Посол Российской Федерации в Украине Виктор Черномырдин дал 27.02.2008 пресс-конференцию, посвященную выборам Президента, которые состоятся в Российской Федерации 2 марта.
Эта должна была быть очень рабочая, рядовая пресс-конференция, на которой посол хотел подытожить восемь лет правления Владимира Путина и призвать соотечественников, проживающих в Украине, прийти на выборы проголосовать. Для этого даже раздали список избирательных участков в разных городах Украины. Очевидно, понимая, что для украинских СМИ анализ успехов российского президента — не самая интересная тема и далеко не бесспорное утверждение, Виктор Степанович был краток. Практически сразу он дал отмашку на вопросы, и постарался ответить на все.
Виктор Степанович о сотрудничестве российского руководства с украинским ответил традиционно: мы работаем с любой украинской властью. Отношения наши двусторонние будут улучшаться. А про газ… И по газу проблемы будут решаться, только вот платить аккуратно надо. А по сегодняшней ситуации Турчинов вот сообщил, что деньги уже перечислены, значит, вопрос решается. Проблемы нужно решать, есть РосУкрЭнерго, УкрГазЭнегро, есть Нефтегаз. И никто не сказал, что не будем платить. Но как эту схему обустраивать? Мы же видим, УкрГазЭнерго отстранено, а оно является главным держателем платных дел по Украине. Ну я так понимаю, что это вопрос не простой. Затягивать нельзя, платить нужно и контракты, соглашения нужны. Время идет, а работаем не знаем как, завтра скажем, это мы не взяли, это мы не получили. И задолженность согласована, и цена согласована, она не меняется. Так что надо все правильно оформлять… Оперативность нужна здесь. Вопрос больной…
Глупые люди, которые думали, что афоризмы Черномырдину пишет Шендерович, из всех следующих вопросов видно, какой Виктор Степанович маэстро импровизации.
- Виктор Степанович, Россия сейчас заняла очень четкую позицию по непризнанию независимости Косово. Но, помнится, в 1999 году именно вы убедили Милошевича принять условия Вашингтона. Тогда сербы должны были уйти из Косово, туда вошли иностранные войска, вооруженные не только личным оружием. И там, на территории Косово, не осталось русских военных. Могли бы вы это прокомментировать…Тогда ушли, а сейчас — защищаете…
- Могу, только вот непонятно, и вы вопрос вот так сформулировали. А знаете, почему сейчас Сербия гоняет всех по улицам, жгет и громит? За что? Я вам объясняю, за то, что Сербия борется за выполнение той резолюции. Вот что такое 1999 год. И не Черномырдин уговорил Милошевича, было принято адекватное решение, чтобы остановить войну тогда. И вам бы это следовало знать.
- Тогда военные из вашей делегации ушли с переговоров…
- Кто вам это сказал... Были отдельные военные, у которых было свое мнение. История показала, вот что значит отступить. Плохой вопрос.
- Восемь лет президентства Путина характеризуют как период сворачивания гражданских свобод и свобода слова...
- А вы можете привести пример несвободы слова?
- Могу. Вот когда избрали президента Чечни Кадырова, ни один из российских телеканалов не сообщил, что его считают заказчиком убийства Анны Политковской.
- А вы сами знаете, кто президента Ющенко-то отравил?
- А последний раз русские телеканалы в новостях почему-то не сообщили о победе Владимира Кличко…
- Как? Да я по Москве смотрел. Была трансляция...
- В воскресных новостях и спортивных выпусках НТВ не было. По-вашему, в России есть и свобода слова и демократия?
- А вы по мне разве не замечаете? Разве нет свободы?! Есть! Ну, так а что еще? Я ведь гражданин России.
- А вы после выборов кем себя видите? Может быть, Путин предложит вам войти в правительство?
- Посмотрим, как будет складываться обстановка. В мае будет семь лет, как я работаю в Украине. Еще зависит, какая здесь будет обстановка. Заработает парламент, заработают все ветви власти. Надеюсь, что в политическом плане Украина успокоится. Что касается моей работы… Я по жизни свою задачу выполняю и выполнил в основном. А если придется выбирать, то как сложиться…
- Как Россия восприняла то, что Украина вступила в ВТО? И какие сейчас преграды могут возникнуть на пути России?
- Радуется, что Украина вступила. И это очень правильно. Мы больше работаем с ВТО, чем Украина и надеюсь, что в этом году вступим. Я могу другое сказать, это у нас не такой актуальный вопрос. У нас есть позиция, мы от нее старались не отступить. Мы не могли согласиться со всеми нормами и правилами, которые действуют в ВТО. Принять или не принять — не от ВТО зависело. А от того, какую мы сами готовность проявим… Мы могли и пятнадцать лет назад вступить. Согласились бы со всеми теми положениями, которые действуют в ВТО и, пожалуйста, и вы — в ВТО. Но мы не могли это сделать, мы и сегодня интересы отстаиваем. По некоторым позициям просто мы не готовы быть в ВТО.
- Как вы оцениваете поездки Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко в Москву? Не является ли это смотринами, с кем лучше будет работаться Москве?
- Кого изберут, с тем и будут работать. Был Кучма — работали с Кучмой, пришел Ющенко — будем работать с Ющенко. Ну правительство у вас тут почаще меняется — не успеваем следить, в лицо не всех знаем, но все равно работаем.
- В книге "Газпром — новое оружие Кремля", о вас пишут, как о создателе этой компании. У нас люди, стоящие у истоков приватизации какого-то предприятия, входят в совет его директоров, имеют там свой пакет акций. У вас есть именной пакет компании Газпром?
- Про совет директоров я тоже так думаю, надо же… Что "Газпром" такой, я очень рад. Это была моя работа, мне пришлось преобразовывать Газпром в компанию. Это была первая компания в СССР, мне и моей команде это далось очень нелегко. Это был эксперимент, больших трудов стоило уговорить руководство преобразовывать предприятие. И это было очень правильно. Когда начался развал СССР, Газпром единственный устоял, сам работал, и для России очень много сделал. Система, которую мы сделали, она лучшая в мире. Я горжусь своим Газпромом. И теми людьми, которые там работают. Эта компания несет колоссальную нагрузку. Мы добываем 530 миллиардов кубов газа. И где добываем? В самых экстремальных условиях. В Западной Сибири, на Севере Западной Сибири, где вечная мерзлота, мерзлота ледникового происхождения, где толщина льда свыше пятисот метров. Вы представляете, как нагрузку сотни тонн, скважину удержать во льдах. И нефтяники в таких же условиях работают. И все делается своими российскими институтами, мы нигде никого не привлекали, только оборудование покупали. Но все инженерные решения принимаются отечественными институтами, и институтами, которые находятся в Украине. Киевский институт и Днепрогаз. Правда, они уже не такие как тогда. Ну, это у вас хороший вопрос.
Относительно моих акций…Хотя вы все равно не поверите. Дело в том, что когда создавалась акционерная кампания, я уже работал председателем правительства и я не имел права иметь там акции. Я могу больше сказать, мои дети, оба моих сына работают в Газпроме, имели акции. И чтобы не было разговоров, вопрос щепетильный, продали акции. Времена меняются, теперь на это можно по-другому смотреть, но чего нет, того нет.
Р.S. Да, один вопрос Виктор Степанович оставил без ответа, скорее всего просто не расслышал — он ведь умеет отвечать. Вопрос был такой: не скучно ли проводить выборы Президента России без настоящего оппозиционного кандидата?
