Куда ни ткнусь, везде бастионом стоят так называемые базы отдыха первой линии и "сиротские" дачи. Сунулся в один переулок — уперся в крепостные ворота, попытал удачи в другом — нарвался на песика размером в годовалого телка.
Любой отдых начинается с подготовки. И если у вас появилось желание позагорать на берегу Азовского моря, то прежде всего запаситесь терпением, позволяющим стойко переносить невзгоды. Оно может понадобиться и в воде, и на суше.
Даже если вы увидите на горизонте просторы древней Меотиды, то не торопитесь сбрасывать с себя верхнюю одежду. Мне, например, понадобилось около получаса, чтобы приблизиться к водной стихии вплотную.
"Сиротские" баррикады
Куда ни ткнусь, везде бастионом стоят так называемые базы отдыха первой линии и "сиротские" дачи. Сунулся в один переулок — уперся в крепостные ворота, попытал удачи в другом — нарвался на песика размером в годовалого телка.
Не удалось договориться и со сторожем пансионата.
- Это частная территория, — вызверился тот. — Повторяю для особо тупых и неграмотных: "Посторонним вход категорически воспрещен!".
- А как же местные пробиваются на пляж? — полюбопытствовал я. — Они что, тоже посторонние? Ведь живут на косе с деда-прадеда...
- А нам без разницы, — рыкнул закамуфлированный цербер и величаво удалился.
К счастью, я вспомнил, что имею знакомого смотрителя старейшего на Азовье Белосарайского маяка. Тот любезно разрешил поставить машину в тени затянутой корсетом строительных лесов осанистой башни и провел к морю. Оно оказалось совершенно ручным после недавних штормов, а одинокий сейнер на горизонте был вправлен в чисто вымытую рамку.
Но, увы, морской пейзаж не веселил душу. Скорее ее грыз червь досады. Еще недавно всяк желающий мог беспрепятственно коснуться волны рукой или полюбоваться с берега великолепием Меотиды. Однако нашлись беспардонные людишки, которые отгородились от сирого соотечественника крепостными вратами, мордатыми церберами. Чего доброго, обнесут решеткой море целиком, а само солнце возьмут в оковы. Что ж, все может быть в государстве, где нарушен главный закон и небес, и человечества...
Матрац уходит за горизонт
В прошлом году, когда я готовил первую публикацию о злоключениях юной жительницы Мариуполя Альбины Жариковой, один из командиров МСЧ в сердцах сказал:
- Эти надувные матрацы уже вот где, — и ткнул указательным пальцем в печень. — Народу — удовольствие, нам — хлопоты.
С командиром-спасателем нельзя не согласиться. Практически каждый шквал вызывает бурю звонков о помощи. Иногда матрацы уплывают сами (один такой я видел в полутора сотнях миль от Крымского полуострова), но чаще с людьми. Некоторым "пассажирам", как Альбине, везет, другим — нет. Но и сама Жарикова спаслась чудом, проявив при этом явно не девичье мужество.
С другой стороны, полковник МСЧ не совсем прав. Запретить матрацы — значит лишить человека удовольствия, на которое тот рассчитывал. Поэтому надо искать золотую середину. А ее можно достичь двумя средствами: вести разъяснительную работу и установить челночное патрулирование в зоне купания. Если оно будет плотным, то, поверьте, ни один "матрацник" за пределы не выплывет. Не мешало бы иметь на побережье и парочку вертолетов, готовых подняться в воздух по первой тревоге.
Однако все это не более чем благие пожелания. Спасательная служба морского побережья нашей области (у соседей, впрочем, не лучше), мягко говоря, не соответствует своему названию. И не будет соответствовать до тех пор, пока ее не обеспечат всем необходимым. Поэтому вот вам мой дружеский совет: если не хотите досрочно завершить жизненный путь, относитесь к морю с должным почтением.
И берег сорвался с цепи
Ни одна из проблем морского побережья не будет решена до тех пор, пока не остановим уходящий в полном смысле этого слова из-под ног берег. Под занавес эпохи развитого социализма появилась какая-то надежда. По крайней мере, на высшем уровне было принято решение выделить несколько миллиардов рублей, и началась подготовка проектно-сметной документации.
Нынешние миллиарды на несколько порядков стали "легче", однако и те никто не выделяет. А потом, о какой перспективе можно вести речь, коль решение проблемы с высшего уровня переместилась на низовой. Я несколько лет уже наблюдаю, как мелекинцы пытаются противостоять стихии. Однако колоссальную массу нависающего берега плечами рядовых жителей, а также тысчонкой гривен из сельсоветовской казны не подопрешь.
Да и вообще, все, что происходит сейчас на морском побережье, является сценами из плохого любительского спектакля. Убогий реквизит, вылинявшие декорации и надорвавший голос суфлер, он же — сельский голова или председатель райсовета, которому больше всего достается при очередной инспекторской проверке.
Я сам слышал, как заместитель губернатора Юрий Хиврич стращал приморское начальство уголовной ответственностью. Это к сезону не готово, то недоделано, а сточные воды из канализации того и гляди потекут под ноги загорающим гражданам. Но когда в прямой беседе с некоторыми из "обвиняемых" я попытался выяснить, каким образом они собираются устранить упомянутые недостатки, те лишь пожимали плечами.
Рябь с душком
Помимо прочих особенностей, Меотида еще является и одним из самых грязных морей планеты. Сюда гигантскими дозами сбрасываются не только отходы промышленности, но и продукты жизнедеятельности человека. Последние поступают к морю двумя путями: из ветхих коллекторов и непосредственно от купающихся граждан.
Как-то я принял участие в проводах товарища, уезжающего на постоянное жительство за рубеж. "Поляну" решили накрыть прямо на пляже, благо купальный сезон еще не начался. Увы, от затеи пришлось отказаться: несмотря на полный штиль, море до самого окоема было покрыто рябью, которая при ближайшем рассмотрении оказалась вырвавшимся на свободу дерьмецом.
Примерно тогда же я попытался сосчитать количество общественных туалетов от Седова до Бабах-тарамы и выяснил, что таковых не более полутора десятков. Да и те в основном приходятся на Мариуполь. И знаете, что меня больше всего удивило? Отсутствие очередей перед посадочными местами при наличии громадной массы пляжников.
На престижных курортах с пачкунами борются при помощи специального средства, которое мгновенно сигнализирует о постыдном происшествии. С Азовским морем, думаю, этот номер не пройдет. По крайней мере, прибрежная вода на расстоянии полутора-двух миль всегда будет иметь не свойственный ей цвет.
На златом песке лежали...
Сумма прибыли, которую дают металлургические гиганты Мариуполя, широкой общественности практически неизвестна. Однако не перевелись инициативные люди (оставим их фамилии для более подходящего момента), готовые предложить весьма любопытный проект. В частности, они подсчитали, что при нужных вложениях в рыбоводство и сферу отдыха те через десять-пятнадцать лет отодвинут промышленность на третье место.
Прошу понять меня правильно. Речь идет не о закрытии "Азовстали" или комбината имени Ильича, а о том, чтобы параллельно с промышленностью развивать другие отрасли. К слову, при императрице Екатерине Второй азовская рыбка ежегодно приносила в казну свыше десяти миллионов золотых червонцев (сумма, достаточная для того, чтобы кормить, одевать и вооружать сухопутную армию России).
Не менее весомые прибыли сулит и пока что новое для нас дело — сфера отдыха. И то, что имеют сегодня владельцы примитивных пансионатов и гостиниц, лишь показывает, какие астрономические суммы недобирает государственная казна. Поэтому не будет преувеличением, если считать все наше общество подобием известного персонажа... Правда, морской пляж поценнее сена: при нормальной раскладке каждая песчинка с пляжей Азовского моря не уступит песчинке золотой.
