собирался делиться секретами. Наоборот, были попытки дезинформации, что стоило здоровья многим людям. Таковы тогда были условия "холодной" войны.
Второе направление — контрразведка. Был зафиксирован естественный всплеск интереса спецслужб всего мира к наибольшей в истории человечества техногенной катастрофе. Ведь Чернобыль — это более тысячи Хиросим. Иностранные агенты пытались правдами и неправдами заполучить закрытую информацию. Ситуацией могли воспользоваться и террористы. В Чернобыле сработал эффект так называемой "грязной" ядерной бомбы, когда за счет теплового взрыва на большой площади были разбросаны радиоактивные элементы, период полураспада которых от нескольких часов до сотен и даже тысяч лет!
Следила наша спецслужба и за работой транспорта в плане обеспечения бесперебойной работы при эвакуации населения и снабжения зоны всем необходимым. Сотрудники экономической линии провели большую работу по недопущению подобных ЧП на других АЭС и объектах повышенной опасности. Следователи КГБ Украины в сжатые сроки установили объективную картину происшедшего. Проверялась версия вредительства и диверсии, но оказалось — элементарная халатность.
- А вы лично на каком направлении работали?
- Я был в так называемой группе атомщиков непосредственно на станции и занимался обеспечением правительственной комиссии достоверной информацией. Опыта ликвидации последствий аварии ранее не было. А в Чернобыле были попытки перекладывания ответственности на конкурентов, много субъективизма, шелухи. В нашу задачу входило оперативными средствами отсеивать ее от правды. То есть если кто-то из чиновников начинал неправдиво излагать тему, сотрудники КГБ говорили: "Знаем, как все на самом деле".
"СРАБОТАЛИ ГОЛОВОТЯПСТВО И ХАЛАТНОСТЬ"
- Скажите, а приходилось бороться с мародерством в зоне?
- Да, было такое (см. "БЫЛ СЛУЧАЙ"). А однажды мне удалось пресечь массовые беспорядки в вахтовом поселке. Из-за чьего-то головотяпства чернобыльцам не подали вовремя еду — совпали пересменки у вахтовиков и поваров, кто-то кого-то не предупредил. Представьте, ребятам после тяжелой и опасной работы элементарно не дали поесть. Притом что на каждом углу их настраивали на позитив щиты с надписями типа "Чернобыльцы — вы герои!". В столовой обстановка была нервная, начали опрокидывать столы, стулья, крушить все вокруг, митинг проводить. Я переговорил с зачинщиками, успокоил их. Мы с комендантом вскрыли "НЗ", хоть полномочий у нас на это не было, и оперативно решили проблему. Потом наши действия одобрили.
- Известно, КГБ предупреждал власти об опасной ситуации на АЭС задолго до катастрофы. И о нарушениях технологии, и о срывах сроков строительства энергоблоков, и о поставках бракованного оборудования…
- Да, Чернобыльский горотдел КГБ неоднократно информировал партийные и советские органы о недостатках. К сожалению, многие вещи игнорировались. А к катастрофе привел человеческий фактор. АЭС — это как "чайник", который стоит на огне. Он имеет два контура: тепловой и паровой. За счет управляемой ядерной реакции (первый контур) выделяется тепло, которое нагревает воду (второй контур) и превращает ее в пар. А пар уже элементарно вращает турбину. Тогда на Чернобыльской АЭС проводили эксперимент (по свободному выбегу турбины в целях экономии), в общем-то неплохой. Но почему не усилили смену, не привели в состояние повышенной готовности систему защиты? Более того, графитовые защитные стержни оказались специально заблокированными, что являлось грубейшим нарушением техники безопасности. Но иначе эксперимента не получалось. И когда началась неуправляемая ядерная реакция, защита не сработала. Получился перегрев контура, и в слабом месте бахнуло.
- Еще появлялась информация о якобы дефектном проекте АЭС...
- Нет. Проект Легасова считался тогда самым современным и надежным. Поэтому и построили станцию недалеко от Киева. А сработали, как я говорил, головотяпство и халатность.
"АКТИВИРОВАННОГО УГЛЯ Я НАЕЛСЯ НА ВСЮ ЖИЗНЬ"
- Леонид Борисович, а вы какую дозу облучения "схватили" в Чернобыльской зоне?
- Предельное время пребывания там составляло 20 дней. Но нашей группе пришлось превысить этот срок в два раза. Остались из-за октябрьских праздников. В Чернобыле 7 ноября, как и по всей стране, проходили митинги. Нужно было всему миру показать, что в зоне порядок. Да и объект "Укрытие" уже был почти завершен, его 14 декабря сдали. У нас у каждого были так называемые карандаши — радиомеры из старых армейских запасов. Они были рассчитаны на ядерный удар, но не на Чернобыль. Иногда зашкаливали, иногда не срабатывали вообще. Потом пришла "вказивка" сверху, нас вызвал начальник опергруппы и сказал: "Если наберете 25 бэр (биологический эквивалент рентгена), будете сразу уволены из органов КГБ, а если более 20 бэр — я получу нагоняй за то, что вас не берег". Поэтому нам и записали меньше 20 бэр. Реальную же дозу никто не знает до сих пор. Активированного угля я в Чернобыле наелся на всю жизнь, таблетки разные мы глотали пригоршнями. Мне тогда лет 30 было, и всего за полтора месяца я набрал 28 кг веса! На щитовидке образовалось три креста.
- Это что такое?
- Это три узла — предпосылки онкозаболевания. Потом — тьфу-тьфу — они сами прошли. Врачи были поражены.
- Вы что, знаете секрет излечения?
- Думаю, что главное — боевой настрой на позитив. Если скажешь себе "все, кирдык", то так и будет. А если дашь установку: "Ерунда, прорвемся!" — то все будет хорошо.
БЫЛ СЛУЧАЙ
Криминала хватало
- Это произошло в октябре 1986 года, — вспоминает Леонид Казанцев. — Когда наша группа уезжала из зоны, я отвечал за вывоз секретных материалов. Едем в сумерках. В машине водитель, я и дремлющий прапорщик. Вдруг водитель говорит: "Какие-то пацаны дорогу перекрыли велосипедами". Выхожу, обращаюсь к ним: "Не балуйтесь, ребята, дайте проехать". И тут из кустов появляется основная бригада — бойцы постарше, лет по 20-25. Ко мне главарь с ножом бросается. Я на автомате его вырубаю в жесткий нокаут, финку забираю, у другого выхватываю из рук арматуру. Остальные пустились наутек. Сработала тактика уличного боя — первым делом убрать лидера и не дать нападающим опомниться.
Тут и прапорщик мой очнулся, начал пистолет доставать — а оружие было только у него.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Полковник запаса СБУ Леонид Борисович Казанцев родился в Днепропетровске 24 июня 1956 года. Окончил местный металлургический институт и Высшие курсы КГБ в Киеве. С 4 октября по 10 ноября 1986 года участвовал в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, в том числе 31 сутки на территории 3-й (высшей) зоны опасности. Неоднократный победитель и призер турниров страны по карате и рукопашному бою. Награжден орденом "За заслуги" III степени, Чернобыльским крестом "Мужество. Честь. Гуманность", "Крестом доблести СБУ" II степени и другими наградами.
Женат, счастливый отец и дедушка.
