В рамках административной реформы Государственный комитет Украины по вопросам регуляторной политики и предпринимательства, возглавляемый Михаилом Бродским, попал под сокращение. Такое решение неоднозначно воспринялось не только в предпринимательской среде, но и в политической. Эксперты опасаются, что теперь будет потерян так называемый "буфер" между властью и бизнесом.
Не так давно стало известно, что орган все-таки будет существовать, но как департамент в составе Министерства экономического развития и торговли. И возглавить его предложено М.Бродскому, который теперь будет наделен еще и функциями уполномоченного Кабинета Министров по дерегуляции. Сам М.Бродский не верит, что в результате админреформы ведомство может утратить независимость. Его также не пугает работа под началом Вице-премьера Андрея Клюева. О перспективах работы в новых условиях и планах на будущее, о реформах и тех, кто их тормозит, Михаил Бродский рассказал в интервью.
- Михаил Юрьевич, какие перемены ждут Госкомпредпринимательства в результате админреформы, уже вырисовалась картина?
- Однозначно, это будет департамент в составе Министерства экономического развития и торговли, и административная реформа в этом случае сработает. Я всегда считал, что эта структура имеет прямое отношение к Минэкономики. Новый департамент будет самым большим в структуре Минэкономики, он станет своеобразным комитетом внутри министерства.
- Вы считаете, это оптимальный вариант?
- Лучше, наверное, если бы это был негосударственный орган как, например, в Польше — национальная комиссия. Может быть, мы к этому придем. Но административную реформу все равно нужно проводить.
- Какие полномочия получит глава создаваемого департамента?
- Он будет наделен функциями уполномоченного Кабинета Министров по дерегуляции, что, по сути, повышает статус до уровня прежнего главы Госкомпредпринимательства. Право подписи остается, регуляторные акты все проходят через него: развитие предпринимательства, разрешительная система, лицензирование, контроль и так далее. В каждой сфере в составе департамента будут созданы профильные сектора из 2-4 человек, которые будут контролировать регуляторные акты и будут "буфером" между предпринимателями и властью. То есть функции все сохраняются, все до одной.
- Должность руководителя этого органа получите Вы…
- По крайней мере, мне это предложили. Я знаю, что лично Премьер-министр Николай Азаров ставил этот вопрос на заседании правительства, и Первый вице-премьер Андрей Клюев сделал мне такое предложение. Я сейчас участвую в подготовке всех новых нормативных актов. Возможно, будет так. Но если начнут обрезать функции, лишая нас жала, — я уйду. Я готов жалить, а просто бумажки носить — это не для меня.
- Часть независимости структура все-таки потеряет, напрямую вливаясь в структуру министерства, возглавляемого Первым вице-премьером?
- Не думаю. Мы всегда были достаточно зависимы от Первого вице-премьера и от вице-премьеров. Без них было бы тяжело. Какие наши полномочия могут сравниться с их влиянием? Без них ничего нельзя было пройти. Так и будет продолжаться, надеюсь.
Ну заберут у нас бухгалтерию, зарплату будет начислять Минэкономики — да пожалуйста. Заберут хозяйственное управление — я вообще против всех этих хозяйственных вещей, я очень строго сокращал все затраты. Вот лифты тут ремонтировать Кужель (Александра Кужель, экс-глава Госкомпредпринимательства, — ред.) хотела за немаленькие деньги. Мы отдали эти деньги государству, лифты у нас ездят только вверх и не ломаются уже год, и нормально — не нужно почти два миллиона тратить. Всем рекомендую. Забрали у нас функцию регистрации субъектов хозяйственной деятельности (предпринимателей и предприятий) — может быть это и правильно. И Единый госреестр отдали Минюсту — наверное, тоже правильно. Все эти выписки, бумажки… Мы предложение по этим вопросам подали еще полгода назад в Кабмин, чтобы все отменить, но оно застряло в Минюсте.
- Какая атмосфера в комитете?
- Работа не прекращается, все плавно переходит в министерство. Все, чем мы занимаемся сейчас, будем заниматься и впредь. Да, действительно, был какой-то провал — на несколько недель ситуация зависла. Сейчас потихонечку все опять становится на свои места.
В частности, сегодня заседал экспертно-апелляционный совет. Мы вернули все лицензии, которые разные органы власти позабирали незаконно у людей, то есть функция контролера на рынке лицензирования выполняется. Мы действуем как своеобразный суд присяжных. Это важная функция. Предприниматели чувствуют себя защищенными в данном случае.
- Есть предложения вообще отменить лицензирование. Может, это было бы правильно?
- Я так не считаю. Все-таки порядок какой-то должен быть. Если мы говорим о Европе, то количество лицензий, я уверен, должно квотироваться по всем видам деятельности. Люди должны себя и на рынках чувствовать защищенными, не должно быть никакой вакханалии.
- Кто сегодня тормозит ваши инициативы, можете конкретно назвать фамилии, ведомства?
- Мы не должны работать в роли педали скорости. Педалью скорости должны работать регуляторы. Они должны выполнять задачи, поставленные высшим руководством страны. Все считают, что высшее руководство поставило задачи, а комитет по дерегуляции должен рассказывать им, что нужно дерегулировать. Нет. Сами министерства, сами регуляторы должны изменяться. Поэтому главный тормоз — это практически все чиновничество. И то, что их сократили — очень хорошо. Их стало меньше. То есть тормозов стало меньше. Но тут под шумок, правда, и нас ликвидировали (смеется). Но мы восстановимся, "воспрянем из пепла" и продолжим им портить праздник, потому что у них каждый день праздник, жнива (смеется). Мы будем с этим бороться, если, конечно, нас еще раз не сократят и не ликвидируют.
- На какой стадии пребывают ваши предложения по упрощению открытия и закрытия бизнеса?
- Законопроект мы подготовили и направили в Кабмин. Хороший проект, мы его с европейцами делали. В частности, по открытию бизнеса мы упрощаем максимально все, что только можно: отменяем печать для физлиц, вводим нулевой уставный фонд, модельные уставы, которые не нужно будет заверять у нотариуса, отменяем нотариальную заверку документов, которые подаются на регистрацию юридических лиц и т.д. Мы работаем строго по европейскому протоколу. В плане упрощения закрытия бизнеса подготовили законопроект, которым максимальный срок закрытия юрлица ограничен шестью месяцами, физического лица — предпринимателя — тремя. Если в течение отведенного времени кредиторы не выдвинули свои требования, то предприятие ликвидируется автоматически. Эти все наши инициативы получили поддержку в правительстве.
- Относительно законопроекта по техосмотру. Вас обвиняют в лоббировании частных интересов...
- Я лоббирую один интерес: ГАИ иметь отношение к техосмотру не будет, и не будет это стоить 1400 грн., как сегодня. Не будет такого, что справку можно просто купить. Техосмотр — это безопасность наших детей, нас самих. Как автомобиль проходит осмотр технического состояния, будет фиксироваться видеокамерой. Все строго по европейскому стандарту. Станция по техосмотру не будет никоим образом привязана к станции техобслуживания, собственники будут разные, и никак иначе. И никаких пластиковых ЕДАПСовских карточек за 100 грн. не будет. Будет реестр, и тебя никто не будет во время техосмотра проверять — заплатил ты штрафы или не заплатил. Вот что я лоббирую. Впрочем, это не лоббирование, а дерегуляция. Если бы я не был политиком с многолетним стажем и не имел бы толстую шкуру, как у носорога, то я уже сошел бы с ума от того, что обо мне пишут.
- Кстати, точка в судебных тяжбах с ЕДАПС уже поставлена?
- Точка будет поставлена. Все наши суды, конечно же, признают, что они (ЕДАПС, — ред.) не такие, как я о них говорю. Что ж…
Я все равно буду продолжать бороться, чтобы отменить все ненужные справки, квитанции, выписки с реестров и так далее, за которые украинцы платят из собственных карманов.
Это все касается дерегуляции. Та же инициатива по отмене всех голограмм, которую мы предложили, почему-то застряла в Минюсте.
- Недавно я ездил в ЕДАПС, делал загранпаспорт. Процедура заняла примерно два часа. Стоимость — 390 грн.
- А он стоит 110.
- Делают быстро, не нужно идти на поклон в паспортный стол, многим нравится…
- Нравится за 400 грн., а за 200 еще больше понравилось бы.
- Новые правила для игорного бизнеса и Вы, и Вице-премьер Дмитрий Колесников обещали к концу 2010 года. Почему власть затягивает с этим вопросом?
- Потому что сейчас идет борьба лоббистов. Лотереи — там самая жестокая борьба. И дай Бог, чтобы из Кабмина закон попал в парламент, а там посмотрим. Но я чувствую, что где-то 6-7 разных векторов влияния по этому вопросу есть. Но мы будем настаивать на принятии нашей редакции, которую поддерживает и общество. Никакого лоббизма в этом законе быть не должно. Этот закон должен защищать бедных, не допускать их к азартным играм. А богатые — пожалуйста, тратьтесь. Лицензия должна стоить дорого и должна быть привязана к гостиничному бизнесу. И никаких игровых автоматов под прикрытием интернета.
- А что будет с букмекерами?
- До них мы еще не дошли. Сейчас только с казино разобрались. Я думаю, что просто должна быть жесткая политическая воля, и нужно брать европейский опыт. Мы хотим в Европу, так давайте и жить по европейским стандартам.
- Ранее озвучивались инициативы Госкомпредпринимательства по проведению так называемых "ликбезов" для начинающих предпринимателей. Что-то сделано?
- Мы много пытались сделать, но, может быть, просто неправильно были выбраны люди, которые за это отвечали. Сейчас мы в рамках ликвидации и реорганизации поменяем людей и все-таки этим займемся. Я считаю, что это важно.
- Вы сторонник обязательного декларирования расходов чиновниками и политиками. Закон об этом был успешно провален Радой в конце прошлого года. Тем не менее, можете назвать две-три самые дорогие вещи, которые вы купили, скажем, в 2010-м?
- Я сторонник того, чтобы расходы декларировали все: и чиновники, и политики, и предприниматели… А по поводу дорогих вещей… Я поменял личный автомобиль — продал "Lexus" и купил "Toyota Venza" (в зависимости от комплектации, цена автомобиля составляет от 42 до $51,5 тыс., — ред.). Езжу по служебным вопросам на собственной машине. Вот это я точно сделал. Что я еще купил? (пауза) Нет, такого особенного ничего не покупал. Год прошел без особых покупок. Кризис, пришлось урезать себя в расходах.
- Вы раньше заявляли, что больше не пойдете на передачу к Савику Шустеру. Что заставило поменять позицию?
- К сожалению, других передач нет. Но я хожу скорее не к Шустеру, а просто на телевидение, на передачу. Обхожусь без "здравствуйте — до свидания", я не вступаю с ним ни в какие беседы.
- Перед тем, как идти на передачу, смотрите, кто будет гостями?
- Нет, никогда. Перезвонила его служба моему помощнику, сказала, что так и так, приглашаем на передачу, сказали тему — все. Меня не интересует, кто будет.
- Что говорят в политтусовке — почему Шустер перешел с "Украины" на "Первый национальный"?
- То, что я знаю, на "Украине" ему поставили новые условия — сокращение длительности передачи и сокращение стоимости контракта. Он не согласился. На "Первом" ему предложили другие условия, и он перешел. Это нормально, это рынок.
