Если спросить рядового украинца, как он относится к снятию моратория на продажу земель сельхозназначения, то ответ, скорее всего, будет отрицательный. Главный аргумент — придут иностранцы и все скупят, а где же тогда картошку сажать? Показательно, что и наше социально ориентированное правительство, в частности сама премьер-министр Юлия Тимошенко, неоднократно подчеркивало, что снимать мораторий рано. Конечно, есть заявления и оппонентов, в том числе Президента Виктора Ющенко, что наличие запрета содействует процветанию теневого земельного рынка. Но, несмотря на это, можно достаточно уверенно констатировать, что народ и правительство в данном вопросе едины: продавать нашу землю иностранным плантаторам — зась!
Но действительность, как всегда, оказалась интереснее, чем чаяния простых украинцев. Волею судеб наша богатая земельными ресурсами держава оказалась в центре набирающего силы движения, которое некоторые иностранные СМИ уже успели окрестить как новый неоколониализм. Есть этому движению и не столь одиозное название — аутсорсинг, или если говорить более простым языком — привлечение внешних ресурсов. В данном случае речь идет о земельном аутсорсинге. Дело в том, что в последнее время, когда весь мир почувствовал на себе, что такое нехватка продовольствия, проблема земельных ресурсов становится все острей. При этом аппетиты инвесторов мировой кризис не только не уменьшил, а еще больше разжег, поскольку вызвал удешевление земли, ее аренды и пр.
По данным Международного института исследований пищевой политики (Вашингтон), от 15 до 20 миллионов гектаров сельхозугодий в бедных странах стали предметом сделок с иностранцами, начиная с 2006 года. Общая сумма подобных операций оценивается в 20-30 млрд. долларов. Активную роль в плане поиска сельхозугодий играют, к примеру, страны Персидского залива. Так, Саудовская Аравия начала ряд проектов в Эфиопии, Индонезии, Пакистане, ОАЭ — в Египте. Громадные земельные площади по всему земному шару вовлекает в свое производство Китай. И речь идет не о тысячах, и даже не о десятках тысяч гектаров. Только в Судане Южная Корея подписала сделку на 690 тыс. гектаров, ОАЭ — на 400 тыс. гектаров в Египте.
А как же Украина с ее богатейшими земельными ресурсами? Конечно, крупные зарубежные инвестиционные фонды никогда не скрывали своей заинтересованности в украинских земельных ресурсах. Еще в докризисные времена практически ежемесячно появлялась информация о приобретении иностранными инвесторами акций украинских аграрных компаний — арендаторов десятков, если не сотен тысяч гектаров украинской земли. И если этот процесс ранее был мелковат, то в последнее время он приобрел невиданный размах. Так, в соответствии с информацией иностранных СМИ, шведские инвестиционные группы Black Earth Farming и Alpcot-Argo совместно с британской инвестиционной группой Landcom приобрели почти 600 тысяч гектаров в Украине и России, российская инвестиционная компания Renaissance Capital купила 300 тысяч гектаров в Украине. И вот самое последнее приобретение — Morgan Stanley приобрел 40 тыс. гектаров. Именно с последней сделкой некоторые экономисты связывают изменение ценовой динамики на украинском земельном рынке в сторону повышения. По их прогнозу, в ближайшее время на украинский земельный рынок придут и другие международные инвестиционные фонды. А эти ожидания будут и в дальнейшем подогревать украинский рынок земли, способствуя позитивной динамике цен на нее.
Однако, кроме непосредственно инвестиционных компаний, в Украине появился еще один мощной игрок в этой сфере. Дело в том, что на сегодня наряду с частными компаниями активное участие в "жизни" рынка земли принимает и государство, а если говорить точнее — государства, поскольку речь идет о междугосударственных договорах по эксплуатации земельных ресурсов. И тут государство Украина в лице своего принципиального в вопросах моратория на продажу сельхозземель правительства абсолютно "не пасет задних". Подтверждением тому может быть недавний визит Юлии Владимировны в Ливию, одним из результатов которого стало подписание соглашения об совместном выращивании зерна на площади 100 тыс. га. Конечно, в Украине.
Впрочем, о 100 тыс. га заявила Ю.Тимошенко, а иностранные СМИ предоставили несколько другую информацию, согласно которой, речь идет о 250 тыс. га. И на этой территории будет выращиваться не пшеница, а рис. В херсонских степях или в Карпатах будут размещать рисовые чеки — без комментариев...
Какие последствия можно ожидать от таких масштабных сделок? Во-первых, не может не вызвать некоторую озабоченность гигантомания данных проектов — речь ведь идет не о сотнях тысяч гектаров, если суммировать только обнародованные в прессе контракты, предметом сделок стало более полумиллиона гектаров. Думается, что реальная цифра с учетом не разглашенных сделок может быть, как минимум, в два раза больше. И тут стоит отметить, что выращиваться на этих обширных площадях, скорее всего, будут монокультуры — подсолнух, пшеница, о какой-то диверсификации агрокультур говорить не приходится.
К тому же, не следует забывать, что наличие огромных выкупленных площадей под "совместный" посев абсолютно не обезопасит страну от голода. Пример тому Эфиопия, где сотни тысяч гектаров заняты под проекты с той же Ливией, а население страны живет за счет гуманитарной помощи развитых стран, поскольку вся произведенная на этих площадях продукция вывозится за рубеж.
Безусловно, есть и позитивные стороны. Наверное, самое положительное — это инвестиции. Украинское сельское хозяйство всегда страдало от хронической нехватки средств, и новые проекты могут дать ему приток инвестиций, новые технологии. Поэтому, возможно, истина лежит где-то посредине — между полным неприятием таких глобальных проектов и провозглашением их как совершенной панацеи от бед отечественного агропрома. Но роль арбитра в данном деле должны взять на себя украинская власть. Вот только очень слабо верится, что она сможет сыграть эту непредвзято. Ведь на сегодня, как это не парадоксально звучит, именно украинское государство в лице правительства превратилось в крупнейшего торговца нашей землей, который на высшем уровне может заниматься сделками по ее продаже, абсолютно не опасаясь конкуренции. Мораторий-то на продажу земли действует…
