Исповедь депутата городского совета

Откровенно. Покупая избирателей тушенкой, депутаты продаются за сотни тысяч долларов

Сейчас он ездит на “Лексусе” последней модели и не жалеет на “скромный” ста долларов. Но я отлично помню, как в начале 2000-х Владислав ездил на велосипеде, а о ресторанах и ночных клубах даже и не мечтал. Свою профессию он скромно называет “политический заробитчанин”. Он сейчас депутат горсовета, человек богатый и влиятельный, возможно поэтому и согласился, хоть и на условиях анонимности, рассказать о тонкостях своей карьеры.

Путь в политику

“В конце 90-х я работал инженером в одном из НИИ. Жена, дети, вечные поиски, где бы заработать денег. В общем, сплошные проблемы. В то время в городе шла распря между мэром и губернатором за власть в городе. Однажды я подумал, а ведь они правы. Деньги лежат под ногами. А самый простой способ их заработать — пойти в политику. Так я решил стать депутатом. В то время еще можно было стать мажоритарщиком. Близились очередные выборы в горсовет и я выдвинул свою кандидатуру в одном из районов. Первым делом я “подружился” с директорами школ и завучами, которые были председателями избирательных комиссий на моих трех участках. Это мне стоило старенькой “Тойоты”, которую я продал, чтобы занести конверты с приличными суммами. Их я вручал со словами, мол, это вам на компьютерный класс. Уговаривать брать не пришлось. Вторым шагом было создание своего избирательного штаба. Мне помогли трое моих друзей, которым пришлось пообещать “продвинуть” их бизнес, когда я стану депутатом. Те дни я вспоминаю как сплошной кошмар. Я объезжал дома и квартиры своих избирателей, лично встречаясь с каждым. На мне был старенький пиджак и ветхие джинсы. Моя программа была проста как “две копейки” — я обещал все. Детям — мороженое, родителям — стабильные и высокие зарплаты, старикам — своевременную выплату пенсий. Моими соперниками был один чиновник из горисполкома и крупный бизнесмен. Предприниматель первым делом поменял двери в подъездах всего района и покрасил стены в парадных в тюремно-кирпичный цвет, а также подарил школам настоящие компьютерные классы. Но он явно не учел менталитет населения — наутро все замки на дверях оказались забиты спичками, а стены были покрыты граффити. Но тут и мои помощники помогли. Чиновник вовсю использовал админресурс — вызвал на ковер председателя районо и директоров школ. Их он грозно пообещал уволить в случае своего проигрыша, а в случае своего избрания пообещал внеплановый ремонт школ.

В ночь выборов я расставил всех своих родных, близких и друзей на все избирательные участки — они должны были следить за правильным подсчетом бюллетеней. Несмотря на то что большая часть избиркомов была составлена из команд моих соперников, конверты и личное знакомство с избирателями сделали свое дело. Утром после подсчета голосов я был уже депутатом горсовета. Первое время в совете я был изгоем — меня никто не знал. Денег по-прежнему не было. Но на одном из голосований в горсовете, когда решалась, кому передать крупный объект недвижимости, я проголосовал в “нужную” сторону. Объект “ушел” в крупный холдинг за копейки. Несмотря на то что денег я тогда не заработал, мой голос тогда решил все, и я ушел во фракцию, которую финансировала эта компания. Вскоре меня пригласил руководитель холдинга и предложил мне необременительную должность консультанта с кругленькой зарплатой, которая позволяла безбедно жить. Плюс за каждое “нужное” голосование я получал премию в размере четырех-пяти тысяч долларов. На следующие выборы было сложнее. Мажоритарку отменили, и мне пришлось побороться за место в списке одной из влиятельных партий. Руководитель фирмы, где я работал консультантом, явно не планировал вносить меня в избирательные списки “своей” партии. Это был год противостояния “оранжевых” и “сине-белых”. Этим я и воспользовался. Моя задача была стать более “оранжевым”, чем сам Ющенко. Я взял на небольшую зарплату несколько студентов-экстремалов. С ними мы возглавили молодежное крыло “оранжевых”. Мне пришлось вербовать на киевский Майдан студентов и маргиналов из числа “вечно безработных”. В итоге меня заметили и предложили место в третьей десятке одной из “оранжевых” партий. Так я стал депутатом горсовета второго созыва. С должностью советника в холдинге пришлось распрощаться. Зато я теперь был в мэрской, “оранжевой” фракции. Передо мной открылась возможность брать земельные участки за скромные деньги и перепродавать их. Сейчас я уже миллионер и владею несколькими солидными кусками земли в городской черте. На третьи выборы мне пришлось уйти из мэрской фракции. “Оранжевые” стали непопулярны, и места в списке поделили между избранными. Я съездил в Киев и встретился с руководителем одной из протестных партий, которая “умерла” сразу после выборов. За двенадцатое место в списке кандидатов в депутаты горсовета мне пришлось заплатить 100 тысяч долларов и пообещать возглавить “теневой” штаб фракции в одном из городских районов. На пропаганду “своей” фракции в районе мне пришлось тратить свои деньги, хотя мне и пообещали помочь местные предприниматели, которые также попали в список. В Киеве мне тоже пообещали помочь деньгами. Но “киевские” деньги на деле разворовал наш “второй” номер — руководитель крупного строительного холдинга в городе. На волне народного возмущения наша фракция прошла на выборах. Но еще в день выборов все “номера” нашей фракции вдрызг переругались между собой из-за выборных денег партии. Сейчас наша фракция существует в горсовете только на бумаге, голосуем мы так, как выгодно каждому в отдельности и даже не здороваемся при встрече”, — откровенничает депутат.

За хлебное место от 100 до 300 тыс. долларов

“Самое важное в карьере депутата — это выбор “босса”. Депутатов одиночек не бывает. Их как в лесу, “съедают”, не давая им возможности заработать. Если правильно выбрал политическую силу — будешь как сыр в масле кататься. Но карьера “заробитчан” недолга. При первой возможности их выкидывают из “кнопочной” команды, как “зажравшихся” и подбирают на следующие выборы следующего покладистого “статиста”. Поэтому проще заплатить за место в избирательном списке. В городском масштабе проходные места стоят от 100 до 300 тысяч долларов. Бесплатные места достаются членам предвыборных штабов и “челяди” руководителей партий. Но даже чтобы попасть на эти места, нужно доказать личную преданность “боссу”. В случае избрания потом с этих статистов спрашивают вдвойне. Они очень дисциплинированны, голосуют как солдаты одновременно. За нарушения дисциплины у них строго требуют, поэтому они никогда не пропускают заседаний горсовета”.

Мажоры, кнопкодавы и шакалы

Рассказал наш визави и о кастах, на которые делятся сами народные избранники. “Есть три устойчивые группы. Первые — это депутаты-мажоры. Это как правило крупные предприниматели и их родственники. Эти присутствуют только на тех заседаниях, где могут быть затронуты их бизнес-интересы. Удостоверение депутата делает их вхожими во все городские органы власти и помогает решать “вопросы”. Вторые — это чиновники и “люди мэра”. Они дежурят на всех заседаниях. Их задача — недопустить поворота голосования в сторону, невыгодную городскому голове. Их плата — “хлебные” должности и льготы на мэрских раздачах. Третьи — это “заробитчане”. Внешне независимые ни от кого, на самом деле они, как шакалы, отслеживают спорные голосования и голосуют за того, кто больше даст. Деньги в открытую никто не предлагает, подарок за “кнопку” как правило идет в виде “решения вопроса”, а “вопросы” у каждого свои. Многие депутаты работают на свой имидж. Есть “скандалисты”, которые на каждой сессии затевают склоки, выкрикивают реплики во время докладов чиновников. Они очень заботятся о том, чтобы избиратели всегда видели в них оппозиционеров. Но на деле они такие же “заробитчане”. Ведь каждое “сольное” выступление уже проплачено”.