Украинские психиатры бьют тревогу — ни чиновники, ни социум, ни сами врачи не обращают должного внимания на самую большую проблему в детской психиатрии — гиперактивность.
Хотя именно этот синдром, который, как правило, проявляется в раннем детстве, отчасти "виновен" в существовании антисоциальных и агрессивных людей. Да-да, именно тех, кто с легкостью может пристраститься к алкоголю и наркотикам, совершить преступление, изменить супругу и даже свести счеты с жизнью… Но есть и обратная сторона медали.
Думаю, любому учителю знакома ситуация, когда на уроке какой-то ученик не может усидеть на месте, а тем более сосредоточиться, подавляя импульсивные желания. Из-за неспособности освоить правила, а тем более следовать им он становится нарушителем дисциплины. Про таких детей даже ходят разные истории, похожие на анекдоты: если в школе есть поломанная ступенька, то можно догадаться, кто об нее споткнется; если все дети в классе говорят, что учительница, простите, — дура, то можно сразу сказать, кто ее об этом оповестит. Педагоги при этом твердят, что такие дети не поддаются социализации, плохо адаптируются в детском саду и школе. Они — источник постоянных конфликтов и недоразумений. А что дети? Они, конечно, стремясь справиться с полученным в школе заданием, прилагают неимоверные усилия, но, к сожалению, достигают при этом скромных (по сравнению со сверстниками) результатов. Родители таких малышей жалуются, что дети непослушны или даже неуправляемы, часто они в отчаянье говорят: "Мы не знаем, что с нашим ребенком". Их ругают учителя, воспитатели и даже соседи, мол, родители плохо воспитывают своего ребенка.
При этом многие — родители, учителя, а тем более дети — даже не догадываются, что речь идет о детях с гиперкинетическим синдромом, или, иными словами, гиперактивных детях. А что же говорить, если темп жизни возрастает. Дошкольные учреждения и младшая школа повышают требования к самостоятельности учеников. Ничего уже нельзя списать на "детские ошибки". Никто не делает скидку на эмоциональную незрелость и импульсивность. На фоне всего этого у детей, требующих особого отношения к себе, возникают проблемы эмоционального характера: чувство страха, угнетенность, низкая самооценка. Малыша беспокоит антипатия окружающих, причины которой он не может понять. Учителя же, а порой и родители, от незнания видят один выход — перевести ребенка на индивидуальную форму обучения. Вот так просто. Без лишних проблем. Но на самом деле — это неверный путь в борьбе за каждого гражданина Украины.
Почему они "такие"?
"По оценкам экспертов, гиперактивных детей в Украине — от 5 до 50 тысяч. Но официальной статистики нет. Мы еще мыслим советскими категориями, когда о существовании таких детей речь не шла", — говорит Игорь Марценковский, координатор национальной программы "Психическое здоровье".
Тем не менее, известно, что первые признаки болезни, как правило, проявляются еще в раннем дошкольном возрасте. Причем, чаще гиперактивность встречается среди мальчиков, чем среди девочек (4:1).
Синдром гиперактивности и дефицита внимания — это неврологическое расстройство. Такие дети имеют нормальный или высокий интеллект, однако, как правило, плохо учатся в школе, отличаются излишней двигательной активностью, дефектами концентрации внимания, импульсивностью поведения, проблемами во взаимоотношениях с окружающими.
"Доказано, что в 70% это расстройство генетически обусловлено, в других случаях — причин может быть несколько. Например, соединение генетических факторов и повреждение головного мозга, — говорит Олег Романчук, руководитель Львовского учебно-реабилитационного центра "Джерело". — Но в том и другом случае поведение таких детей обусловлено особенным строением головного мозга. Это и объясняет тот факт, что у таких детей функции самоконтроля не соответствуют возрасту".
Вследствие этого до некоторой меры задерживается и развитие у ребенка эмоционально-волевых качеств, то есть и в эмоциональном плане ребенок как бы младшего возраста.
Обычно гиперактивность окончательно диагностируют в 6-7 лет. Но в идеале это должно происходить гораздо раньше.
"Общество не знает, что делать с такими детьми, как себя вести, — продолжает Марценковский. — Поэтому и есть те люди, которых или не лечили в детстве или лечили плохо. Ведь если посмотреть на ту медицинскую помощь, которую они получали, то отечественные традиции, использованные при лечении в корне отличаются от зарубежных. У нас дети с гиперактивностью часто трактуются, как те, которые имеют органические нарушения мозга. Им назначают метаболические препараты, которые могут лишь ухудшить состояние. Тем ни менее, многие дети с такими расстройствами в 2-3 года получают нейролептики (или антипсихотики — психотропные препараты, предназначенные в основном для лечения психозов, в частности различных видов шизофрении) — химические препараты, которые приводят к уменьшению подвижности. Детские психиатры, нередко без необходимости такой терапии, назначают одновременно 2-3 нейролептика. Таким образом, многие дети получают клозапин и тиоридазин, что не предусмотрено инструкциями по их применению. Но если посмотреть в перспективу, то именно от нейролептиков страдают психические процессы. При этом есть и более безопасное лечение, с меньшим количеством побочных явлений. Но в Украине часто применяют те лекарства и методы, которые не эффективны. Более того, научные исследования говорят о том, что детям помогают те лекарства, которых нет в Украине".
"Сейчас в Министерстве охраны здоровья отрабатывается протокол лечения таких детей, — говорит Раиса Моисеенко, руководитель отдела охраны детства и материнства Минздрава. — Но чтобы все заработало, должен быть общий приказ Министерства охраны здоровья, Министерства образования и науки и Министерства социальной политики и труда. Второй шаг — создание специального центра для обучения интегрированных групп специалистов".
Правда, если практики говорят: "проблему надо решать безотлагательно", в министерстве уверяют, что еще долго надо готовиться.
"У нас очень часто ставят не те диагнозы, которые ставят в мире. Нам надо этому еще научиться. Вот для этого нам и нужен протокол", — говорит Моисеенко.
Лечение таких заболеваний должно быть не только медикаментозное. Главное, чтобы школа была готова принять таких детей, чтобы общество не выкинуло их по дороге в школу.
"Мы увидели, что даже за короткое время гиперактивным детям можно помочь. Эти дети — не особенные специальные, — говорит Олег Романчук. — В мозге у них немного слабые тормоза, что не дает возможности до конца контролировать свое поведение так, как это делают их ровесники. Но мы не должны смотреть на них с сочувствием. Мы можем быть толерантными. Можем стать адвокатами ребенка, а не его врагами и врагами его семьи. Второй важный фактор — украинская школа. Для лучшей адаптации ребенка, учитель должен стать его партнером. Да, многим детям с более тяжелыми формами, нужны лекарства. Но с легкими формами достаточно и таких психосоциальных влияний.
Еще один момент — педагоги на всех уровнях должны получать знания на эту тему. Также должны произойти и изменения в системе охраны психического здоровья.
Собственным примером
"В этих детях так много всего хорошего. Они такие непосредственные и веселые, — говорит Олег Романчук. — Мы все помним героя мультфильма Петрика Пяточкина. Он прототип украинского мальчика, который не может сидеть на месте. Единственная ошибка в мультфильме — Петрик быстро исправляется. Но на самом деле этот мультфильм говорит, что Петрик может быть хорошо адаптированный, если им заниматься, если дарить ему много опеки и заботы. У тех детей, которых мне приходилось встречать, я спрашивал об их мечте. И, как мне кажется, они у них особенные: чтобы не было войны, чтобы все в семье были здоровы, чтобы в школе никто не ругал. Некоторые даже хотят стать гонщиками. Я вижу, что многие из них очень талантливы, возможно, будущие артисты, писатели, музыканты. Эти дети могут иметь счастливое будущее. Но, к сожалению, и об этом говорит наука, также многие дети могут иметь серьезные проблемы, их жизнь может превратиться в аварию, если им вовремя не помочь".
В "Джерелі" есть один мальчик — он выглядит как типичный гиперактивный ребенок в Украине — ему десять лет, он поменял пять школ и с каждой школы его выгоняли, потому что он не мог сидеть на одном месте и мешал учителю проводить урок, его родители в отчаянье — все время срываются и кричат. Так вот у этого малька есть своя мечта — превратится в ледяную сосульку. На вопрос: "зачем?", малыш отвечает: "Чтобы растаять и уже никого не нервировать и никому в этом мире больше не мешать".
"А на самом деле мальчик хочет стать сосулькой только потому, что он живет в обществе, которое его не понимает и которое не может ему помочь", — продолжает Романчук.
Если вспомнить Петрика Пяточкина, то становится понятно, когда он маленький, тогда он счастливый и веселый. Но если его болезнь неправильно диагностирована или не вовремя, то, не получив необходимой помощи, его самооценка падает, возрастает вторичная депрессия, развиваются другие проблемы, связанные с антисоциальным поведением. Так что, по мнению специалистов, решая проблему гиперактивных детей, мы можем предотвратить даже безработицу. Простой пример — в западных странах убытки от подобного недовнимания и недолечения исчисляются миллионами долларов. Ведь гиперактивность — это хроническое заболевание, то есть во взрослой жизни 70-80% перестают быть таковыми, но сохраняют нарушение концентрационной функции внимания. Они отличаются от всей популяции большими показателями социальной адаптации, более низким уровнем образования, большим процентом участия в криминальных преступлениях. Специалисты даже говорят, что взрослые, которые были гиперактивными в детстве, попадают в автомобильные аварии в четыре раза чаще.
"Я по роду своей деятельности, бываю в колониях и тюрьмах, — говорит Семен Глузман. — И то, что я вижу там — это результат невнимания, нелечения, безразличия общества, в том числе и к гиперактивным детям. Это серьезнейшая проблема. Мы можем ее не решать, но тогда нам придется содержать в тюрьмах тех людей, которым там нечего делать".
…Интересно, что из уст специалистов в качестве примеров людей с гиперактивностью звучат такие имена, как премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, восьмикратный олимпийский чемпион по плаванью в Пекине Майкл Фелпс или певец Робби Уильямс… На самом деле этот список можно продолжать и продолжать. Так что, если бы в свое время общество оттолкнуло этих людей, мир не узнал бы их имен.
