Стогний: Полгода заниматься синяком — недостойно мужчины

"Если хочешь быть красивым — поступи в гусары", говорил Козьма Прутков. Сегодня мужчинам для того, чтобы быть красивыми, в гусары поступать и саблей размахивать необязательно.

Сегодня перед ними стоит другая задача — сохранить столь естественное и от того редкое, практически уникальное, качество оставаться Мужчиной при любых обстоятельствах. Даже если иногда свою правоту и приходится доказывать на кулаках.

Своими мыслями о некоторых качествах современных мужчин, определенных политиках и "двойном стандарте" фашизма в эксклюзивном интервью поделился экс-советник министра внутренних дел, полковник милиции в отставке, телеведущий Константин Стогний.

- Константин, раньше в Ваш адрес были исключительно добрые отзывы. Сегодня все больше нападок. Чем объясните такой поворот?

- Тем, что отказался от политических баталий и участия в президентских выборах. Я никому не давил "на мозоль", хотя сейчас все считают обратное.

У меня было несколько предложений в плане поддержки от разных политических сил на прошлые президентские выборы. Я тогда сказал, что мне не очень интересна политика, но мне не поверили. И когда вернулся в министерство, одна политсила решила, что я выбрал другую, хотя на самом деле всегда выбираю исключительно любимую работу.

Но вы сами знаете, политика — такая штука… Думаю, во мне видят нормального конкурента и считают, что к следующим выборам, чтобы посильнее очернить, нужно заранее подготовиться. У нас же политики борются не за идею или реализацию хорошей программы, а с конкурентами. И не добром борются, а наоборот. Так что я такой поворот отношу только на этот счет.

- Но неужели Вы никогда, хоть на минуту, не представляли себя в роли министра внутренних дел Украины?

- Плох тот солдат, который не хочет стать генералом. И плох тот чиновник, который не хочет быть министром. Вначале, когда я только пришел в милицию, и все для меня еще было романтично, мне хотелось навести порядок, я видел, где было нехорошо и несправедливо.

Но чем дольше я работал, примеряя все на себя, все больше понимал, что это не мое это. Мой профиль — все-таки больше журналистика. Мне нравится ездить по миру, встречаться с людьми, делать какие-то исторические открытия как, например, в последней экспедиции. Так что для меня этот вопрос решен — мне "золотая клетка" не нужна.

- Говоря о последней экспедиции, Вы имели в виду поездку в Южную Америку "за нацистами"?

- Да.

- А зачем так далеко ездить за открытиями? Своих мало?

- А Вы можете мне назвать хотя бы одного-двух нацистов у нас, которыми можно было бы заинтересоваться? Я вот могу назвать не меньше десятка нацистов первого уровня, которые избежали Нюрнбергского процесса, с родственниками которых мы встречались в Чили и Аргентине.

Кстати, нас очень удивили там странные подходы к некоторым вопросам. Вот, например, нашего Демьянюка там все знают, в коляске его возят, всем показывают. И хотя его адвокат утверждает, что вменить его клиенту ничего нельзя, поскольку никто не видел, как он убивал (он просто охранял периметр лагеря), Демьянюку это вменяется в вину на фоне яркой борьбы с нацистами.

В то же время в городе Барилочи на границе Чили и Аргентины в Андах опрашиваем соседей заместителя начальника СС Рима Эрика Припке, который первым начал, согласно приказу Гитлера, расстрел 311 итальянцев — по 10 за каждого убитого немца. И они нам рассказывают, что этот Припке все время жил тут он под своей фамилией, дважды летал в Европу, несколько лет назад Фонд Визенталя добился его экстрадиции в Италию и сейчас в Интернете есть фотографии, как он на своей вилле отдыхает и купается в море. Чем он лучше нашего Демьянюка?

В Украине я не знаю ярких нацистов, которые бы жили так же спокойно, как в Южной Америке. Да и вопрос-то не в наличии конкретных нацистов или гитлеровцев, а в мировом явлении двойных стандартов; в том, что нацизм — это вовсе не гитлеризм, а явление, которое может зародиться в любое время и будет влиять на ход истории. И не дай Бог, если это опять приведет к трагичным последствиям, потому что сегодня многие одержимы созданием Четвертого рейха.

- Константин, в последний раз Вы ушли из МВД после истории с "фингалом"….

- После не означает, что вследствие. Я действительно ушел после этой истории, но никоим образом не вследствие нее. Когда меня приглашали на работу в министерство, мы заранее оговорили мои задачи и сроки пребывания. Я не очень-то хотел оставлять журналистику, тем более, что у меня были обязательства перед заказчиками фильмов и программ, но, тем не менее, я взял отсрочку на год и пришел в МВД.

Все в министерстве, во всяком случае, руководство точно, знали об этом. Подтверждением моих слов может служить хотя бы то, что каждый день в 7.30 министр начинал рабочий день с того, что я был у него. Это факт, о котором все знают.

Кроме того, в Украине нет человека, который три года был бы на генеральской должности и не получил генерала. В моем случае все знали, что я через год ухожу, и получать звание на День независимости или на День милиции мне лично было бы не очень корректно, равно как и министру его вручать.

- Одним словом, Ваш уход — это плановое решение?

- Да. Без подоплеки. Люди, которые были "в теме", знали, что я выхожу на год.

- Пару дней назад Вы сказали, что Грымчак за рекламу Вам должен бутылку. А не хотели бы Вы, скажем, просто сойтись на мировой, вместо того, чтобы муссировать эту тему почти полгода?

- Есть хорошая песня Филатова, в которой чудесные слова о том, как стыдно мужчинам тягаться по судам. Я в школе, когда получал "фингал" (бывали и такие случаи), неделю дома отсиживался. Мне было стыдно перед девчонками и ребятами, с которыми дружил. Политики же, вместо того, чтобы заниматься законотворчеством, полагая, вероятно, что оно у нас просто шедевр, тему "фингала" играют по полгода.

Драка между двумя мужчинами — дело двух мужчин, хотя в принципе-то я вообще не с ним дрался. Тут получилось как в поговорке: "Двое в драку, у третьего — "фингал"". Мы разговаривали с Луценко, и тут вдруг из-за спин охранников выскакивает мужчина, получает в глаз и полгода будоражит общественность.

Честно Вам скажу — мне все равно. Я не буду ничего решать, ни с кем разговаривать, как-то напрягать или тормозить ситуацию — как прокуратура и суд решат, так и будет. Мне лично стыдно было бы будоражить общественное мнение этой темой. Я считаю, полгода заниматься синяком — недостойно мужчины.

16.03.2011