Андрухович написал книгу, в которой прочит окончательную революцию в 2017 году

Новая книга Юрия Андруховича "Лексикон інтимних міст" попадет к читателю 11.11.2011, пообещал автор на творческом вечере в УНИАН.

Текстов о каждом городе не много, не мало — 111. Почему ровно столько, Андрухович и сам не знает: "наверное потому, что 11 — это слишком мало, а 1011 — слишком много" . Почему зациклился на цифре "1", не объяснил.

Идея книжки: коротенькие, а иногда не очень, автобиографичные повествования, которые расскажут читателям о жизни и приключениях писателя в разных городах Украины и мира.

Самый большой по объему рассказ посвящается Львову. "Можете себе представить, сколько грязи я на него вылил", — признался Андрухович.

Очевидно, поэтому родной ему Ивано-Франковск в "Лексиконе" не вспоминается вообще.

Зато не обошел вниманием писатель столицу: "Текст о Киеве, один из самых больших и главных. Часовая развертка событий очень большая, нет привязки к какой-то конкретной дате. Все начинается в 1972 году, когда я впервые приехал в Киев на летние каникулы, а заканчивается годом, в котором мы еще не были. 2017-м. По моей собственной теории, в 2017 году произойдет третья окончательная революция".

Несколько отрывков из "Лексикона" автор представил на суд аудитории, собравшейся в УНИАН. Искренне и правдиво, несколько иронически, Андрухович провел слушателей по городам своей жизни, познакомил с их жителями и достопримечательностями.

В первую очередь мы побывали в Балаклаве, которую Андрухович посетил в 2006 году:

"В Балаклаве я оказался ужасно поломанным и внутренне изодранным, с одним и тем же вопросом, к сожалению, уже риторическим: "Как он мог? Ну как он мог?!" Вопрос касался текущей политики и на сегодня давно и полностью потерял свою политическую актуальность".

Здесь же, в Балаклаве, писатель натолкнулся на памятник, который изображал Лесю Украинку, которая сто лет тому назад в Балаклаве пыталась излечиться от чахотки.

"И именно ей здесь почему-то поставили памятник. Не Гомеру, не Екатерине Второй, не Пушкину и не Куприну. И знаете что? Никогда в жизни я так не радовался ни одному памятнику, как этому. Потому что с той минуты все действительно пошло значительно лучше — достаточно было только распознать знак".

Следующий город — Филадельфия, где Андруховичу неожиданно открылись глаза. На то, "что объединяет едва ли не всех украинцев, или по крайней мере всех украинцев Америки".

" Известно же: украинцев легче связать, чем объединить. В Штатах наша взаимная рассореность усиливается еще всевозможными сугубо эмиграционными делениями и маниями", — процитировал он часть своего произведения, которая так и не дала ответа на вопрос "Что же?"

Из Филадельфии перенеслись в Гамбург, где "на вокзалах звучит классическая музыка".

"Качество воспроизведения в некоторых местах казалось мне вполне приличным. Наверно, подумал я, какая-то культурно-социальная акция местной власти, что-то вроде "Поэзии в метро". Однако все оказалось далеко не так романтично: "Таким методом они отгоняют наркоманов и просто бездомных. Потому что те не выдерживают классической музыки", — поделился впечатлениями автор.

А самое пикантное приключение произошло в Сан-Джованни-Вальдарно. Правда, не с Андруховичем, а с его немецким приятелем.

Как-то немец побывал в местной гостинице и услышал, как "кто-то с кем-то очень громко занимается любовью". Женские вскрики и ахи свидетельствовали о полном экстазе". Когда же все закончилось, "неизвестная дама похвалила своего партнера: "Non c’e male". По-итальянски это значит "неплохо". Ну, то есть это была шутка, на которую они оба рассмеялись". И вот, по мнению немца, эта фраза стоила того, чтобы стать "магической формулой, да нет — лозунгом всей его последующей жизни".

Совсем коротенький отрывок достался Севастополю. Андруховичу город запомнился нестерпимой жарой. А еще запал ему в душу местный "синяк" Боря. Лишь раз писатель видел его ""в сознании" и чем-то явно обеспокоенным: "У вас там на Западной уже, знаешь, до чего дошли? Там уже, знаешь, кому памятники ставят? Остапу Бендеру!"

И последний город — Харьков: "Это такой трагический музей, где все можно потрогать руками. Только к ним что-то обязательно прилипнет".

Это оказалась самая грустная из всех историй. "Весь этот Харьков, Харьков в лицах — кого ни возьми, за каждым легенда, красота и отчаяние жестов, неврастения, выстрел Хвылевого, смерть", — туманно поведал писатель.

Наверное, "Лексикон інтимних міст" автор рассматривает как своеобразную энциклопедию современной жизни населенных пунктов.

Все рассказы поданы в алфавитном порядке, что, по словам Андруховича, является основным принципом изложения содержания книжки. В заглавиях, кроме названия города, указан еще и год его посещения писателем.

Автор мечтал, что книжка выйдет в двух вариантах: дорогом, подарочном и простом, дешевом, который можно будет носить с собой в кармане и читать в метро. Однако карманному варианту "Лексикона" увидеть свет не судилось. "Мне сложно представить книжку на 600 страниц, которую в кармане возят", — прокомментировал писатель.

Идея написать такую книгу зародилась у Андруховича еще в 2005 году. Писатель признался, что совсем не ожидал, что книжка выйдет действительно массивной, объемной: "Я все время писал о каждом городе отдельным файлом, никогда не ставил их вместе, пока эту книжку не дописал. Мне все время казалось, там страничка, ну, там страничка — а дописав, я ужаснулся: по моим подсчетам, книжка будет на шестьсот страниц. Я вообще не собирался писать такие толстые книжки".

На вопрос, нет ли у господина Андруховича опасений — что, возможно, он оскорбил неосторожным словом жителей описанных им городов, — он заверил: это неизбежно.

17.04.2011