Личность и творчество величайшего украинского и российского писателя Николая Гоголя в течение почти двух веков вызывает любопытство и оживленные дискуссии не только в научных и литературных кругах, но и находит свое отображение в масс-медийном пространстве, особенно в канун годовщины и знаменательных дат, связанных с именем автора бессмертных “Мертвых душ”.
И фигура Гоголя, и большинство его произведений окутаны шлейфом легенд и мифов, которые являются хорошей почвой для многочисленных обсуждений, начиная с вопроса принадлежности писателя — “украинский-русский” — и заканчивая мистической историей смерти.
“Бросьте в самом деле кацапию, да поезжайте в гетманщину. Я сам думаю то же сделать и на следующий год махнуть отсюда. Дурни мы, право, как рассудишь хорошенько! Для чего и кому мы жертвуем всем? Эдем! Сколько мы там насобираем всякой всячины! все выкопаем! ...вы поймаете еще в Малороссии осень, благоухающую, славную осень, со своим свежим, неподдельным букетом. Счастливы вы! А я живу здесь среди лета и не чувствую лета! Душно, а нет его. Совершенная баня; воздух хочет уничтожить, а не оживить”, — пишет Гоголь, живя уже в Петербурге, своему другу, известному украинскому ученому, фольклористу Михаилу Максимовичу. В планах писателя было переехать работать вместе с Максимовичем в университет Святого Владимира в Киев. Но не судилось. И он стал преподавать общую историю в Санкт-петербургском университете. “Хотя душа сильно тоскует за Украиной, но нужно будет повиноваться, и я покорился безропотно, зная, что со своей стороны употребил все возможные силы.”
Вопрос “Украинский или российский?” — чаще всего появляется в современной прессе как Москвы, так и Киева. Кажется, в последнее время в академической среде споры между украинцами и россиянами по поводу принадлежности Гоголя к той или другой культуре стихли. Уже устоявшимися эпитетами, которые предшествуют имени Гоголя, стали “известный украинский и российский писатель”. А вот к кому относил себя сам Николай Васильевич, узнаем из его писем: “...Сам не знаю, какая у меня душа, хохлацкая или русская. Знаю только то, что никак бы не дал преимущества ни малороссиянину перед русским, ни русскому пред малороссиянином”. Однако еще в одном письме к “маменьки” отметил, что будет писать иностранным языком. “Принося чувствительнейшую и невыразимую благодарность за ваши драгоценные известия о малороссиянах, прошу вас убедительно не оставят и впредь таковыми письмами. В тиши уединения я готовлю запас, которого, порядочно не обработавши, не пущу в свет, я не люблю спешить, а тем более занимать поверхностно... Сочинение мое, если когда выйдет, будет на иностранном языке...”
Сомнений относительно любви Гоголя к Матушке-Украине не может возникнуть, ведь ментально он на всю жизнь остался украинцем, и, живя длительное время в Петербурге, не смог оборвать той духовной пуповины, которая связывала его с Украиной. Недаром он все время просил “маменьку” рассказывать ему об обычаях и обрядах малороссов, посылать украинские сказки и песни. Эта “украинскость” питала Гоголя, давала ему творческое воодушевление.
Поэтому о том, какая культура имеет право называть Николая Василевича “своим”, мы спросили у известных украинцев, которым близка гоголевская тематика.
Оксана Забужко, писательница
Литературные пути “Малой” и “Большой” России уже в Гоголеву эпоху стремительно расходились
Феномен Гоголя можно понять только в контексте 200-летней истории российско-украинских культурных взаимоотношений. Я об этом уже писала в “Notre Dame d’Ukraine”. Ему выпала уникальная роль — быть последним “замыкающим” мощного пласта украинской бароковой культуры 17-18 ст., в частности того ее, начатого Дмитрием Тупталом (Ростовским) направления, которое можно условно назвать “малорусским проектом” (ведь и сами эти сроки, “Малая” и “Большая” Россия, по аналогии с “Малой и Большой Грецией”, — таки нашего, киевско-галицкого происхождения!).
Гоголь, с его амбицией создать литературу, “для малороссов и великороссов единую”, был последним, самым ярким взрывом этого проекта. Это он, со своей лукавой улыбочкой гения и трагической смертью неудачника-“будителя”, завершает собой 200-летний ряд наших бесчисленных “культурных миссионеров” на Севере — духовных строителей “православной империи”, которой именно украинцы (почему-то мы об этом в настоящее время предпочитаем стыдливо молчать!) дали идеологию. Этим, между прочим, объясняется его “моральный проповедник”, которым он заразил российскую литературу вплоть до Солженицина включительно (Достоевский как раз эту “шинель” и имел в виду, только говорил о ней с трепетным почтением!): для Гоголя литература была частью религиозной миссии.
К счастью, гений художника все-таки брал в потомственном литераторе верх над самопризванным “миссионером”, — и благодаря этому он и сумел привить роскошное украинское бароковое древо на российскую почву. “Единой” литературы для двух народов не вышло, литературные пути “Малой” и “Большой” уже в Гоголеву эпоху стремительно расходились, — а вот гений остался обеим литературам, и нет смысла его делить.
Мирослав Попович, философ
Если говорить о гениальных писателях, то к гениям одним из первых принадлежит Гоголь
Я понимаю, как делят газ, как делят нефть, как делят деньги. А как делить наследство культурное — я этого не понимаю. Гоголь безусловно принадлежит и к наследству украинскому, и к наследству российскому. Можем ли мы называть его большим национальным нашим талантом? Безусловно, можем. И не только потому, что он родился здесь, и не только потому, что он написал свои первые произведения — украинские повести о своей Полтавщине, — но и потому что он всегда хранил определенное национальное виденье. Он Петербург видел глазами южанина. Это не искореняется каким-то поверхностными культурными влияниями. Он безусловно наш, он безусловно и российский.
Тяжело сказать, как делятся писатели на гениальных и не гениальных. Я сколько писал о Гоголе, всегда избегал термина гениальный. Но можно сказать, что это абсолютно оригинальное видение, он был на один этаж глубже, чем все писатели его времени. И сегодня мы воспринимаем только поверхностные сюжеты, образы, шутки, а не всегда умеем увидеть глубинный ход его видения мира. Если уж можно говорить о гениальных писателях, то к гениям один из первых принадлежит Гоголь.
Николай Томенко, вице-спикер ВР
Гоголь — украинский романтик и российский реалист
Я предлагаю выйти за пределы традиционной литературоведческой дискуссионной линии об украинском или российском писателе Гоголе и посмотреть на его как украинскую так и российскую составляющую творческого наследства. Об этом я пишу в своей книге “Украинский романтик Николай Гоголь”, которая будет презентована ко дню рождения Гоголя.
Если подытожить оценки творчества Николая Гоголя литературными критиками, то действительно мнения разделились, и исторически при его жизни и на протяжении ХХ века Гоголь считался как украинским, так и российским писателем. Одним из идеологов утверждения украинскости Гоголя является Николай Дашкевич, который в ХІХ веке назвал его “великим украинским писателем” и поставил в одном ряду Гоголя, Квитку, Стороженко, Левицкого.
В действительности, большинство специалистов уже давно дали ответ на этот, казалось бы, непростой вопрос. Основные характеристики места и роли Николая Гоголя в мировой литературе такие: речь идет об украинце по происхождению и характеру большинства своих произведений, что писал по-русски; речь идет о писателе, который прославился как украинский романтик и российский реалист или точнее сатирик.
Гоголь — это человек, который мог одновременно постичь менталитет, психологию двух больших, но таких разных народов, как украинский и российский. Никому ни до, ни после него не удавалось с таким уровнем мастерства показать эти два народа.
Иван Малкович, директор издательства ”А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА”
“Ніч проти Різдва” в переводе Рыльского — сердцевинное произведение украинской литературы
Гоголь для меня — это величайший украинский писатель, который писал русским языком и стал классиком российской литературы.
Можно считать его украинским в том случае, когда мы имеем конгениальный перевод, который сделал Максим Рыльский. Читая “Ніч проти Різдва” в этом прекрасном переводе охотно веришь давней легенде, согласно которой первые свои произведения Гоголь якобы писал по-украински.
Гоголь — настоящий поэт в прозе. Его образы, его метафоры — это чистая поэзия. У него нет вообще каких-то пустых предложений, фраз, над каждым словом он думал, как над поэтическим словом. Поражает то, что в огромном прозаическом произведении каждое слово настолько важно, как в короткой поэзии. Это колоссальный писатель и уникальный талант.
Мое любимое произведение — это “Ніч проти Різдва” в переводе Рыльского. Я считаю, что в этом варианте это — сердцевинное произведение украинской литературы. То, что черт не старшинствуетнад человеком, то, что он легко помещается в казацком кармане... Когда Гоголь писал это произведение, еще не была перерезана та пуповина, которая соединяла его с родной землей.
Анатолий Стреляный, журналист
Я же любуюсь собой, как красиво и разумно говорю — я и есть Хлестаков
Мне кажется, что споры о том, кому принадлежит Гоголь — России или Украине — в значительной мере политические. Участники этих споров думают не столько о Гоголе, сколько о том, чтоб лишний раз продемонстрировать свои политические позиции и личные национальные чувства.
Обычно все большие люди (а каждый из нас большой человек по собственному убеждению), в своих суждениях, о чем бы они не были, думают о себе любимых. И кто-кто, а Гоголь, возможно, лучше всех в мире знал эту особенность природы человека.
Нужно сделать над собой усилие и сказать действительно о Гоголе, а не о себе любимых. Забыть о своих национальных чувствах, страстях, болях, о политических преимуществах, осуществить этот маленький подвиг честности и сказать, что Гоголь принадлежит в ровной мере обеим культурам: и украинской, и российской.
Нельзя без большой скорби слушать тех национальных украинцев, которым очень почему-то нравится считать Гоголя изменником украинства. Это такая необразованная страстность, это такой вид самолюбия...
Гоголь, как немногие в истории культуры, чувствовал природу человека, его душу. Какое бы мы не читали его произведение, мы или смеемся, или плачем. Потому что узнаем там о себе такие вещи, которые страшно не хочется о себе знать. Например, его рассказ “Коляска”. Этот хвастун, который от вдохновения ляпнул, что у него есть такая грандиозная коляска, которой ни у кого нет. Разве каждый из нас не трепался таким образом? Ты себя познаешь, читаешь и краснеешь. А Хлестаков? Кто из нас не был Хлестаковым?! Только Клюев с Инной Богословской будут отрицать, что они когда-то были Хлестаковыми. А я не могу этого отрицать. Я так часто был и бываю Хлестаковым. Даже разговаривая с Вами. Я же любуюсь собой, как красиво и разумно говорю — я и есть Хлестаков. Гоголь большой знаток... хочется сказать человеческой души, но это не то... природы человека, потому что в природе человека не только душа, но и черт знает что, именно черт, сатана. А какая может быть душа у сатаны?
Владислав Троицкий, режиссер, организатор фестиваля “Гогольfest”
Гоголь — это бездна, а в бездну всегда заглянуть хочется
Я считаю Гоголя и российским, и украинским писателем, и не вижу в этом никакого конфликта. Родился в Украине, исходный импульс украинский, а затем российская и европейская шлифовка. Нельзя делить Гоголя. Это было бы совсем неправильно.
Думаю, сам Гоголь хотел относить себя к российской культуре скорее, особенно на склоне жизни. Но то, что он был украинец (и влияние места рождения, и первоначальное воспитание) — безусловно.
Гениальный человек. Сейчас как раз работаем над его материалами. Что не страница, что не фраза... как вкусно написана, прямо в точку... смешная ли, трагичная, драматичная ли, или духовная.
Гоголь — это бездна, а в бездну всегда заглянуть хочется.
