Замедление украино-европейской интеграции в энергетической сфере завершилось решением Брюсселя начать государственную поддержку строительства новых АЭС и газопроводов в Восточной Европе.
В Брюсселе 4 февраля состоялось первое в истории Европы специализированное заседание Европейского совета, высшего органа власти Евросоюза. "Нам нужны государственные инвестиции, потому что нынешний общеевропейский энергетический бюджет достигает 20 млн. евро, что неприемлемо. На эти деньги можно построить лишь несколько километров газопровода", — заявил на заседании глава Европарламента Ежи Бузек.
Ответом на такую реплику спикера стал итоговый документ Европейского совета, по которому правительства стран ЕС обязались инвестировать в период 2011-2020 годов 1триллион евро в продвижение новой модели энергетического развития континента.
Ключевой статьей ассигнований должно стать развертывание программы развития трансграничной энергетической инфраструктуры ЕС стоимостью 200 млрд. евро, а также проекты строительства АЭС нового поколения в Восточной Европе.
Украины, представителей которой на брюссельском саммите не было ни в ранге приглашенных, ни в ранге полномочных наблюдателей, данные планы не коснулись. Это породило своеобразный водораздел между Киевом и другими странами — соседями ЕС, такими как Алжир, Турция и Марокко. Политики этих государств перестали метаться в "поисках третьего Рима". Их четкий проевропейский вектор привел к тому, что эти соседи Европы заняли достойное место в итоговых документах нынешнего энергетического саммита Европейского союза. Брюссель среди прочего обязался вложить миллиарды евро в проекты строительства на территории указанных стран новых газопроводов и солнечных электростанций.
КИЕВ УШЕЛ НА "ТРАНСГРАНИЧНУЮ ОБОЧИНУ"
Программы трансграничной инфраструктуры и строительства новых АЭС непосредственно задевают Украину. Для нашей страны доходы от транзита газа и экспорта электроэнергии в ЕС составляют существенную статью государственного бюджета. До нынешних трансграничных энергетических инициатив Евросоюза эти доходы давали Киеву надежду на сглаживание диспропорций в структуре валютных доходов страны, смещенных в сторону экспорта энергоемких полуфабрикатов металлургии и химии.
Разнообразить ведущие статьи поступления валюты в Украину и стабилизировать ее финансовые перспективы позволили бы международные действия по двум направлениям. Первое из них — совместная с компаниями и правительством ЕС деятельность по строительству новых экспортных линий электропередач и реформированию украинского энергетического и газового рынков. Второе — общие усилия Украины и РФ по строительству новых энергоблоков АЭС, а также создание условий для наращивания компаниями-потребителями объемов импорта российского и азиатского газа на украинские ТЭС.
На волне подобного рода инвестиционных ожиданий Киев в 2005-2009 годах начал процесс вхождения в Европейское энергетическое сообщество (ЕЭС), который тут же застопорился, превратившись в символический ритуал. Первые "ритуальные" ноты прозвучали в 2009 и 2010 годах, когда правительство Украины заключило откровенно не отвечающие нормам ЕЭС транзитные соглашения с российским "Газпромом". Они запретили экспорт природного газа в ЕС с территории Украины всем, кроме этой российской монополии и ее родственных компаний. Затем, к 2011 году, дело дошло и до коррекции предыдущих украинско-европейских намерений в сфере энергетики. Коррекция прежде всего коснулась "вшитых" в обязательства государств — членов ЕЭС планов привлечь многомиллиардные европейские инвестиции в развитие ключевых для ЕС объектов энергосистемы Украины. К этим планам относятся проекты строительства дюжины приграничных асинхронных интерфейсов ("вставок постоянного тока") стоимостью по $140-200 млн. каждый, а также нескольких новых ЛЭП ценой более $200 млн. каждая, необходимых для приближения украинских АЭС к границам Евросоюза. В начале 2011 года, накануне имплементации договора о вхождении Украины в число государств — членов ЕЭС, многим в Брюсселе стало ясно, что в Киеве (по крайней мере в ближайшие годы) никто подобные планы разрабатывать не намерен.
"ОБХОДЯЩИЕ" УКРАИНУ ИТОГИ САММИТА
Самоизоляция Киева от участия в решении проблем европейского континента привела к тому, что нынешняя итоговая резолюция энергетического саммита практически не коснулась ключевой для Украины газовой проблемы — привлечения инвестиций европейских корпораций в модернизацию украинской газотранспортной системы. Вместо этого правительства ЕС дали добро на расширение государственных инвестиций в частные газовые проекты так называемого Южного коридора снабжения ЕС газом: строительство новых LNG-терминалов в Румынии и Хорватии (интерконнекторов), а также трех новых магистральных газопроводов (Poseidon, Transadriatic и Nabucco). Завершение этих строек позволит Брюсселю снизить зависимость от импорта газа из РФ и транзитных услуг Украины.
Подобные европейские "подарки" Украине не трудно заметить и в тех итогах брюссельского энергетического саммита, которые коснулись перспектив развития атомной энергетики. Имеется в виду отказ от предыдущего важнейшего постулата европейской атомной политики — ограничения строительства и расширения мощностей АЭС в Восточной Европе. Напрямую ограничения прежде всего касались Чехии, Литвы и Болгарии, которых прежняя европейская политика обрекала на постоянную зависимость от услуг газовых корпораций Германии и РФ. К тому же рост энергопотребления планировалось обеспечить за счет импорта электроэнергии из малопредсказуемой Украины.
В подтверждение факта отказа ЕС от увеличения украинского импорта электроэнергии накануне брюссельского саммита Чехия произвела сенсацию — вполне официально презентовала проект строительства новой современной АЭС четвертого поколения (на базе французского реактора на быстрых нейтронах с гелиевым теплоносителем). Строительство, которое обещает дать Чехии уже третью по счету АЭС, позволит этой стране сократить импорт газа и начать экспорт электроэнергии в соседние Словакию и Венгрию, которые сегодня существенно зависят от импорта тока из Украины. Проект разработки новых реакторов и строительства современной чешской АЭС, названный Allegro, будет стоить инициаторам более $2 млрд. Существенная доля в расходах придется на государственные ассигнования ЕС. Аналогичный "сюрприз" Украине в рамках новой политики может преподнести и Литва. Благодаря консервации литовской Игналинской АЭС до последнего времени она рассматривалась как традиционный и перспективный рынок для экспорта украинской электроэнергии.
