"Как же так получается, что за газовые долги мы можем найти 20 миллиардов гривен, а дать денег на развитие своей угольной отрасли — нет?"
В конце прошлой недели премьер-министр заявила, что уже через два месяца министерства совместно с региональными властями придумают, как максимально Украине сократить потребление российского газа. Главную роль в этом "в этом "сокращении" должен сыграть уголь. На его использование уже, по утверждению Минтопэнерго, переведены украинские теплоэлектростанции. Планируется, что в ближайшее время увеличиться потребление угля со стороны промышленных предприятий. Будут переходить с газа на кокс и уголь металлургические заводы.
Однако, сама ситуация в угольной отрасли вызывает массу вопросов. Правительство запланировало на этот год массовую приватизацию шахт. Эксперты же говорят, что сейчас не самый подходящий момент — из-за финансового кризиса активы угледобывающих предприятий подешевели вдвое.
На самом деле, дискуссия о том, в каком направлении должна двигаться угольная отрасль, длится все годы независимости. При этом, все спорящие стороны ругают неэффективную государственную политику. Одни за недофинансирование отрасли и отсутствие четкой программы ее развития. Другие — за непрозрачность этого финансирования и … за отсутствие программы развития.
О том, что же из себя сегодня представляет угольная отрасль Украины, которая должна стране помочь уменьшить газовую зависимость от импортного газа, мы решили узнать у бывшего министра углепрома Николая Сургая. В свои 75-ть лет Николай Сафонович по-прежнему один из самых активных идеологов работы угольной промышленности — он возглавляет экспертный совет Минуглепрома и является директором Государственного научно-исследовательского, проектноконструкторского и проектного института угольной промышленности "УкрНИИПроект".
- Николай Сафонович, можем мы существенно уменьшить потребление российского газа за счет своего угля?
- Можем. Но я бы хотел сразу же сделать некоторые уточнения. И начну вот с чего...
Бывший Советский Союз оставил Украине мощностей по добыче угля на 186 млн тонн. Это был результат того, что в стране регулярно строились шахты. Но за 18 лет независимости в Украине не построено и не реконструировано ни одной шахты. Одна-единственная шахта "Нововолынская 10" (проект которой я подписал еще в 1988 году) до сих пор строиться. И еще не построена.
За 2008 год в Украине добыто 77,8 млн. т.. При том, что в советские времена мы двенадцать лет давали свыше 200 млн. т., и шесть лет — свыше 190 млн. т. И я еще не говорю о качестве.
- Почему так происходит?
- Происходит потому, что потеряли фронт работ.
- Не готовим предмет труда?
- Да. Плюс изменились условия. Это первый приоритет, который мы провалили. Все связано с тем, что украинское государство, правительства, которые менялись непрерывно, недооценили роль угольной отрасли для народного хозяйства.
А ведь мы должны были совершенствовать горное хозяйство. Чего не делали. Мы должны были заниматься социальной сферой и престижностью шахтерского труда. Этим мы не занимались в достаточной мере. Мы должны были создавать условия для безопасного труда. Результат здесь — тот же.
Следующий приоритет — качество добываемого угля, чем предметно мы не занимались. Использование угля … В советское время мы 75% электроэнергии вырабатывали с украинского угля. А сейчас знаете сколько?
- Сколько?
- Двадцать один процент. Ходим-просим газ! И еще, ранее мы продавали 20 млн тонн угля…
- На экспорт?
Да, экспортировали. И был положительный баланс. А не так как сегодня, когда импорт превышает экспорт. И хочу напомнить, что при этом мы продавали еще 36 млрд кВт/час украинской электроэнергии, выработанной с украинского угля. Вот это был баланс! Страна была энергетически независимой.
Мы за последние годы развалили отраслевую науку. Практически ее не финансируем. Не создаем новую технику. А ту, что создаем — не внедряем.
Государство самоустранилось от решения угольной промышленности. И тут же хочу сказать. Что в самой угольной промышленности накопилась масса проблем и своих недостатков. Здесь надо быть самокритичными. Недостатки в вопросах спроса, дисциплины, управления, ответственности.
В 2007 году правительство обратило внимание на волынский долгострой. На строительство этой шахты было освоено 190 млн. гривен. И все. Уже в прошлом году денег было выделено вдвое меньше. А на этот год вопрос, будут ли финансировать или не будут — до сих пор открытый.
- А там много еще нужно вложить?
- Много. Но если будет достаточное финансирование, "Нововолынскую 10" можно сдать уже через полтора года.
- И какие ее мощности?
- Она будет давать 1 мл. т угля в год. А эти шахты-"мышеловки" на Волыни, которые сегодня окончательно "добиты", надо закрыть. Так поступали в Советском Союзе. Когда старые шахты закрывали, а люди переводились на новую шахту. При этом, социальная инфраструктура сохранялась. Я за свою жизнь закрыл 135 шахт. Кто-нибудь знал, что они закрыты? Нет. Они закрывались планово, вместо них вводились новые шахты, новые горизонты, новые лавы и т.д.
Я внес на одном совещании у премьера Виктора Януковича предложение: нам не надо сегодня 200 млн. т. Для того, чтобы Украина была энергетически независимой, нам достаточно 140-145 млн. т. угля. Мы так посчитали. Хотя, по правилам, это правительство должно было сделать топливно-энергетический баланс.
Так вот. У нас разведанных запасов угля в Украине на 536 лет — 117 млрд. т. Это до глубины полтора километра. А свыше этой отметки тоже можно работать. И в мире работают. Надо будет, мы будем делать это — мы умеем.
И я говорю, давайте в каждом регионе построим по одной шахте. Посчитали. Что нужно лишь семь таких шахт. Бурный аплодисменты в зале, премьер поддерживает. Проходит пять лет. А воз и ныне там.
В декабре 2007 года принимается решение — не нужно семь. Давайте построим три шахты общей мощностью девять миллионов тонн. Приняли решение. Возня была, туда-сюда. Спасибо правительству, вышло постановление о проектирование трех шах: в Луганской области, в Донецкой области, и во Львовской.
Мы начали проектировать эти шахты. Сейчас появился новый бюджет. И что мы видим? В прошлом году было на поддержку себестоимости продукции было потрачено из бюджета 4,7 млрд. гривен. А в этом планируется только 750 млн. гривен. И теперь не известно, будут ли строиться новые шахты. Не известно, будет ли достраиваться "Нововолынская 10". А ведь эту шахту через год мы могли ввести в эксплуатацию и получать миллион тонн угля.
- Если мы введем новые шахты и увеличим добычу, например, на 10 млн. т угля в год, на сколько может снизиться зависимость промышленности от газа? При нынешних объемах потребления энергоносителей.
- При существующей калорийности угля можно заменить 7,5 млрд. куб м газа и сэкономить 5,2 млрд. гривен.
Мы не ставим задачу заменить газ. Мы говорим, что нужно просто посчитать — сколько чего надо Украине и что мы можем сделать. Как можно допустить, что на складах лежит три миллиона тонн угля, а его никто не берет. Мало того, так за него и не платят.
В бюджете на этот год что предусмотрено. С начала обещали увеличить финансирование отрасли до 14 млрд. гривен. И вот получаем бюджет, в котором на развитие отрасли будет направлено 10,7 млрд. гривен. При этом, из этой суммы на пенсии шахтерам уйдет 4,75 млрд. гривен. А 4,5 млрд. гривен заложены в так называемый "стабилизационный фонд".
За 17 лет независимой Украины такого бюджета еще не было. И пенсиями должен заниматься Пенсионный фонд, а Министерство угольной промышленности — добывать уголь, реализовывать его. В прошлом году только на поддержку себестоимости добываемого угля 4,7 млрд гривен. В этом же году дали нам только 750 млн гривен. А на развитие технического перевооружения вообще не предусмотрено ни одной копейки. Вот так!
Как же так получается, что за газовые долги мы можем найти 20 млрд гривен, а дать денег на развитие своей угольной отрасли- нет? Я этого не понимаю.
- Ну, наверное, экономически выгоднее сжигать именно газ?
- Хотел еще отметить такой аспект. Многие эксперты говорят, что вот самая дешевая электроэнергия — от атомных станций. Да, дешевая. Но только в самом начале процесса. А если посчитать, сколько мы платим за "твэлы", сколько за утилизацию. И по другим затратам посчитайте. И получиться совершенно другой результат.
Я, конечно, не хочу наводить здесь какие-то страсти. Но по моим расчетам самая дешевая энергия из угля. А если еще применять новые технологии сжигания угля, то этому цены не будет. Тем более такие технологии уже разработаны давно.
При этом, по международным данным, разведанных запасов газа в мире только на 29 лет, нефти — на 52 года. И тут же возникает вопрос — так чему отдать приоритет. Углю!
А все эти разговоры про газ — результат работы газового лобби.
- Помниться, при ранее Минтопэнерго даже ТЭС переводили на газ в ущерб шахтерскому делу…
- Конечно, газом легче, конечно, культурнее… Но надо же посчитать. Надо составить, в которой раз повторюсь, баланс. И посмотреть, что нам выгодно.
Я вот только перед нашим интервью был в министерстве угольной промышленности. Все о газе говорят. А сегодня знаете сколько на складах угля лежит?
- Сколько?
- Три миллиона неиспользованного угля. Но энергетики говорят — мы можем взять только 800 тысяч тонн. С чего? На кого вы работаете? Ведь раньше те же энергетики производили 75% электроэнергии с угля. И не от нынешнего объема производства. В советские времена мы же больше производили. Отсюда и процент нужно считать.
Я смотрел все крупные электростанции Европы, которые работают по новым технологиям. Был лично там. И все там новое внедрено: выделяемый газ в пределах европейских норм, пыль — в пределах нормы. В мире по этой технологии работает 770 котлов. В Украине — ни одного. Почему мы этим не занимаемся?
Можем посмотреть рейтинг стран с наибольшим весом "угольной" энергетики. Вот, в Польше с угля вырабатывается 96% энергии, в ЮАР- 90%, в Австралии — 84% в США — 56%, в Германии — 51%. А в Украине только 21%! А ведь мировой опыт развития энергетики показывает, что для минимально необходимого уровня безопасности "пороговая" доля угля в топливно-энергетическом балансе страны не должна опускаться ниже 28%.
Когда-то Леонид Кучма, выступая на совещании, говорит, что основным виновником во всех делах является топливно-энергетическим комплекс. Я ему и говорю: Леонид Данилович, что главное для врача? Установить диагноз. Раз диагноз установлен, хоть трудно и сложно, но можно лечить. Вы установили диагноз — топливно-энергетический комплекс страны. И Владимир Ленин предлагал, найти звено, за которое можно вытянуть всю цепь. И мы видим, что таким звеном является топливно-энергетический комплекс. Потому, что страна может быть всеми видами независимости обеспечена только тогда, когда она независима энергетически.
21.01.2009
