автор: Дмитрий Коновалов
17 мая 2008
"Пепси-кола" инвестирует в выборы, чтобы вытолкнуть из Киева "Кока-колу". Этим же занимается "МакДональдс", чтобы ослабить позиции своего основного конкурента российского оператора рынка быстрого питания "Украинский фастфуд" ("Здоровенькі були", "Пузата хата")".
О секретах финансирования избирательной кампании в Киева, спонсорах основных политических игроков, особенностях системы технических кандидатов и настроениях киевлян накануне выборов рассказал политолог, директор Центра изучения проблем гражданского общества Виталий Кулик.
- Что говорят ваши социологические исследования о фаворитах и аутсайдерах предвыборной гонки за пост мэра Киева?
- Фактически на данный момент обрисовалось четкое разделение всех кандидатов на проходных и непроходных. По нашим данным, недосягаемым лидером является Леонид Черновецкий. За него готовы проголосовать 33,1% избирателей. За ним следует Виталий Кличко с 19,2% рейтинга. Какие-то существенные изменения в этих показателях вряд ли произойдут. Так как эти два кандидата уже достигли пределов электорального расширения. Далее идет сложная градация в виде 17% не определившихся. Эти 17% могут распределиться между остальными кандидатами в непрогнозируемых пропорциях. Но они, скорее всего, не проголосуют за Черновецкого.
- Как влияет на предпочтения избирателей большое количество так называемых "технических кандидатов"?
- Я бы хотел отметить одну особенность этих выборов. На них "техническим кандидатом" является один из самых рейтинговых политиков всеукраинского масштаба — Александр Туричнов. Ранее он не позиционировался как деятель киевского уровня. Поэтому столичным избирателем он не воспринимается как кандидат в прямом смысле этого слова. Он не имел опыта мэрской работы, не участвовал в политической и хозяйственной жизни Киева, он даже не выходец из столицы. Киевляне всегда в нем видели фигуру из высшего эшелона власти, принадлежащую к определенной политической силе. Поэтому за него будет голосовать только часть традиционного электората БЮТ, и выйти за пределы это электоральной ниши в такой ситуации ему не под силу. По наши прогнозам, даже те 17% избирателей, о которых я говорил выше, не отдадут свои голоса Турчинову, так как он имеет стойкую привязку к БЮТ. То есть была допущена ошибка в первичном позиционировании. Если от БЮТ шел, например, Томенко, то он бы имел гораздо больше шансов.
Что касается остальных технических кандидатов, то даже в роли спойлеров они выступить не смогут, так как они не ведут никакой агитации, а их рейтинги равны нулю. По всей видимости, они нужны для отработки технологий формирования избирательных комиссий и обжалования результатов выборов.
- В виду неоднозначности целей, которые преследуют политические силы, можем ли мы говорить о том, что эти выборы — тактический маневр в далеко идущей стратегии?
- В отношении главных игроков это так. Исходя из результатов наших опросов, можно предположить, что БЮТ не заинтересован в мэрском кресле. Партийное руководство не может не понимать, что в сложившихся условиях — это трудно достижимая цель. Скорее всего, ставка сделана на то, чтобы получить большинство в Киевсовете. Причем даже если БЮТ не хватить мандатов, чтобы сформировать большинство из собственных партийцев, этот блок сможет сформировать подчиненную себе коалицию из других фракций. Это будет не 2/3 Киевсовета, но достаточное количество голосов, чтобы заблокировать работу киевского городского головы. Идеологически и политически БЮТ подберет под себя и блок Катеринчука, и блок Кличко, и всех остальных оппозиционеров. Это объективно. И если БЮТ будет избран конфликтный сценарий, то есть создание горисполкома на основе большинства Киевсовета как альтернативы киевской городской администрации во главе с Черновецким, то мы получим два центра власти. Тогда Президенту придется постоянно вмешиваться в киевские дела. Это может привести к дестабилизации обстановки в столице вплоть до новых досрочных выборов. БЮТ будет вести некую двойную игру. С одной стороны, это принуждение главы государства вникать в киевскую проблематику. С другой — Черновецкий однозначно будет позиционироваться как человек Президента. Это далеко идущая игра. И если будут досрочные выборы Президента, то я не исключаю, что одновременно с ними будут проходить и новые выборы киевского мэра и Киевсовета.
- Все наши выборы традиционного проходят под знаком иностранного влияния. Эти выборы в этом смысле чем-то отличаются всех предыдущих?
- В экспертной среде циркулирует информация о том, что в штабе блока Кличка работают российские политтехнологи. Но я больше бы говорил о привлечении не зарубежных специалистов, а иностранного капитала. Происходит это за счет компаний-застройщиков, учрежденных иностранными корпорациями из России, США, Кипра. Такие компании финансируют все основные политические силы. Но я бы не сказал, что иностранцы бросили огромные деньги на эти выборы. Ничего подобного не происходит. Это текущие инвестиции застройщиков и тех компаний, которые имеют коммерческие интересы в Киеве. Например, "Пепси-кола" инвестирует в выборы, чтобы вытолкнуть из Киева "Кока-колу". Этим же занимается "Макдональдс", чтобы ослабить позиции своего основного конкурента — российского оператора рынка быстрого питания "Украинский фастфуд" ("Здоровенькі були", "Пузата хата").
- Какие политические силы материально поддерживают перечисленные вами компании?
- По понятным причинам я не вправе это говорить. Но могу сказать, что у "Макдональдс" очень высокие шансы получить собственную фракцию-лоббиста в Киевсовете.
- То есть можно сказать, что на этих выборах будет помимо прочего решаться вопрос передела столичного потребительского рынка?
- Да, это так. Но нужно отметить еще одну интригу этих выборов. Главными игроками, которые были заинтересованы в их проведении и которые сейчас активно вкладывают в это деньги, являются компании, связанные с ЖКХ. Их основная цель — приватизация ЖЭКов. Схема такова. Имущество ЖЭКов сначала передается на баланс обществ совладельцев многоквартирных домов (ОСМД). В большинстве случаев в таких домах неизбежно найдется часть жильцов, которые не смогут полностью оплачивать коммунальные услуги. В результате за ОСМД будет постоянно числиться долг. Вот эти долги будут погашать вместо ОСМД коммерческие структуры в обмен на имущество, которое досталось от ЖЭКов. Тогда жильцы уже будут зависеть не от ЖЭКов, принадлежащих городу, а от частных фирм, которые будут диктовать свои цены на услуги ЖКХ.
Есть еще фактор придомовых земельных участков. Сейчас только начался процесс их приватизации путем передачи их в собственность ОСМД. Но эти общества сами не в состоянии ни озеленять, ни благоустраивать территорию, поэтому вынуждены отдавать соответствующие подряды специализированным фирмам. Это небольшие компании с миллиардными оборотами, как у девелоперов, но они стремятся к расширению. Сейчас они занимаются озеленением пригорода Киева и элитных коттеджных поселков. Они уже почувствовали к этому вкус. Но не могли по этому вопросу найти общий язык с действующей киевской властью. Поэтому кинули непропорционально большие деньги на эти выборы. От них они ждут заказов на десятки миллионов долларов. А приватизация ЖЭКов и придомовых участков значительно облегчит им доступ на этот рынок. Например, в киевской организации БЮТ есть много таких персонажей, которые лоббировали данный вопрос, и это нашло понимание у верхушки партии.
Однако нужно сказать, что приватизация ЖЭКов — это очень рискованный проект. В Одессе попробовали — закончилось катастрофой. Цены на коммунальные услуги подскочили в три-четыре раза. Все остановилось, подготовка к зиме была провалена. Некому было заниматься уборкой территорий и ремонтом подъездов, пока новые хозяева ЖЭКов проводили кастинг на замещение уволенных ими старых сотрудников.
Происходило это по той причине, что городская власть просто не знала, с какой целью частники покупали ЖЭКи. Одни это делали для того, чтобы здание конторы перестроить в офисный центр, другие — чтобы получить максимальную прибыль от жильцов. И только единицы инвестировали в создание современных технологий. Поэтому я считаю, что приватизация ЖЭКов — это самое больше зло, которое можно себе представить, если нет последовательной экономической программы. Но, судя по всему, речь идет о том, чтобы взять все и одним росчерком пера приватизировать.
- Вернемся к выборам. Как повлиял на предпочтения избирателей тот факт, что они были назначены под лозунгом свержения коррумпированной власти в лице Черновецкого?
- Одной характерной особенностью этих выборов является то, что практически все политические силы строят свои программы, лозунги, спичи на отрицании Черновецкого. Но такая тактика только в определенных случаях может привести к положительному результату. Хорошо, если это оппозиция. Но есть такие партии, которые пребывают в союзе с Черновецким и все равно действуют против него. Прямое оппонирование, как правило, приводит к нивелированию собственной позитивной программы даже в тех случаях, когда она есть. В итоге, те 17% неопределившихся избирателей, о которых я говорил в начале, приходят на избирательные участки, смотрят на обилие кандидатов и политических блоков и реагируют на случайный резонатор.
Другой парадокс. По нашим данным, ожидается явка на уровне 76%. При этом половина киевлян считают, что эти выборы незаконные и они вообще не нужны.
Теперь что касается так называемого социального подкупа. Наши фокус-группы показали, что этим не брезгует многие политические силы. Но срабатывает эта технология только у Черновецкого, потому что у него есть "прибитая" систематическими раздачами продуктовых наборов социальная сеть. В некоторых районах такие раздачи практикуются уже более 10 лет. У других партий такой сети нет, поэтому их гречка работает вхолостую, она не дает гарантированного избирателя. Это приводит к интересному феномену расщепления сознания. Бабушки любят "Юлечку", а голосуют за Черновецкого.
- Но есть другие, более образованные и социально активные, категории избирателей. Как они делают свой выбор?
- Их ход мышления такой же иррациональный, как и у пенсионеров. Нужно отметить такой момент. В Киеве проживает 38% киевлян во втором поколении, то есть родившихся в Киеве. Из них только 17 % ходят на выборы. Остальные принципиально ни за кого не голосуют и ни в кого не верят. Это не мажоры или люди с большими доходами, просто это такая форма столичного снобизма. А те 17% — это старшее поколение, родившееся в Киеве во время или сразу после воны, то есть главный электоральный ресурс Черновецкого. Раньше мы думали, что он не имеет потенциала к расширению. Но оказалось, что есть целая электоральная группа порядка 10% из числа образованных и социально активных граждан, которым надоели любые политики и они усмотрели в Черновецком "крепкого хозяйственника". Это смешно, но объяснимо. Все остальные кандидаты — чистые политики. За исключением Омельченко. Но он воспринимается как глубоко бывший.
- Из какого электората складывается антирейтинг Черновецкого, совпадает ли он с электоратом БЮТ как его главного критика?
- Сейчас антирейтинг Черновецкого составляет 20%. Но он только частично отошел к БЮТ. Часть его ушла к "НУНС", часть — к Партии регионов. Кроме того, в эти 20% входят люди, которым Черновецкий не нравиться не по тому, что его критикует БЮТ за дерибан земли. Они ориентированы на образ "европейского мэра" а-ля Катеринчук или Луценко. Они были четко против Омельченко в 2006 году. Это был авангард противников Омельченко, и в результате они получили Черновецкого. Сейчас они, конечно, против Черновецкого. Их мечта — это Косакивский (первый мэр Киева, избранный в 1994 году — ред.). Катеричук идеально вписывается в этот образ, но нам ним довлеет миф "непроходного кандидата".
Что касается социальной характеристики противников Черновецкого, то их можно описать словом "умники". Это люди с высшим образованием, с высоким уровнем дохода. То есть средний класс. Точнее те, которые сами себя относят к среднему классу. Это представители так называемой разночинной интеллигенции — юристы, врачи, продвинутые менеджеры среднего звена, "офисный пролетариат". Но их отличает постоянная неудовлетворенность собственным социальным статусом и уровнем доходов на фоне больших амбиций. Они не дотягивают до столичного среднего класса (доход — выше 5 тысяч долларов), но мечтают влиться в его ряды. Их неприятие Черновецкого основано на зависти. Это бюргеры, они наиболее консервативны и реакционны, они — питательная среда для социального популизма. У них есть амбиции среднего класса, но нет соответствующей ответственности. Они имеют маленькие квартиры и ездят на дешевых автомобилях. В числе противников Черновецкого они занимают превалирующую позицию.
Остальные — это те кто, не любит Черновецкого по самым разным причинам: от православных фанатиков до правых радикалов.
