Гарик — один из самых влиятельных украинских бизнесменов. В свое время он с друзьями построил торговый центр "Глобус", фитнес-центр "Аквариум", создал компанию "Альфа-нафта". Интервью дает редко. Любит своих друзей и семью. Что больше всего бросается в глаза во время разговора? Самоуважение, потрясающее чувство юмора, эпатажная внешность. Еще доброта, внутренняя сила и превалирование здоровых человеческих ценностей над бизнес-интересами.
- Гарик, зачем Вы строили "Глобус"?
- Денег заработать.
- И ради денег изменили лицо города, перестроив любимое место многих киевлян…
- Я изменил то место, которое вы любили, к худшему. Вы это имеете в виду?
- Именно это я имею в виду.
- Именно "Глобусом"?
- Именно "Глобусом".
- Извините.
- Ничего.
- Я знаю, что ничего. Это я так, для формы. Это не я изменил. Мы вступили в инвестпроект, который уже был готов. Если бы вступил кто-то другой, то у вас просто были бы антипатии по этому поводу не ко мне, а к кому-то другому.
- А Вам самому, как тонкому ценителю красоты, самому было не жалко?
- Не жалко чего?
- Того, старого, милого и уютного Майдана?
- Я понимал, что если я вступлю сюда, то попробую сделать что-то не в ущерб себе, но чтобы не так сильно ухудшить, пользуясь вашей терминологией, лицо города. Хотя я не оказывал серьезного влияния на проект. И любой, кто вступил бы, не оказывал бы серьезного влияния на этот проект.
Дизайн внутри делали мы сами, а снаружи — городские архитекторы. И даже они были не совсем вольны в своих действиях. Многие вещи навязывались. Памятник такой-то нужно поставить, потому что это очень нужный кому-то архитектор, который дружит с самим Господом Богом, а Всевышнему мы отказать не можем. Вот такие мелочи. А вместо того памятника, который я считаю не просто ужасом, а ужасом-ужасом…
- Это какой памятник?
- Женщина на фаллическом символе. Так вот, вместо него мы предлагали городу письменно, устно, по-всякому сделать музыкальный фонтан наподобие Барселонского. За наши деньги. Но, оказывается, мы были недостаточно "щирі" в этом вопросе.
- Фаллические образы обычно сильнее всех остальных…
- Но мы ведь могли сделать фонтан в виде фаллического образа. И там была бы струя, а не женщина. И это было бы красиво. И это привлекало бы людей.
- Так Вы все же построите такой красивый музыкальный фонтан, который бы украшал Киев?
- Что, просто вот так вот?
- Да. Просто как подарок городу?
- Нет. Не подарю.
- Почему?
- Дорого очень. У меня недостаточно денег, чтобы делать такие подарки. Это очень дорогой подарок. В рамках проекта — да, экономика была. А экономики простого подарка нет.
- Почему видео- и фотосъемки в "Глобусе" запрещены?
- Потому что я запретил. Потому что пошел поток людей, которые просто приходили, как к себе домой, располагались, как у себя дома, и снимали, как у себя дома. Все компании, которые цивилизованно обратились за разрешением на съемку, разрешение получили. Все, кто пришел просто поснимать то, что он хотел — были отправлены.
- Гарик, Вы "акул" бизнеса?
- Нет.
- А в программе одноименной нравится сниматься?
- Это для меня новый опыт, новые впечатления. Я же сухарь, экономист, бухгалтер. С циферками работаю обычно.
- Глядя на Ваш обычно эпатажный внешний вид, сложно назвать Вас сухарем…
- В бизнесе, я имею в виду, сухарь. Меня возбуждают только циферки. Я ведь и по "Глобусу" никогда не хожу. И не ходил, когда он строился. Меня не интересует его внешний вид. Я все отчетики писал.
- Среди Вашей гениальной бизнес-троицы — Шпильман, Меламуд, Корогодский — Вы генератор идей?
- Нет, я не могу такого сказать. Я не могу распределить роли между нами тремя. Хотя, роли у нас распределены давно, но они не бизнесовые. Мы типичный "Трус", "Балбес" и "Бывалый".
- И Вы…
- Я "Балбес", а не генератор идей.
- Заметьте, не я это сказала.
- А что такого? "Балбес" — положительный персонаж. И я стараюсь, и я горд тем, что похож на него. И меня это нисколько не задевает.
- Многие люди, достигнув определенных высот в бизнесе, стремятся в политику. Вы — исключение? Или Вам политика нужна?
- Нет, не нужна. Есть ряд причин, по которым люди идут в политику, и ряд причин, по которым другие люди не идут в политику. Вот у меня второе превалирует.
В политику идут по нескольким соображениям, о которых я знаю: чтобы защитить свой бизнес, или людям просто становится скучно в бизнесе, и они идут в политику. Мне не скучно и не нужно защищаться. Так что ни одной убедительной причины, чтобы идти в политику, у меня нет.
К тому же, там есть некий график, который не всегда сам себе диктуешь. Например, есть утренние мероприятия, которые нельзя перенести, как, к примеру, заседание ВР, а я в 10 утра не готов. К тому же я построил свой график сейчас так, что работаю 3, 5 часов.
- А политика как момент самовыражения?
- А я на теннисном корте самовыражаюсь. Я лучше в теннис у кого-то выиграю, чем в политике наберу на процент больше.
- У Вас нет амбиций?
- У меня и в бизнесе нет амбиций.
- Каких политиков Вы используете, защищая свой бизнес?
- Ой, вы знаете, на меня так давно не нападали… Честно говоря, у нас нет близости ни с кем из политиков персонально, мы никакого цвета, у нас нет предпочтений по партийной принадлежности, мы равно приближены ко всем и равноудалены.
- Что нужно для того, чтобы сделать удачный бизнес?
- Обязательно стечение обстоятельств, но для одного оно оставляет 5%, а для другого — все 100. Потому что есть люди, которые бы в любом случае заработали деньги, а обстоятельства просто делают эту сумму больше или меньше. А есть люди, которые заработали деньги вопреки своему характеру и своим мечтам благодаря стечению обстоятельств.
- Вы вопреки или благодаря?
- Ой, обижаете таким вопросом, Ой, обижаете… Конечно, обстоятельства были против, но черты моего характера пересилили обстоятельства. И вот, благодаря чертам своего характера…
- Готовясь к интервью, я вспомнила историю, когда весь город был увешан бигбордами с фотографией Вашей мамы и теплыми словами, посвященными ей. Расскажете, как это было?
- На самом деле это молва. Она умножает все, а с годами умножает все умноженное. Это было не огромное количество бигбордов. Их было всего два. И таким образом я поздравил папу и маму с Золотой свадьбой. А говорили, что весь город.
Знаете, я когда-то работал в Московском театре зверей электриком. И в последствии говорили, что я украл двух лисят. Ну, не было такого. Слухи всегда есть. Иногда начинаешь что-то о ком-то рассказывать интересное. Два раза рассказанное — уже запомненное, а три раза — точная правда.
- Вы почти не бываете на тусовках. Почему?
- Я тусовки посещаю. Но делаю это крайне редко. Из приглашений, которые приходят, выбираю одно из 20. Ну, так, чтобы нарисоваться, чтобы вспомнили, что я еще не умер. Узнаю, кто там будет, и иду увидеть людей, с которыми приятно общаться. Во всяком случае, приглашения, которые приходят за день, за два до события, в принципе, вообще не рассматриваются. Они уходят прямо в корзину. Потому что я считаю, что люди, которые зовут меня за день, за два, не уверены, что хотят меня видеть. В последний момент они решили, что неудобно не позвать или есть смысл позвать. Не люблю этого.
- Расскажите о своей коллекции очков.
- Ее как таковой нет. Это вторая серия биг-бордов по городу и лисят. Я просто те очки, которые нравятся, покупаю. Соответственно, те очки, которые нравятся очень, становятся фаворитами. Вы как очкарик очкарика должны меня понять. А так как у меня, в основном, очки из пластика, то они часто выходят из строя. Но не всегда рука поднимается очки выбросить. Вот они и валяются. Накопилось два ящика. Утром в них интересно порыться, посмотреть, что сегодня одеть. Вот так.
- Вам часто признаются в любви?
- Нет. Где же мне это сказать, если я нигде не бываю? Машина — кабинет — спортзал — кабинет — машина.
- Зачем Вы построили себе такую жизнь?
- Мне так комфортно.
- Где раскрываетесь?
- У меня есть семья, у меня есть друзья. Там я полностью открыт. Семья, конечно, на первом месте, хотя друзья тоже не на втором. Мы уже более 20 лет работаем втроем, и у нас не было ни одного финансового скандала. 26.11.2007
