Милиционеры, не сумев найти виновных в грубейшей врачебной халатности, из-за которой две пациентки Хмельницкой областной больницы погибли, а третья стала инвалидом, решили попросту закрыть уголовное дело
"Факты" писали о том, как 19 ноября прошлого года в Хмельницкой областной больнице произошло ЧП: после планового промывания кишечника две пациентки скончались, а третья осталась жива лишь благодаря тому, что ей стало плохо уже во время процедуры. На следующий день вся больница гудела о том, что в воде для клизм оказалось неизвестное отравляющее вещество.
"Впечатление было такое, как будто пламень ест меня изнутри"
По словам 47-летней Валентины Пономаренко, чудом выжившей после злополучной клизмы, необходимость гинекологической операции стояла перед ней давно. Наконец решившись, женщина пришла в больницу.
- В гинекологическом отделении я познакомилась с двумя женщинами, которым была назначена операция на тот же день, — рассказывала Валентина. — Особенно подружились с 38-летней Валечкой, моей тезкой. Днем мы сдавали анализы, ходили делать кардиограмму. На семь часов вечера нам было назначено делать клизму. Чтобы полностью освободить кишечник, процедуру положено делать трижды, с интервалом в полчаса. Первой в очереди на промывание оказалась Валечка, я вторая, за мной — 52-летняя Наталья.
По словам Валентины, в тот день в больнице не было воды. Ей сразу показалась подозрительной грязноватая жидкость, плескавшаяся в ванной процедурного кабинета. Однако санитарка заверила ее, что для клизм используется вода, специально отстоянная в канистрах. Нянечка налила в кружку воды из ведра, греющегося на газовой плите, разбавила ее холодной из канистры.
- Но едва она начала вливать эту смесь в меня, как мне стало плохо, — продолжает Валентина. — Будто бы изнутри обожгло весь кишечник и потом сразу поднялось в грудь! Я взмолилось: "Не делайте больше!" "Как желаешь", — обронила санитарка. Я едва добежала до туалета. Там мне стало по-настоящему плохо. Бросило в жар. Впечатление было такое, как будто пламень меня ест изнутри. Затем перехватило дыхание. В полуобморочном состоянии я добралась до палаты. Отказывали ноги, сердце хотело выпрыгнуть из груди. Заметив мое состояние, девочки позвали медсестру. Та, думая, что я так переживаю перед операцией, сделала успокаивающий укол. И тут мы услышали крик в коридоре — одной из моих товарок, с которыми мы вместе стояли в очереди на клизму, стало плохо прямо в туалете, второй сделалось худо в палате.
Врачи пытались помочь несчастным. Пациентки вначале жаловались на жар, потом на холод. Медики пытались растирать им руки и ноги, колоть какие-то препараты. Убедившись, что больным становится все хуже, их одну за другой на каталках повезли в реанимацию. Там сразу определили, что у пациенток сильнейшее отравление неизвестным токсикологическим веществом.
- Меня сразу позвали в больницу, — вспомнила дочь Натальи Александра Титарчук. — Через сутки вышел врач и сказал, что маму спасти вряд ли удастся, счет ее жизни идет на минуты. У нее отказали печень, почки. Началось желудочное кровотечение — ведь отрава разъела все внутренности! Вы знаете, я допускаю, что пациент может умереть во время операции. Но погибнуть из-за клизмы? Считаю, что мою маму просто убили.
"Установить, каким образом рентгеновский проявитель попал в процедурную, так и не удалось"
Известие о том, что в больнице после промывания кишечника погибли люди, шокировало город. Токсикологи, судя по клинической картине отравления, предполагали, что в воде для клизм могло оказаться либо средство, употребляемое для мытья палат — хлоринол, либо формальдегид — препарат, применяемый для прижигания местных инфекций.
В областном управлении милиции возбудили уголовное дело по статье о ненадлежащем выполнении медработниками своих профессиональных обязанностей, повлекшем за собой тяжкие последствия и смерть больных. Нянечка после инцидента сразу уволилась, заведующая отделением была смещена с должности до выяснения обстоятельств. Злополучные канистры опечатали и изъяли. Родственники погибших, не доверяя судмедэкспертам областной больницы, настояли, чтобы вскрытие покойных проводилось в соседней области. Результат экспертизы оказался несколько неожиданным — выяснилось, что женщины погибли от отравления гидрохиноном — веществом, входящим в состав проявителя для рентгеновских пленок. Остатки проявителя обнаружились и на дне одной из канистр. Каким образом химический реактив, которому место в запертом шкафу рентгенкабинета, оказался в процедурной гинекологии, оказалось совершенно непонятным.
- Из-за этой злополучной клизмы я стала инвалидом, — рассказывает Валентина Пономаренко. — Неделю цеплялась за жизнь в реанимации, потом еще полтора месяца лечилась в неврологическом отделении областной больницы. Когда выписалась, за мной радостно захлопнули дверь, и больше никто из работников больницы даже не позвонил, не поинтересовался, как я себя чувствую. А здоровье с каждым днем становится хуже. Слабеет слух, ухудшается зрение. Стали отказывать ноги, вещи валятся из рук. Постоянная слабость, частые обмороки. Один раз, упав без сознания, сломала отросток позвоночника. УЗИ показало, что у меня повреждены печенка, селезенка, поджелудочная железа. Сейчас каждые два месяца приходится ложиться на дневной стационар при районной поликлинике. Из-за многочисленных уколов начались проблемы с сосудами. А гинекологическая проблема, с которой я пришла в областную больницу, осталась. Но теперь я не знаю, как ее решить — я панически боюсь больниц.
Итак, в результате чьей-то халатности две женщины скончались, одна осталась калекой. А ведь жертв могло быть гораздо больше! Напомним, что в тот день в больнице не было воды — значит, любая из пациенток, захотев чайку, могла бы плеснуть себе в кружку "отстоянной воды"!
Каково же было удивление родственников, когда из милиции им прислали по почте уведомление о закрытии уголовного дела!
- Дело закрыли "за отсутствием состава преступления", — возмутилась Александра Титарчук. — В постановлении сказано, цитирую: "Не обнаружено связи между деятельностью медперсонала и смертью потерпевших". Это при том, что экспертиза установила, что в жидкости, используемой для промывания кишечника, содержался гидрохинон! И еще: "Ставила клизму не медсестра, а санитарка, не имеющая разрешения на проведение таких процедур, и по собственной инициативе". Ну что за бред? Как это по "собственной инициативе" — вот так ей захотелось и она решила всем по клизме поставить? И под этим бредом подписался следователь и помощник прокурора!
"Факты" дозвонились до заместителя начальника отдела Управления МВД в Хмельницкой области Сергея Антонюка, занимавшегося расследованием медицинского преступления.
- Установить, каким образом рентгеновский проявитель попал в процедурную, кто его принес и с какой целью, так и не удалось, — вздохнул следователь. — Сами понимаете, никто не признается.
Узнав о закрытии уголовного дела по обвинению медиков в халатности, родственники погибших обратились в прокуратуру. Нужно сказать, что там отреагировали немедленно: в тот же день закрытие уголовного дела было признано незаконным. По мнению прокурора Владимира Шевчука, следствие попросту не справилось с задачей. Теперь областной милиции вновь придется вернуться к расследованию, однако, скорее всего, этим делом займется другой следователь.
Справка
При отравлении гидрохиноном в случае приема яда внутрь возникают тошнота, рвота, боли в области рта, в глотке, животе, понос, профузный пот, сильная одышка, жажда, цианоз. Пострадавший вначале возбужден, однако вскоре наступает угнетение, артериальное давление понижается, развивается кома, могут быть судороги, отек легких. Если пострадавший не погибает в первые часы после приема яда, могут появиться желтуха, олигурия, анурия. В моче обнаруживают эритроциты, белок, цилиндры. Проба мочи с хлорным железом дает реакцию на фенолы. При патологоанатомическом исследовании выявляют некроз слизистых оболочек желудка, кишечника, дегенеративные изменения в печени и почках, отек мозга. Иногда встречается некроз стенки мочевого пузыря. Смертельная доза внутрь 2 грамма.
