Копируя у россиян приемы окучивания избирателей в интернете, ни заказчики, ни исполнители не понимают, что для Украины эти методы малоприменимы.
Разогревшийся в рунете скандал со взломом электронной почты пресс-секретаря прокремлевского движения "Наши" Кристины Потупчик и главы Росмолодежи Василия Якеменко стал ярким символом отношения политиков к гражданской журналистике. Примерить его можно не только к российским, но и к украинским реалиям. На прошлой неделе сподвижники хакерского движения Anonymous выложили в общий доступ электронные письма, авторы которых обговаривают стоимость содержания пропутинских блогеров и комментаторов. Волна разоблачений докатилась и до Украины: пользователь Alexey Novikov разместил на своей стене Facebook скриншот переписки с пользователем, предлагавшим украинскому блогеру на телекамеру рассказать, что он, как "ветеран оранжевой революции", занимается антипутинской агитацией в соцсетях за деньги.
Для людей, знакомых с блогосферой не понаслышке, никогда не было тайной, что близкие к Кремлю силы финансируют как самих авторов блогов, так и т.н. "троллей" - пользователей, которые массово публикуют под их записями (а также материалами интернет изданий) свои комментарии с выраженными провластными или антиоппозиционными взглядами. Однако общественность оказалась огорошена не только называемыми в письмах суммами, но и упомянутыми в них получателями этих денег, среди которых числились весьма популярные в блогосфере авторы. Получившее огласку взаимовыгодное сотрудничество блогеров и прокремлевских "нашистов", впрочем, вряд ли приведет к кардинальному пересмотру стратегии виртуальных войн в самой России. Разве что пострадает репутация "засвеченных" блогеров, но они знали, на что шли. Сам же Путин ни коим образом к скандалу непричастен, а люди, чьи письма хакеры выложили на всеобщее обозрение, как-то уже сумеют отчитаться, на что потратили миллионы рублей.
Кстати, любопытно, что упоминаемый в скандале украинский блогер получал довольно невысокие по сравнению с остальными гонорары. Можно быть уверенным, что в Украине в этой сфере действительно фигурируют меньшие суммы. Однако украинские политики, так же как и их российские коллеги, свято верят: создавая в интернете купленный мираж общественного мнения, они способны на это мнение повлиять. Но при этом они слепо копируют российские методы формирования своего присутствия в интернете, не учитывая, что пользователи соседней страны изначально находились в совершенно других условиях.
"Живой журнал" — главная площадка российской блогосферы — стал довольно серьезным явлением в общественной жизни РФ. Согласно статистике, Россия занимает второе место после США по числу зарегистрированных в нем пользователей. После того как власть крепко закрутила гайки инакомыслия в традиционных медиа, протестные настроения граждан, желающих получать и делиться правдивой информацией, переместились в интернет. В конце концов, власть поняла, что интернет нельзя ни игнорировать, ни контролировать, но можно заполнить мусором наиболее массовые протестные площадки, и люди уйдут сами. А если и эти меры не дают долгосрочного эффекта, то можно "обезвредить" сервис с помощью масштабных хакерских атак, что также заставит пользователей искать альтернативу.
В Украине ситуация со свободой слова была совершенно иной. Украинские интернет-пользователи просто не имели такой же острой необходимости в поиске информации, противоречащей официальной позиции властей, и обнародования собственных данных о том, что в Багдаде все не так спокойно, как уверяют с телеэкранов.
Другим фактором, благодаря которому оказался возможен скандал с вышеупомянутыми письмами, стало появление уважаемых в своей среде блогеров — их читали тысячи, их активно комментировали, не удивительно, что некоторые из них использовали возможность зарабатывать на рекламе. И некоторые не считали нужным информировать читателя о происхождении постов.
Блогосфера стала благоприятной средой для формирования лидеров общественных симпатий в России. Например, Алексей Навальный — один из живых символов антипутинского движения — приобрел известность благодаря ведению блога, в котором публиковал результаты собственного расследования коррупционных схем российской власти. В украинской блогосфере звезды такого масштаба пока что попросту не появились, а самые известные блогеры — журналисты. Несмотря на эти факторы, украинские политики продолжают выделять деньги на освоение этой нивы, а политтехнологи не прекращают работать по российским лекалам.
Вторая излюбленная фишка — массовые комментарии под новостями или статьями в электронных медиа. Специально обученные команды под вымышленными именами пишут комментарии на заданную тему под материалом, который имеет отношение к финансирующему их политику либо его оппоненту. Они призваны либо усилить эффект от статьи, либо ослабить ее критический характер. В основном "тролли" действуют по трем сценариям: либо ругают/хвалят главного героя материала, либо пытаются обвинить автора в заказном характере текста, либо пытаются увести дискуссию в совершенно постороннюю область (например, развязать конфликт на тему украино-российских отношений). Главное, что с помощью таких комментариев создается некая видимость общественной дискуссии. Встречаются и случаи полюбопытнее: к примеру, в июне 2009 года "тролли" активно агитировали за создание широкой коалиции между ПР и БЮТ, подготавливая читателей к подобному развитию сценария.
На самом деле практическая польза такой работы с интернет-аудиторией близка к нулю. "Тролли" не заинтересованы в том, чтобы по-настоящему убеждать читателей — работа у них сдельная, и количество для них важнее качества. Учитывая, что к услугам платных комментаторов прибегают едва ли не все крупнейшие политические силы Украины, а количество топовых ресурсов априори ограничено, "тролли" попросту воюют между собой, живя в своем иллюзорном мире, так же, как и их наниматели. Более того, перестать финансировать эту отрасль до выборов политики уже не могут: во-первых, в этом случае искусственно созданный баланс псевдомнений будет нарушен, во-вторых, оставшиеся без работы "тролли" могут в отместку заняться распространением комментариев против вчерашних заказчиков. Политиков просто убедили, что именно так и нужно работать с пользователями интернета, тогда как методы работы с печатными и телевизионными СМИ они уже успели уяснить. А фактически бесполезный "троллинг" превратился в хорошо отлаженную систему осваивания финансовых потоков, которые с приближением выборов становятся все шире.
Однако украинские политики, так же как и их российские коллеги, свято верят: создавая в интернете купленный мираж общественного мнения (у пойманных на горячем российских медиа-деятелей это называется "создавать контролируемую видимость общественного резонанса"), они способны на это мнение повлиять.
