Интервью с первым заместителем министра юстиции Украины Евгением Корнийчуком.
Несовершенство отечественного законодательства позволяет нечистым на руку инвесторам с помощью теневых схем получать контроль над важными, часто даже и стратегическими объектами. Поэтому работы у правительственных юристов больше чем достаточно. О шансах Украины в резонансных арбитражных процессах рассказал первый заместитель министра юстиции Евгений Корнийчук.
- С чем связана такая жесткая позиция правительства относительно компании Vanco?
- Позиция правительства относительно компании Vanco не жесткая. Напротив, правительство занимает очень сдержанную, конструктивную позицию. Мы всегда готовы вступить в переговоры, однако, поскольку Vanco Prickerchenska решила начать процесс арбитража, мы должны соответствующим образом защищать интересы Украины. Мы тщательно проанализировали весь процесс подписания соглашения о разделе продукции с Vanco International и тендере, который предшествовал этому. Следует отметить, что в тендере принимали участие достаточно мощные компании — Shell, Hunt Oil, Турецкая государственная нефтегазовая компания. Потому победа малоизвестной компании Vanco для всех стала сюрпризом. Но все эти вопросы будут рассмотрены арбитражным трибуналом в надлежащем порядке.
- Какие есть основаниями считать Vanco недобросовестным инвестором?
- Добросовестность инвестора — это вопрос для арбитражного трибунала. Представители Vanco International в прошлом году в Вашингтоне встречались с представителями украинского правительства и обсуждали сроки заключения и условия соглашения, и они согласовали все позиции относительно раздела продукции. Позже компания Vanco International передала права по этому соглашению новой компании Vanco Prickerchenska, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Согласно информации предоставленной компанией Vanco International, эта компания является одним с основателей в Vanco Prickerchenska, но не обязательно контролирует ее. А контрольный пакет новосозданного оффшора принадлежит группе инвестиционных компаний, в число которых входят и украинские компании.
- Имеет ли какое-то принципиальное значение, кому будет принадлежать эта компания?
- Для правительства Украины важно, чтобы все происходило прозрачно, с полным пониманием интересов всех участников, это поможет международным инвесторам понять свои права и обязанности, которые вытекают из украинского права, и процесс инвестирования в Украине. Например, если американские инвесторы владеют лишь незначительной долей компании Vanco Prickerchenska, то заявления о необходимости защищать интересы американских инвесторов на украинском шельфе, по всей видимости, неуместны.
- Как Вы оцениваете шансы Украины в Стокгольмском арбитражном суде, который будет рассматривать это дело по иску Vanco Prickerchenska?
- Сейчас мы ведем активно подготовительную работу к этому арбитражу и изложим свою позицию в ближайшее время для рассмотрения трибунала. Комментировать нашу стратегию в арбитраже я, конечно, не могу, но у нас есть все основания считать, что мы арбитраж выиграем.
- Насколько реально, что все решится без суда?
- Представители Vanco утверждают, что якобы готовы к переговорам. Но если только они дадут существенный результат. Мы всегда готовы проводить переговоры, однако по нашему мнению своим обращением в арбитраж компания Vanco Prickerchenska продемонстрировала, что переговоры ее не интересуют. В связи с этим мы высказали следующую позицию: мы будем принимать участие в переговорах только если Vanco Prickerchenska приостановит арбитражный процесс или отзовет свое обращение, которое продемонстрирует искренность их намерений относительно мирного решения спора. Очевидно, что пока они этого делать не хотят. Значит, мы будем защищать интересы государства в арбитраже. У правительства мощные юридические советники, мощные консультанты.
- Каких именно консультантов вы привлекли?
- Мы наняли одного из лучших в мире специалистов по арбитражу — международную юридическую компанию Freshfields Bruckhaus Deringer. Как по мне, то лучших от них в подобных рассмотрениях нет. Кроме того, мы наняли других консультантов и на территории США, и в Европе. Правительство очень серьезно относится к этому процессу.
- Откуда финансируются эти все расходы?
- В бюджете специально выделены средства и Минюст является распорядителем этих средств. Мы на сегодня ведем больше 15 аналогичных процессов.
- Какой опыт Украины в таких процессах — позитивный или негативный?
- Опыт, безусловно, позитивный. До сих пор Украина не проиграла ни одного дела. Сегодня мы по этому показателю на втором месте после США. Насколько я помню, на сегодня таких споров завершено уже как минимум 10. Последний громкий закончился два месяца тому назад, когда шведский апелляционный суд отказал истцу — компании Norsk Hydro. Мало того, суд обязал эту компанию возместить Украине 1,8 млн дол., потраченных на юридические услуги.
- Насколько такие рассмотрения влияют на инвестиционный климат в Украине?
- Нужно понимать, что подобные дела не являются уникальными для Украины. Каждый год инвесторы обращаются к арбитражным трибуналам с претензиями к правительствам таких стран, как Соединены Штаты, к странам Западной Европы. Поэтому тот факт, что это дело может рассматриваться в арбитраже, как результат подписания правительством Украины соглашения о разделе углеводородов, дает уверенность инвесторам, что инвестиционный климат в Украине отвечает потребностям современного правопорядка. Также это подтверждает то, что Украина хочет полной прозрачности в процессе заключения договоры о разделе продукции.
- Как сейчас развивается ситуация в другом резонансном судебном процессе — вокруг "Укртатнафты"? Говорят, Украина готова к мировому соглашению…
- Не к мировому соглашению, а к переговорам. И переговоры эти не прекращались ни на минуту. Невзирая на то, что татары также обратились к арбитражу, переговоры продолжаются. К сожалению, мы не можем констатировать, что у нас есть существенные сдвиги в позитив, но мы эту проблему, которая досталась нам еще от предшественников, пытаемся решить. Идут рабочие процессы. Татары обратились к арбитражу исходя из того, что эта проблема возникла у них еще с предыдущим правительством. А мы уже будем стараться решить эту проблему в процессе мирных переговоров, в рамках арбитража — любым образом.
- На какие уступки готова пойти украинская сторона?
- Я лично считаю, что плохой мир лучше всегда, чем хорошая война. О каких-то уступках рано говорить, потому что протокол не подписан, и я, к сожалению, не могу разглашать механизмы, которые в нем заложены. Но проект такого протокола существует, и мы над ним работаем.
- Насколько, по Вашему мнению, юридически обоснованны заявления ФГИ о необходимости разрыва договора купли-продажи "Криворожстали"?
- Мы встречались с представителями инвестора. И у нас есть все основания считать, что они добросовестно исполняют свои обязанности. Это позиция не только Министерства юстиции, это и позиция правительства. А с теми проблемами, на которые указывает Фонд госимущества, пусть он же сам и разбирается. Если они докажут правительству, что действительно инвестиционные обязательства не выполняются, значит правительство присоединится к ихним требованиям. Пока еще мы не видим никаких оснований к расторжению соглашения.
- Как можно бороться с проблемой рейдерства в Украине? Это проблема судебного законодательства или не только?
- Не только судебного. Это также несовершенство законодательства о правоохранительных органах, о ценных бумагах. Эта проблема имеет много составляющих. Мы работаем над ее решением сейчас очень активно. До конца месяца должны разработать предложение относительно изменений к законодательству в целом. Несколько соответствующих законов правительство уже подало в Верховную раду в июне и в июле. Эта работа продолжается также и в рамках нового состава Межведомственной рабочей группы по борьбе с рейдерством, которую возглавляет первый вице-премьер Турчинов. У Минюста здесь задание двойственное — мы входим от имени правительства в те судебные дела, в которых затрагивается государственный интерес, и также отвечаем за разработку законодательства в этой сфере. Безусловно, проблема не решится за один день, но мы пытаемся выбить фактически из под ног рейдеров те законодательные положения, которые они не добросовестно используют, двойственно трактуя их. Мы прописываем более четко законодательные нормы.
- И последний вопрос. С точки зрения международного права могут ли быть какие-то основания для досрочного прекращения пребывания российского черноморского флота на территории Украины?
- Этот вопрос принадлежит к сфере компетенции МИД. Но отмечу, что в одностороннем порядке, без согласования с другой стороной, в международные договоры изменения не вносятся.
21.08.2008
